Страница 12 из 84
Ещё меня очень заинтересовала возможность сделать из Норы НЭС. Это же Норная электрическая станция? Так что, получается, Норы могут не только нести в города разрушения, но и энергию? Выходит, что если правильно освоить Нору, то она может стать сердцем нового города.
Да, мне бы хотелось, чтобы у меня в наследстве оказалась парочка Нор…
***
На следующий день я чувствовал себя великолепно. Был готов к новой жизни не только разумом, но и телом. Ко мне в комнату зашёл Фрэнк и с порога произнёс:
— Как ты, здоров уже, что ли? Как бык? — он улыбнулся.
— Хм, до быка мне ещё далеко, — до сих пор меня поражает собственная худоба.
— Готов поработать?
— Да, мне уже не терпится.
— Ну и славно. Отправляетесь завтра до рассвета, — сказал он и прищурился. После чего позвал. — Жë-ë-ëлудь!
В комнату вбежал подросток в дурацкой коричневой шапке, которую он то и дело поправлял.
— На месте, — пацан явно был в хорошем настроении: он улыбался, но на меня поглядывал с недоверием.
— Вижу я, что ты на месте. Чего разошёлся? Покажешь новенькому, как мы живём.
— Угу, — кивнул Жёлудь, — а как его зовут?
Фрэнк посмотрел на меня:
— Он не назовёт имя… Может Азур?
— Азур? — спросил я.
— В переводе лазурный, синий, — ответил старик, — не встречал я прежде людей, которые от оранжевой заразы только своей волей излечивались.
— Азур, Аз-Ур, — вмешался Жёлудь, — звучит прикольно.
— Мне нравится. Да и своеобразная логика в этом есть: антинорка к оранжевой Норе же делается из синих самоцветов?
— Это ты из радио узнал?
— Да.
— Быстро учишься, это хорошо… Так, — Фрэнк задумался, — у меня дел по горло, разберётесь без меня.
— Ну че, Азур, пошли на экскурсию по нашему убежищу.
— Да с радостью, — с готовностью ответил я. Знал бы он, как же мне наскучила эта комната за прошедшие дни.
Мы вышли в коридор, и Жёлудь показал в сторону, где не было света:
— Ну, ты там был, там у нас туалет… Ничего интересного.
Мы пошли в противоположное направление. Жёлудь хватался за ручки закрытых дверей и говорил, что есть в комнатах. В одной хранился запас воды, в другой — еда. Некоторые из комнат предназначались для оружия, одежды и прочего.
— Так, а здесь у нас девчонки, — Жёлудь указал на закрытую дверь, украшенную венками из высушенных цветов, — к ним лучше не лезь, они противные.
— Ничего, ещё годик, и ты изменишь своё мнение, — я ухмыльнулся.
— Че-то ты много умничаешь… Ладно, пошли дальше.
Мы прошли мимо ещё одной комнаты, в ней находились кресла, диван и длинный деревянный стол. Жёлудь сказал, что она общая и в ней собираются по праздникам или для того, чтобы обсудить что-то важное.
На следующей двери висел череп собаки… Хотя нет, скорее волка.
— Это наша, давай тебя хоть с пацанами познакомлю, — Жёлудь стукнул по черепу и открыл дверь. — Старше всех у нас Дино, ему уже шестнадцать. Он у нас типа главарь.
Тот самый «главарь» Дино зашивал дыру в кофте, даже на меня не взглянув:
— Пневмат твой дерьмовый, я его чуть не сломал, блин.
— Но ты так его хотел, вот и радуйся, — он меня уже раздражает.
— Иди ты… — он отвернулся и продолжил зашивать кофту.
— Ну, да, пневмат правда такой себе. Вон та спящая красавица, — Жёлудь засмеялся, — это Рома. Нет у него клички, просто Рома… Ну, а ещё он мечтает стать боксёром. Хе-хе!
— Я мог бы дать ему пару уроков, — я всегда с уважением относился к людям, у которых есть мечта, и это не просто желание иметь много денег и тачек.
— Ты? — Дино заржал в голос. — Не смеши! Тебя и девчонка уложит.
— Хочешь проверить?
— Хочу! — он всё не унимался. — Давай завтра, как будет свободное время.
— Идёт, — как же быстро я нашёл себе подходящего противника для спарринга, ведь Дино выше и сильнее меня.
— О, я посмотрю, — хихикнул Жёлудь, — а вон те двое, это Майк и Джеф. Они у нас тихушники, зато хорошие ребята и никогда не подведут.
Я посмотрел на пацанов, на вид им тринадцать-четырнадцать лет. Они молча подняли руки в знак приветствия и вернулись к своим делам.
Интересными мне показались и имена этих детей. Судя по всем ощущениям и атмосфере, я в параллельной России годов так двухтысячных. Но почему славянские имена перемешались с английскими и другими иностранными, не очень понятно.
Хотя чего удивляться? История в этом мире могла идти совсем другими путями. Чëрт, да я даже карту страны, где нахожусь, ещё ни разу не видел.
Нужно будет побольше собрать информации, чтобы адаптироваться к новой России. Может она и называется по-другому?
От размышлений меня отвлёк Жёлудь:
— Задумался? Некогда нам. Пойдём дальше, там скоро уже и выход на поверхность.
— Наконец-то подышу свежим воздухом.
— Зря ты гундишь, — возмутился пацан, — вентиляция у нас работает круглосуточно.
— Да? — если с ней так тяжело дышать, то без неё мы бы здесь все задохнулись. — А где вы берёте электричество?
— Фрэнк говорит, что наше убежище рядом с подземными кабелями, которые типа соединяют города. Ну, как-то он к ним присоединился.
Мы подошли к последним дверям.
— Там у нас кухня, там столовая, а вон там склад всякого барахла… А та-а-м мой любимый тир, — Жёлудь показал на массивную дверь, — а это комната Фрэнка, туда нельзя, даже если очень срочно.
— Понял.
— Ну, а вон лестница. Полезли наверх.
Мы поднялись на несколько метров. Жёлудь покрутил большое железное кольцо и толкнул люк. Выбрались на поверхность в большой пещере, заваленной ветками и листьями.
— Подышал? Хватит, никуда не попрëмся. Фрэнк не разрешает нам шататься по лесу без дела.
— Тогда не будем нарушать правила, — ответил я.
— Ага. Ну всё, дальше сам, а я пойду с пацанами сыграю в настолки.
Я вернулся в комнату, включил радио и принялся медитировать. Порой медитация нужна лишь для того, чтобы поддерживать тело и дух в тонусе. Конкретной цели может не быть, ты просто проверяешь баланс, насколько хорошо слушаются тело и дух.
Позже одна из девочек позвала меня в столовую, где мы все вместе собрались на обед. Джеф и Майк ели молча. Если бы я их не видел, то мог бы и вовсе подумать, что они уже поели и ушли.
Дино и Вики обсуждали какую-то проблему и всё спорили, как нужно поступить. Парень говорил, что он, хех, во-первых, мужчина, а во вторых, сильнее, следовательно, ему и решать.