Г.М.Юность

Сильные струи дождя очень мешали обзору, поэтому очередную, нарисованную по всей стене свастику, заметил уже поздно.

- Смотри-ка, на ловца и зверь бежит! - едва различаю знакомый голос, после которого нутро холодеет ещё больше, чем от дождевой воды.

Раздался звонкий и мерный стук - пошёл град. Молния ударила совсем рядом, осветив территорию и показав мне семерых подростков, от пятнадцати до двадцати лет, сидящих под навесом. В их руках были пивные бутылки, а у одного, стоящего за спинами остальных, рассмотрел шприц.

- Это же тот жидёныш, о котором я рассказывал! - крикнул лысый парень своим друзьям, которые уже перевели на меня задумчивый взгляд, который мне очень сильно не понравился!

Вот так... повезло. А из-за ливня я не мог ничего толком разглядеть до последнего, пока не стало поздно.

Разворачиваюсь, чтобы рвануть в противоположную сторону, но нога застревает в размякшей от воды земле и от резкого поворота скользит по ней.

Неловко махая руками, падаю задницей прямо в лужу, вызывая этим громкий смех.

Парни неспешно подходили ко мне и что-то подсказывало, что не с целью помочь. Прямо рядом с нами вновь ударяет молния, заставив юных нацистов прикрыть лица руками и сделать шаг назад. Кто-то закричал.

Это мой шанс! Собрав последние силы, поднимаюсь и бегу. Нога отдаётся болью, кажется я подвернул или вывихнул её. Надеюсь, они не будут гнаться за мной в такой ливень?

Бег был не долгим, но изматывающим. Я сильно хромал, но старался не снижать темп, терпя боль. А ещё, кажется, выбор пути вновь привёл меня в медвежий угол. Дома вокруг были очень старыми и казались нежилыми. Неподалёку виднелось чем-то засеянное поле. За спиной, в очередной раз, глухо громыхнуло. Погода и не думала налаживаться, а темнота стала лишь сильнее.

Град продолжал мерно выпадать, больно стукая по спине и голове.

Облокачиваюсь о дверь какой-то хибары, которая неожиданно оказывается незапертой, из-за чего кубарем закатываюсь внутрь.

- С-с, - зашипел от боли, содрав кожу на локте.

На полу валялись осколки стекла, было грязно и темно. Но вот, новая молния осветила помещение и я грязно выругался, ведь все стены были изрисованы фашистскими символами и лозунгами. Дом был сильно замусорен, причём почти также, как я видел в местах скопления юных нацистов ранее.

Дверь снова открылась и ко мне ввалились знакомые силуэты.

- И стоило оно того?! - поправка, злые «знакомые силуэты», полностью вымокшие под дождём. - Думал, что сбежишь от нас на такой скорости?! На нашей территории?!

Лысый здоровяк отряхивается от воды, поигрывая кулаками и мрачно усмехаясь.

- Что с него взять, он же тупой, - загоготал второй парень, сплюнув прямо в угол. Третий же начал обходить меня со спины.

- Ребята, я не еврей, - поднимаюсь на ноги, стараясь не беспокоить травмированную конечность, которая откровенно дрожала. Рука сразу нащупывает в кармане палочку, что даёт немного спокойствия. А дальше... начинаю говорить, ведь попытка не пытка, верно? - Я родился и живу в Англии, я англичанин..!

- Так по тебе же видно, - удивлённо хмурится лысый, - «еврейская шестёрка» у носа, вытянутое лицо, кучерявые и чёрные волосы. Думаешь, нас не учили вас распознавать?

Кажется ситуация дрянь и похоже, придётся всё-таки применять магию. Что применить? Думаю, отталкивающего будет достаточно. Это должно их напугать и заставить сбежать. Или всё же рискнуть? Очень уж не хочется встревать в драку! Отделают же до переломов, а ведь я даже не ев...

В груди резко похолодело и дело было совсем не в погоде. На лице стоящего передо мной лысого парня на миг мелькнуло удивление и даже испуг, а над ухом прозвучал пышущий злобой голос:

- Из-за таких как ты, мой отец лишился работы, - это был тот парень, что заходил сзади он...

