Страница 3 из 24
Эрцканцлер остановился на расстоянии пяти шагов от гвардейцев. Тех было двое: высокий и тощий — почти Каланча, но вдвое моложе, второй — коренастый, постарше, с лицом круглым и бледным как луна. Ганс цокнул языком и покачал головой, рассмотрев служивых: рожи осунувшиеся, руки в ссадинах, пояса болтались на тазовых костях.
Голод грозил уничтожить их всех куда быстрее Эккехарда.
— Что вы здесь делаете? — вместо приветствия спросил Граувер. В голосе эрцканцлера был металл, хреновый знак. — Кто приказал идти на разведку?
Коренастый шмыгнул носом и вытянулся по струнке, узнав эрцканцлера. Высокий замешкался и получил от товарища тычину в бок.
— Никто, ваша милость, — поклонился тот, что оказался посообразительнее. — Сами решили посмотреть. Это мы совершали обход, когда в камере рухнула стена. Но пока нашли ключи, пока открыли дверь, пока поняли, что к чему... Узник бежал. Мы отправились за ним, надеясь догнать.
— Судя по всему, не догнали, — подытожил Веззам.
Коренастый угрюмо уставился себе под ноги.
— Да, мастер. Однако...
— Проклятье! — вспылил эрцканцлер. — Город в осаде, каждый человек на счету, а вы, олухи, полезли не пойми куда? А если бы нашли там смерть?
Долговязый гвардеец пожал плечами, отчего пламя факела дрогнуло.
— Так беглец же. По уставу-то сказано... Простите, ваша милость. Мы и правда не думали ничего дурного.
— Шварценбергу объясните, — проворчал Альдор. — Лучше скажите, как далеко успели отойти и нашли ли что-нибудь.
Оба почти что радостно закивали, вызвав у Веззама недоумение.
— Ещё как нашли! Там обрыв. Скала висит прямо над рекой, можно прыгнуть.
— То есть этот зал — он как бы в пещере сделан, — добавил коренастый. — Сама пещера на скале. А скала над рекой — уж течение видно. Я камень кинул — он быстро в воду бултыхнулся. Значит, не очень высоко.
Эрцканцлер озадаченно переглянулся с Гансом.
— Но здесь не должно быть реки.
— Да, господин. И всё же она есть.
— Возможно, поменяла русло. Говорят, такое бывает. Быть может, из-за близости к реке зал и покинули. — Граувер обратился к гвардейцам. — Отведите нас туда, я хочу увидеть всё сам. Как далеко идти?
— Ощутимо, ваша милость. Если я сориентировался правильно, пещера находится уже за пределами города.
— Вот как... Ведите скорее.
Веззам жестом привлёк внимание Граувера.
— Ваша милость, позвольте нам идти первыми, — обратился он. — Местность неизведанная, мы не можем вами рисковать.
Слава богам, на этот раз барон не стал упрямиться. Он коротко кивнул наёмникам и отстранился, пропуская Веззама вперёд.
— Вы тоже будьте осторожны.
Они шли колонной по двое: сначала гвардейцы-разведчики, затем Веззам с Черсо, следом Граувер с помощником. Замыкали колонну Каланча с ещё одним солдатом.
— Мне не по себе, — шепнул Белингтор на ухо командиру, убедившись, что топот ног заглушал его голос. — Задницей чую неладное.
— Засунь страх подальше и молись, чтобы мы нашли Вала.
— Вот я и боюсь, что не найдём. Он может быть совсем рядом, всего в шаге — а мы пройдём мимо и не заметим.
— Если он всё ещё здесь, то отыщем, — Веззам старался держаться уверенно, но сам сомневался в том, что говорил. — Его милость отдал приказ. Скоро здесь станет светло как днём.
Белингтор заткнулся, продолжая беспокойно озираться по сторонам. Толку от этого было немного: вокруг тьма, камень и сырость. Но свежего воздуха стало куда больше.
— Вот! — подал голос луноликий гвардеец. — Аккуратнее, сейчас будет тесно. До сих пор удивляюсь, как мы вообще нашли этот проход. Хранитель направил, не иначе.
Веззам быстро понял, о чём толковал разведчик. Они упёрлись в каменную твердь — наконец-то нашли хоть какой-то край этого пространства. Гвардеец поднёс факел ближе к скале и принялся шарить руками, продолжая шагать вдоль стены.
— Нашёл! За мной, — скомандовал он и тут же исчез.
Белингтор удивлённо моргнул.
— Ну, чего стоите? — из мрака возникло круглое лицо проводника. — Сворачивайте за угол. Не бойтесь, здесь пол такой же твёрдый. Но придётся идти гуськом.
— Я первый, — сказал Веззам и направился за импровизированный угол.
— в кои-то веки не горю желанием оспаривать твоё право, — проворчал Черсо и, перехватив факел покрепче, двинулся за командиром.
Веззам удостоверился, что все нашли проход, и последовал за гвардейцами. В конце природного коридора — а подобное, несомненно, не мог сотворить человек — брезжило светлое пятно. Значит, поверхность всё же была совсем рядом. С каждым шагом дышалось всё легче, и всё нарастал шум воды. Место и правда было странным, но Веззам не испытывал такого животного ужаса, какой сейчас переживал Черсо. Гацонец побелел, с трудом дышал и едва двигал ногами, цепляясь ногтями за каждую шероховатость каменного коридора.
— Эй! Всё в порядке, парень. Сейчас выйдем, полегчает.
Он уже видел подобное и знал, что на свете есть люди, которым трудно находиться в тесноте. Но ни разу не замечал такого приступа за Белингтором.
— Мне плохо... Я не могу...
Веззам буквально взвалил на себя хрипевшего наёмника и ускорил шаг.
— Только не паникуй, не надо глупостей, — тихо говорил он, продолжая торопливо шагать на свет. — Видишь, выход всё ближе, совсем рядом, лучше приготовься зажмуриться...
Они вывалились из коридора на плоскую как поднос площадку шириной в два десятка шагов и длиной вдвое больше. Гвардейцы рассыпались по сторонам, давая дорогу. Веззам бережно усадил бледного от ужаса менестреля и огляделся.
— Факелы пока не тушите, — приказал он, хотя сейчас они были не нужны.
Ваграниец выпрямился и подошёл к самому краю скалы, что вытянулась вперёд над рекой, точно язык. Горе-разведчики даже преуменьшили находку. Над пещерой, куда выходил коридор, почти совершенно аркой нависала громада камня. На поросших мхом стенах сохранились остатки узоров, вырезанных, должно быть, ещё до возникновения Древней империи. Сверху, ровно над краем скалы-языка, было выбито отверстие, рукотворно переделанное в солнечный колодец.
— Святилище, — предположил Белингтор, поднимаясь на ноги. — Смотри, как падает свет — прямо на край. И там вырезаны какие-то знаки.
Скала выдавалась вперёд в том месте, откуда подземная река выходила на поверхность.
— Это, должно быть, приток Лалль, — сказал подошедший Ганс и с опаской глянул вниз. — И я даже начинаю понимать, в какой стороне мы находимся.