Страница 25 из 84
Тем временем звучат новые выстрелы, но мусорщики не попадают. Я и пацаны побросали рюкзаки и начали стрелять в ответ. Причём они не просто отстреливались, как раньше, а использовали тактику, которой я их обучил.
— Да. Три, — все выглядывают из окон второго этажа.
— Ещё два засели в кузове грузовика, — говорю я.
— Двое! — кричит Жёлудь. — На козырьке подъезда.
— Тогда отобьёмся? — спрашивает Дино.
— Да! — кричу я. — Трое бегут зигзагом в их сторону и прячутся за укрытиями, остальные прикрывают. Ясно? Действуем!
Я, Дино и Жёлудь побежали вперёд, стараясь вилять из стороны в сторону и выжимать максимум из укрытий. Кроме того, мы старались стрелять по мусорщикам как можно чаще, чтобы те не получали перевес, ведь стрельбу они ведут все вдевятером.
Наш авангард пробежал приличное расстояние:
— В укрытие и прицельный огонь.
— Да.
— Ага.
— Бегите к нам! — кричу я Роме, Джефу и Майку. — Мы должны их прикрыть.
Раз в несколько секунд шумели выстрелы. В нас попадали, мы тоже. Ранения совсем не смертельные, больше болезненные. Конечно, есть риск получить смертельное или остаться без глаза. И если первое очень маловероятно, то второе вполне себе не сложно представить. Потому ещё на тренировках я объяснил пацанам, что больше всего в защите нуждается лицо, затем шея, а после всё остальное, что и так скрывается за слоями одежды. Эх, раздобыть бы каски и бронежилеты.
Вскоре трое наших прибежали и заняли позиции. Расклад: шесть на девять. Хах, если считать меня за троих — у нас есть все шансы победить.
— В ближний бой не вступать, у них есть ножи.
— И у нас! — злобно завопил Дино.
— Именно поэтому ближний бой нам и не нужен! Или ты правда хочешь убить кого-то из них?
— Да, хочу… Наверное… Ну избить-то точно.
— Видишь ли, — я выстрелил снова, — всё не так просто, и я обещал Фрэнку, что не дам вам стать преступниками. Прогоним их и вернёмся в убежище.
— Согласен, — кивнул Дино.
Все остальные тоже были не в восторге от идеи превратить нелетальную перестрелку в поножовщину. Разумеется, если мусорщики нападут на нас с ножами, нам придётся дать отпор. Придётся убивать. Но если мы можем обойтись без убийств, то сделаем это.
Вдруг в мыслях появился образ Осколка. Он снова начал посылать мне сигналы, но теперь гораздо более понятные, в виде размытых, ну совсем не чётких образов.
Перестрелка продолжалась вовсю. Было совсем непонятно, на чьей стороне преимущество. Мусорщики плотно засели в своих укрытиях и даже не думали отступать. Они что-то выкрикивали, но из-за ветра их не было слышно. Будь это предложение поговорить, так сказать, устроить переговоры, они бы перестали стрелять.
Я и пацаны ничего не кричали в ответ. На тренировках я их учил, что нужно владеть своими эмоциями и не поддаваться ярости или ненависти, в бою они не помогут.
Продолжая отстреливаться, я всё пытался понять, что же за образы создавал Осколок. Долго мне потребовалось фантазировать и наводить чёткость картинки. В конце концов, я увидел, как энергия направляется в самоцвет, из-за чего тот чернеет и вскоре взрывается. Посыл Осколка максимально прозрачен, как чистый горный ручей.
Я вытащил из рюкзака самоцвет. Взял в руки и начал нагонять в него энергию. Как и показал Осколок, самоцвет с лёгкостью впитывал энергию и светился всё ярче.
В какой-то момент я закачал в него столько энергии, что он начал вибрировать и отказался принимать новые дозы. Тут-то я и понял — заставлю его поглотить ещё немного энергии, и в нём запустятся разрушительные процессы.
Больших усилий мне это стоило, но вот он в моих руках. Я крепко сжимаю его, и он начинает чернеть. Взрыв может случиться в любую секунду. Высовываюсь из-за укрытия и швыряю чернеющий Осколок так далеко, как могу.
Прогремел громкий взрыв, появился густой чёрный дым, а в мусоре образовалась небольшая воронка. Мусорщики сразу перестали стрелять.
— Это че такое было?! — Дино смотрел на меня широкими глазами.
— Всего лишь самоцвет, — я не думал, что взрыв будет настолько громким.
— Сейчас все мутанты сюда прибегут!
— Бежим отсюда! Бежим! — кричит Жёлудь.
— Уже слышно их рёв! — Рома ссутулился и с ужасом посмотрел по сторонам.
Молчаливые друзья выпучили глаза и переглянулись. Они недовольно смотрели на меня и сжимали оружие.
Я поднялся над кучей мусора и увидел, что мусорщики вылазят из своих укрытий и сломя голову бегут прочь. Один из них увидел меня, остановился, покрутил пальцем у виска и побежал дальше. Они уже даже не пытались в нас стрелять.
— Мусорщики убегают, — произнёс я, когда вернулся к пацанам.
— Расстреляем их в спину? — спросил Жёлудь.
— Чтоб больше такого не слышал! — выругался я. — И это не потому, что нам нужно бежать.
Мы сорвались с места и рванули туда, откуда пришли. Рёв позади становился всё громче. Судя по звуку, он шёл именно с той стороны, куда побежали мусорщики. Не повезёт им, если выкидыш окажется на пути в логово.
Добравшись до высоток, мы спрятались в одной из них на последнем этаже.
— Чем выше, тем лучше. Мутанты не любят подниматься по лестнице, — объяснил Дино, — только не подходите к окну, если он нас увидит, то нам конец.
Мы сидели в просторной квартире. Когда-то в ней был сделан красивый ремонт, сейчас же об этом напоминают только редкие обои, что хорошо сохранились под потолком. Мебели в квартире почти не осталось, только старый хлам, покрытый пылью.
— Может вздремнём? — спросил я. — Нам всё равно торопиться некуда.
— Хорошая идея, — ответил Дино, — только нам нужно оставить дозорного.
— Я за всем прослежу, а вы поспите.
Пацаны притащили из другой комнаты старый матрас и диван. Места хватило всем, они положили под голову рюкзаки и уснули. Я сидел у окна и прислушивался. Никаких криков, выкидыши не выли, лишь ветер гремел старым разбитым окном.
Прошло несколько часов, солнце уже давно взошло и ярко светило. Я разбудил пацанов.
— Думаю, мы можем идти.
— Да, только посмотрите сначала в окна, — согласился Дино.
Каждый из нас выбрал себе окно, подошёл к нему и осторожно выглянул. Через пару минут мы собрались в центральной комнате.
— Всё чисто? — спросил я.
— Да, — ответил Жёлудь.
— Угу, — кивнули молчаливые Джеф и Майк.
Никто из пацанов не увидел из окон опасности.
— Как думаете, мутант их догнал? — полюбопытствовал Жёлудь.