Страница 22 из 93
Шестьдесят восьмой километр секции 6Д, над уходящей вправо узкой дорогой оранжевый запрещающий знак. Здесь же пункт электронного контроля и стена, перегораживающая шоссе. Писк — опознание проведено, допуск есть. Стена ушла вниз, открывая путь.
По дороге давно никто не ездил, она была неухожена, занесена прошлогодними листьями и мусором. Место пользовалось дурной славой, но иногда находились дураки, лезшие к ТЭФ-зоне. Сколько их угробилось — никому не известно.
— Боишься? — спросил Ким.
— Нет. Уже отбоялся свое.
— Правильно.
— Хочешь, сообщу интересную новость.
— Какую? — насторожился Ким.
— На уровне "С-6" — утечка.
Ким раскрыл рот, резко вздохнул, потом почти спокойно произнес:
— Рассказывай.
Я рассказал ему все. Почти все. Насчет Лики язык не повернулся.
— Ясно. — Ким стал мрачен как туча. — Ты молодец. Приберег новость на последний момент. Чего, спрашивается, раньше молчал?
Ким покачал головой. Он был прав. За такие вещи снимают башку с плеч.
— Ладно, чего теперь! — махнул рукой Ким. — Отменяем операцию.
— Поздно. Не забывай, мне остался месяц. После этого ОС подействует.
— Мы сочиним легенду, утопим твоего голубоглазого в дезинформации. Пообещаем сотрудничество. Затеем игру.
— Думаю, дезинформацию всучить им не удастся. Они знают о зоне что-то такое, чего не знаем мы.
"Гепард", шурша шинами, начал тормозить и остановился.
— Мне надо идти.
— Надо, — вздохнув, согласился Ким. — Найду этого шалуна, который продает информацию, и собственноручно прибью гвоздями к дверям министерства.
— Я тебе помогу.
Я вылез из машины, взвалил на плечи ранец с оборудованием.
— До скорого, Саша.
— Если только вернусь.
— Типун тебе на язык! Тьфу, чего это мы заладили одно и то же! Давай!
Шоссе осталось за спиной. Теперь во всем мире я один. Первый бросок шестнадцать километров. Именно столько до границы зоны.
Я не любитель пеших прогулок, особенно по неухоженным лесам. Да еще когда за спиной ранец более чем в двадцать килограммов весом. На дорогу я убил больше пяти часов. Лишь изредка останавливался передохнуть. Благодаря "белым халатам", накачавшим меня с утра стимуляторами, чувствовал я себя вполне сносно...
Просека была метров триста шириной. Взрыхленная почерневшая земля — полоса отчуждения. Из космоса Новосибирская ТЭФ-зона представляла собой ровный круг радиусом двести километров. Просека — результат работы низковибрационного барьера. За просекой темнела стена леса. Не обычная тайга, а ядовито-зеленая масса буйной растительности. Выжженная здесь сто лет назад жизнь теперь брала реванш.
Над просекой переливалась радуга, будто только что прошел дождь. Но никакого дождя уже три дня не было. А был низковибрационный ТЭФ-барьер.
В голове гудело, на виски давила тяжесть. Не отпускало ясное ощущение это место опасно, человеку здесь делать нечего. Я подошел к просеке, чувство дискомфорта, неуверенности приближалось уже к тому, чтобы перерасти в панику... Так, успокоиться, собраться. Несколько пассов, вдох, концентрация хай-тог. Головная боль отступила, сознание прояснилось.
Я скинул рюкзак, открыл панель "Гвоздя", щелкнул тумблерами. Тик-тик прерывистый звук, синхронизация произведена. Теперь рюкзак на плечо — и можно идти напролом. Посмотрим, на что годны "головастики". Чего бояться? В крайнем случае ТЭФ-экран — это моментальная смерть, о которой человек, подвергнутый обработке ОС, может только мечтать.
Я ступил на почерневшую землю, затаив дыхание. Ничего не произошло. Посмотрел на "Компас" на руке — граница экрана в тридцати метрах. Вперед.
С каждым шагом я приближался к роковой черте. Снова боль в висках и затылке, какой-то первобытный, немотивированный страх навалился на меня. Десять метров до границы Восемь... Пять Каждый следующий шаг давался тяжелее, чем предыдущий. На уши давило, да и движения стали вязкими, как если бы я шел под водой. Смогу ли я преодолеть оставшееся расстояние? Я собрал остатки воли в кулак Только бы не упасть. Тогда я уже никогда не встану. До границы осталось три шага. Два... Перед глазами ярко брызнула радуга и рассыпалась на кусочки. Фейерверк на похоронах... Один шаг. Сознание покидало меня. Я больше не мог бороться. И я упал.
Это была смерть. Я падал целую вечность. Мои руки коснулись каменистой земли, колено пронзила острая боль. Я ничего не видел, перед глазами лишь плыли красные круги... Но длилось это, оказывается, лишь секунду
Сознания я так и не потерял. Голова прояснилась В ушах звенело Я пересек барьер и был в зоне ТЭФ-поражения. Рубикон перейден
Я с усилием встал, сделал несколько шагов. Обернулся.
Новосибирск, Москва, весь земной шар — это все в другом мире, к которому, может, я не буду принадлежать уже никогда...
НОВОСИБИРСКАЯ ЗОНА ТЭФ-ПОРАЖЕНИЯ. 11 ИЮЛЯ 2136 ГОДА
Повесть братьев Стругацких "Пикник на обочине", появившаяся во второй половине двадцатого века, считается мировой классикой и до сих пор пользуется интересом читателей. Там впервые был использован термин "зона" в определенном смысле — участок местности, подвергшийся техногенному или природному воздействию и приобретший опасные, загадочные свойства. Вскоре после написания книги появиласьЧернобыльская зона ядерного поражения, затем Оклахомская зона результат первых экспериментов с вакуумом. Были найдены две суперпаранормальные геоэнергетические зоны на Аляске и в Бразилии — в них порой происходит такое, что вообще не укладывается ни в какие рамки. И наконец, зоны ТЭФ-поражения. Все они являются средоточием аномальных биологических и физических явлений. Все чужды человеку. Все опасны.
Перешагнув барьер, я очутился в ином мире — это сразу бросалось в глаза. Дело далее не в том, что здесь не пели птицы — лишь изредка доносились издалека пронзительные полухрипы-полуохи. И не в том, что кусты и ветви деревьев были нездорово изломаны, а стволы сосен-гигантов казались склизкими на вид и кора их напоминала рыбью чешую. Хуже то, что все здесь не просто чуждо, но и смертельно опасно. Мне здесь нет места. Будь я оккультистом, то сказал бы, что местные злые духи слетелись со всех сторон и с жадным ожиданием взирают на меня, пытаясь решить, что же делать с чужаком. Но мистическое мироощущение мне чуждо, поэтому я просто оценил — дыхание здесь затруднено, пульс учащен и тяжесть давит на плечи, будто находишься на планете, притяжение на которой выше земного.