Руки слабеют, роняя палочку, голова медленно опускается ниже, позволяя глазам заметить, как из груди торчит кончик ножа. Дерьмо, как же глупо...

Заваливаюсь прямо на осколки стекла, что впиваются в лицо и глаз. Не чувствую боли. Ничего...

- Дурацкая погода... дурацкая смерть... - губы дрожат, пытаясь собраться в улыбку.

Крики парней, орущих друг на друга отходят на задний план.

- Иви... - едва слышно произношу я, - ты обещала, что защитишь меня...

Глава 4

26 июня 1937 года - 26 июня 1937 года

Церковь «Темпл», Лондон

Эти шестеро мужчин не выглядели опасными. Они пришли в разное время и не показывали, что знакомы друг с другом. После утренней мессы, когда священник собирался закончить, то подошедший ближе парень, просто приставил пистолет к его спине.

- Собирай всех в центр. Нужно кое-что обсудить.

С этих слов начался кошмар. Словно Сатана, злобно улыбаясь, обрушился на это святое место. Быстро и аккуратно собрав заложников, преступники вытащили из их группы вырывающуюся Кристи, а также ещё четырёх девушек - помоложе и посимпатичнее.

- Я ведь знаю тебя, - произнёс отец Дункан, указывая на молодого парня, примерно двадцати пяти лет, подошедшего вместе с остальными преступниками, - причём с самого детства! Зачем ты этим занимаешься?

Мужчина отвернулся, почесав заросший и небритый подбородок. В его голове царила сумятица. Действительно, для чего им эта церковь? Хорошая, католическая... да ещё и в центре города. Тут столько бобби, что...

Выстрел оказался неожиданным для всех.

- Что?! - махнул пистолетом лидер нападавших, - я отправил его на повышение, аха-ха-ха!

Люди дрожали, кто-то начал молиться.

- Что известно о напавших на магазин Формана с эзотерической литературой? - приставил ствол к виску настоятеля церкви один из преступников.

- Это случайность, - заговорил пожилой священник, - мы не хотели, чтобы так получилось, Бог велик, он...

- Конкретнее, - сильнее прижался пистолет к его голове, начав больно царапать кожу.

- Это были наши прихожане! Молодые люди из ближайших районов, самые разные! Благополучный, средний класс... Они... - священник немного замялся, - да запали они на эту новенькую, вы сами посмотрите на неё! Будь помоложе, так сам бы приударил. А эта дура им и задвигает про власть божественную: что еретиков наказывают, а праведников вознаграждают, а там слово за слово и вот оказалось, что «Ангел Божий», в её лице, вознаградит праведников и тут у этих идиотов появилась цель! Это абсолютная глупость и случайность, мы выгоним её из нашего храма и не допустим такого больше, это...

Выстрел и мозги священника растекаются по полу, окрасив в том числе и стену.

Это привело к новым крикам и ещё более горячим молитвам. Ситуацию отягчало банальное непонимание людей. Нападавшие почти не говорили и их цели не были ясны.

Внезапно, все преступники, собравшие заложников, будто дёрнулись, одновременно прикрыв глаза. А когда открыли, то взгляд их был затуманен. Мужчины молча и синхронно направили пистолеты, начав методично расстреливать прихожан и священнослужителей, пощадив лишь отобранных ранее девушек.

- Контрольный всем и поехали, - повернулся старший, направившись к выходу. В его руках молча тряслась Кристи.

«Молоты» спокойно покинули заранее запертую церковь, а потом уехали из центра. Город продолжал жить.

***

- Здравствуй, моя дорогая, - сажусь я рядом с девушкой в одежде монахини, - как дела?

Кристи молчит, лишь молча льёт слёзы.

Посмотрев на неё, декларирую следующие строчки, читанные ещё в прошлом мире и внезапно возникшие в голове:

«Ни ненависти, ни любви не питаю я ни к кому.

От веры отрёкся я, от мира ушёл во тьму.