Страница 59 из 73
Я бегло осмотрел всю кучу, подсчитывая выигрыш. Двадцать тонн?
Я выиграл за один круг ДВАДЦАТЬ ТОНН?..
— Коль, — позвал я уголком рта. — Сколько ты сидел за столом?
— Э... А какая разница? Мы же выиграли, пошли отсюда.
Мой товарищ нервничал так, словно не выиграл, а проиграл. И это настораживало.
— Не так быстро, ребятки, — обнажил клыки синий кабан. — Ты же не уйдёшь, не дав нам попытки отыграться, верно, малыш?
— Перекур, — вежливо улыбнулся я. — Ведь игрокам полагается перерыв, верно? Тем более, выигрыш я оставляю здесь, так что всё в порядке.
Схватив Кольку за шиворот, я потянул его вон из комнаты.
— Вот с этого всё и начинается, — горько заметил Колян, слабо перебирая ногами и то и дело теряя очки. — Классический развод: сначала тебе дают выиграть, а когда ты ощутишь вкус победы, обдирают, как липку.
— То есть с тобой всё так и было, — заметил я, настойчиво пробираясь к стойке бара.
Пиво. А лучше — текила. Вот что спасёт отца русской демократии...
— Ну конечно! — мой друг взвился ужом. Очень упитанным, веретенообразным ужом. — Пятьсот грамм золота. Целых полкило, представляешь? Это же такая куча денег... Один парень сказал, что этот клуб стоит меньше. А я всего-то поставил фишку, которую мне дала Зебрина.
— ЗЕБРИНА?..
— Видишь ли, — мой друг в очередной раз уронил очки и наклонился, чтобы их поднять. — Мы как раз были в "Чистилище", и она услышала, как я говорю про драконий покер...
— Ты обсуждал с кем-то драконий покер?..
— Ну да. С Розарио. Я спросил, где тут можно поиграть, а он сказал, что скорее откусит мне ноги, чем позволит выйти из "Чистилища" без твоего, Макс, разрешения... И после того, как он ушел, ко мне подошла Зебрина и сказала, что может отвести меня туда, где играют.
Как только мы протиснулись к стойке бара, Эмпедокл поставил передо мной бутылку с незнакомой этикеткой. В ней плескалась прозрачная, чуть светящаяся жидкость.
Осторожно понюхав — горький миндаль и капля аниса, — я решил, что сойдёт, и плеснув в рюмку, опрокинул в рот.
На секунду зажмурился, а открыв глаза, улыбнулся.
Отличное пойло! — я отсалютовал новой порцией в сторону бармена. — Чем-то напоминает абсент, но мозги прочищает, как ёршик для мытья бутылок.
А сейчас мне как раз это и требуется.
— И ты повёлся, — произнёс я, проглотив вторую порцию.
— Она сказала... — Колян покраснел и покрылся тонкой плёнкой пота. — Она сказала, что я лох, если слушаю всяких тигров, а тем более — тебя. Макс, — сказала Зебрина, — не имеет никакого морального права указывать мне, что делать. Я счёл её слова разумными. Мы договорились встретиться на крыше, и она отвезла меня сюда.
— И дала первую фишку, — кивнул я. — Какая Зебрина молодец...
А сам подумал, что когда мы с Лилит свалились — в буквальном смысле — ей на голову, сиганув в портал на Лимбе, Зебрина была на редкость мила.
Даже предложила отвезти нас к "Чистилищу".
Где меня моментально сцапали эцилопы и упекли в тюрьму.
— Значит, ты выиграл пятьсот грамм золота... — подтолкнул я Коляна к дальнейшему рассказу. А сам опрокинул ещё рюмочку. Кольке я не предлагал: что-то там у него с метаболизмом. Совсем нельзя.
— Остальные подняли вой, — ну, чтобы я дал им отыграться... Ведь я думал, что это громадные деньги, ну и вошел в положение ребят. Это было ещё вчера.
— ВЧЕРА?.. — теперь уже взвился я. — Значит, когда я пришел в "Затычку" с Пилой и Шаробум, чтобы выручать тебя из лап похитителей, ТЫ ВСЁ ВРЕМЯ БЫЛ ЗДЕСЬ? Ты что, даже шума драки не слышал?
— Нет, я слышал какой-то шум... Но Зебрина сказала, что это просто парочка пьяниц наткнулась на пустой столик, и всё...
— Нет, я не могу больше это слушать, — я опрокинул в рот третью рюмку. По мозгам словно прошлись наждачной бумагой, но как бы это сказать... в хорошем смысле.
Святой Люцифер! Как я теперь понимал Кольку-прежнего, которому приходилось выслушивать такие истории ИЗ МОИХ уст.
— Получается, ты сидел здесь больше суток, и за это время продул около десяти тонн золота... Почему ты не ушел сразу, как только начал проигрывать?
— Зебрина сказала, чтобы я тянул время, — пунцовостью, которую приобрели Колькины щеки, можно было освещать улицы. — Ну, чтобы я ещё немного поиграл, пока она раздобудет денег, чтобы отдать долг.
— А потом ещё немного, — кивнул я. — И ещё...
— Она время от времени заглядывала в комнату к игрокам, и каждый раз говорила, что золото вот-вот привезут, а пока может, я сыграю ещё раз — вдруг мне повезёт.
Я посмотрел на друга с большой тревогой.
— Слушай, раньше ты настолько тяжелым слабоумием не страдал. Как ты сразу не понял, что это всё — огромная залипуха?
— Никак не понял, — огрызнулся Колян. — Потому что думал, что я ей нравлюсь, — он начал задыхаться. Я попросил у бармена стакан воды, и Эмпедокл выставил на стойку высокий запотевший бокал. Смотрел он при этом не слишком радостно, но вслух ничего не сказал.
Колька выпил воду залпом.
Краснота немного спала, дыхание успокоилось.
Я начал подозревать, что в бокале была не просто вода... Посмотрел на бармена. Тот подмигнул и отвернулся.
"Не благодари" — читалось в этом подмигивании.
Ладно. Лишь бы всё это не вышло боком...
И я вновь переключился на Кольку.
Только один раз в Москве у него была девушка. И вовсе не потому, что мой друг — какой-то записной урод, просто... У всех ведь есть недостатки, так?
У моего друга — патологическая застенчивость и не менее фатальная бережливость.
И вот здесь, в Сан-Инферно, когда он ВДРУГ перестал стесняться, появляется ОНА. Девушка.
А мне известно из первых рук: когда Зебрина этого хочет, она становится просто неотразимой.
И если уж Я не мог устоять перед её обаянием, чего уж говорить о не избалованном женским вниманием Кольке?..
Другой вопрос: ЗАЧЕМ она это сделала?
Если всё это — банальная месть за то, что я отобрал её способности — я буду сильно разочарован.
А эти записки?.. Как я уже и говорил, настоящий детский сад. "Если ни принисёшь десить тон золата"...
А она не лишена изобретательности.
Подставить меня за мои же деньги.
Но Зебрина просчиталась: я смог выиграть. Так что...
— Игра начинается, — проходя мимо, синий кабан сверкнул в мою сторону желтым клыком.
Я соскочил с высокого табурета, и чуть не упал.
Во-первых, я как-то забыл, что табуреты предназначены для горгонид, и были раза в два выше обычных барных табуретов. А во-вторых, ноги почему-то перестали меня слушаться.
Нет, пьяным я себя не чувствовал.
Я был в порядке, честно, был...
Это бар раскачивался.