Страница 107 из 166
Глава 48
Дворняжки зачастую имеют плохой инстинкт сохранения жизни, но инстинкт сохранения власти у них развит выше всех похвал. Удивительная жажда править явно не обошла стороной каждого из здесь присутствующих. Стоило только принцессе идеально отыграть роль человека, на котором применили магический детектор лжи, как все обвинения с неё были сняты. Идеальный монарх с чистым сердцем и добрыми помыслами предстал перед всеми присутствующими дворянами. Точнее, идеальная мишень для получения звания регента. За возможность «наставлять» принцессу на её пути правления многие аристократы готовы порвать свои жилы и пойти по головам. Готовы, но они уже все угодили в медвежий капкан, из которого самостоятельно не выбраться.
— Я должен быть регентом, мой отец…
— Заткнись жалкий предатель, моя семья правила с древних времен!
— Ваша преданность короне ничто! Только я предан!
В общем, любой желающий активно выдвигал свою кандидатуру. Но у меня имелось несколько мощных козырей в рукаве, причем столь сильных, что любой шулер обзавидуется.
Первый связан с моей чистой и праведной репутацией. Лакюс уже в ходе начала дискуссий рассказала, что мною было спасено королевство от неубиваемой химеры. Это здорово подняло мою значимость, и даже несколько дворняжек открыто предложили мне титул капитана стражи, ныне вакантный. Но я так мелко не играю, чтобы занимать места своих пленных. Поэтому так дешево репутацию защитника королевства не намерен разменивать.
Второй козырь связан с влюбленной в меня принцессой. Она может очень хорошо притворяться, но мне, как Повелителю химер, отлично знакомы особенности мимики лица. Напрягая зрение, я могу спокойно пройтись по каждой мышце на её милом личике, определяя истинность или ложность того или иного выражения. Реннер определенно заняла пустоту в сердце новой любовью, а значит она на моей стороне. Всё-таки последнее слово за принцессой и ныне мертвым советом высших дворян. В общем, всё на золотой принцессе, ибо мертвецы не рассказывают сказки, но девушка выжидает лучший момент, как и я.
Третий козырь также связан с моей репутацией, но уже со зловещей. И сейчас я его намерен разыграть. Можно было обойтись без маркиза; обычный сноб мне ни к селу, ни к городу. Однако, последний из высших дворян привил мелочи навязчивый страх, что я могу отлично раскрыть все их грязные секреты. Перебрать всё грязное бельё и продемонстрировать его публике. И это за считанные секунды.
— У меня есть предложение, — вежливо вставил своё слово, чем сразу привлек всеобщее внимание. — Каждый из вас был уже однажды обманут чужими интригами, — указывая на ошибки других, невольно приходится вызывать всеобщее раздражение. — Но я уверен, каждый из вас достойный сын своего отца, — яблоня от яблони не далеко падает. — Поэтому, — из инвентаря я вновь извлек хрустальные сферы, даже не разбирая заклинания в них. — Предлагаю всем продемонстрировать свою искренность перед выдвижением своей кандидатуры.
Тишина.
Собственно, как я и предполагал. Желание стать регентом рассосалось быстрее, чем появилось, и это не удивительно. Не обязательно быть ярым предателем и участником заговора, хотя большая часть собравшихся в этом наверняка виновна. Куда опаснее признаться, что кто-то из них отправлял крестьян грабить деревни соседних феодалов, кто-то строил козни против лучшего друга, а кто-то просто переспал с чьей-то дочерью. Кто безгрешен — бросьте камень. Но камней здесь не видно, а вот грешников предостаточно.
— Лорд Рассвета, — слегка дрожащими губами ко мне обратилась принцесса. Она их даже незаметно облизнула, что говорило о… Да вы издеваетесь, в этом мире есть любовь без желания с кем-то переспать? Эх, романтика она такая, совершенно не как в романтических фильмах. — Боюсь, среди всех здесь присутствующих только защитник короны может выступить моим советником. Тем, кто способен править от моего имени, пока я не наберусь должного опыта, — скромничает, учитывая все замудрёные и инновационные реформы, выдвинутые ей ранее.
— Это абсурд, он не является аристократом этой страны!
— Он лорд, но…
— Мы не можем ему доверять!
На удивление, кроме пары аристократов, остальные предпочли помолчать. Все уже понимали, куда ведет течение реки, и что потом на них могут отыграться. Жестоко и беспощадно, стоит им только выступить в переломный момент со словом против. Значит, переубедить всего троих? Проще, чем толпу. Проще пареной репы.
— Здесь вы ошибаетесь, я не стою ни под чьим началом, а мой титул есть символ эпохи Восхождения и мирового прогресса, — первые два вражеских аргумента откинуты, хотя за ними могут пойти сомнения насчёт моей принадлежности к простолюдинам, но не с моими манерами. — Кроме выживания живых существ, меня по большей части не интересует политика, если она не направлена на массовое истребление всего живого. Здесь я вынужден вмешаться, — чтобы помочь. — Как и сейчас, когда три страны планируют разорвать другую, как стая диких собак. Страну, где находятся братья и сестры их жителей по крови, — всегда удобно свалить негатив на кого-то ещё. — И можете не переживать. Соответствующее образование у меня имеется, — знание от обоих миров хорошо ценится в мире средневековья, пускай и магического. — А доверие строится на былых поступках, — жестикулируя во время объяснений, я подошел прямо к мини-компании недовольных. — Какие ваши поступки свидетельствуют о доверии конкретно к вам? — излишне вежливо, без капли агрессии или обвинения, поинтересовался я.
— Мы… мы… — светловолосый парень начал переглядываться между своими товарищами, но он был слишком молод, чтобы даже победить в третьесортном рыцарском турнире.
— К сожалению, — неожиданно заговорила принцесса. — В нынешней ситуации я пока не могу никому доверять, кроме моего спасителя, — залившись предательским румянцем, честно напомнила золотая принцесса.
— За время нашего знакомства, — сделала шаг вперед Лакюс. — Лорд Рассвета показал себя крайне могущественным заклинателем, сильнейшим, какого знала история этого мира. Также, его познания практически безграничны, поэтому он компетентен в звании регента, — на самом деле, приходится метить куда выше, но это возможно после завершения первой фазы, и во время перехода ко второй. Правда, её успех зависит полностью от Демиурга, так как нам придётся действовать практически параллельно на том этапе плана.
— Не… я не могу так сми…
Возразить аристократу не дали вбежавшие рыцари, которые были мне незнакомы.
— На дворец напали!