Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 7 из 63

От неожиданности лицо управделами дёрнулось, но он быстро взял себя в руки. Вениамин Амиранович умел держать удары.

– Распустился аппарат, – продолжал между тем Громов, не глядя на Даргджанова и перебирая бумаги, которые за полчаса до его прихода, положили ему на стол сотрудники Пресс-службы – СТАРОЙ ПРЕСС-СЛУЖБЫ, к которой у Евгения Евгеньевича пока никаких претензий не было. Народец там подобрался хваткий, профессионалы высшей пробы, служившие не конкретному лицу, а ДОЛЖНОСТИ. Таких Громов уважал.

– Пожалуйста, проведите с людьми соответствующую работу, определите список ответственных лиц, которые могут приходить ко мне в строго определённые часы. Время и персоналии согласуете с моим помощником – его зовут Андрей Эмильевич, он сидит в кабинете 215…

– Но там место моего заместителя! – возмутился было Даргджанов, на что получил обескураживающий своей простотой ответ:

– Ваш заместитель уволен.

– Но почему не посоветовались со мной!.. – вскричал, разом потерявший свою респектабельность, «завхоз». Привычный мир рушился на его глазах. Таких РЕЗКИХ ТЕЛОДВИЖЕНИЙ не позволял себе даже непредсказуемый в своём упрямстве Папаша.

Громов поднял голову и строго посмотрел в глаза Даргджанова. Сказал чеканя каждое слово:

– Потому что Я ТАК РЕШИЛ! Если у вас нет чего-либо срочного, то можете быть свободны. Понадобитесь – вызову.

И демонстративно взялся за свой мобильник. С побагровевшим лицом, трясущимися от унижения губами Даргджанов буквально вылетел в приёмную. Свирепым взглядом обвёл находившихся там людей – сплошь незнакомые хари, ГРОМОВСКАЯ ГВАРДИЯ, чтоб его черти побрали! – и гаркнул испуганной секретарше (слава Богу, из СТАРЫХ!):

– Водка есть? Почему нет? Живо сюда стакан! – и пока перепуганная до смерти секретарша бегала за водкой, стоял в приёмной, свирепо раздувая ноздри, всем своим видом напоминая быка, неожиданно получившего мулету в бок. Не смертельно, но больно. И главное, обидно. Присутствующие, пряча улыбки, тактично смотрели в сторону. Через полторы минуты появилась секретарша, прижимая к груди открытую бутылку водки. Хватив прямо из горла, «Веня-Железобетон» гневно рыкнул, и, повернувшись спиной к посетителям, выскочил вон, провожаемый насмешливыми взглядами.

Понедельник, 22 июня 2000 года, за две недели до описываемых событий. Светлогорск, первая гимназия

Урок закончился – и Алиса Сергеевна, устало улыбаясь и кивая стремительно покидающим класс ученикам – народ спешил в столовую, стала неторопливо собирать тетрадки в портфель. Вот и ещё один день прожит – и, если судить по сегодняшнему уроку, прожит не зря. Умненькие ребятки пошли. И, не в пример, нынешнему прагматичному, донельзя меркантильному времени – все какие-то открытые, СВЕТЯЩИЕСЯ. И очень начитанные. В её время таких бы на всю параллель один или два человека набрался – а сегодня, гляди-ка: почти целый класс! Значит, не всё ещё потеряно у России, коли есть у неё такое будущее!

Алиса Сергеевна была романтиком и всегда верила в хорошее. Даже, несмотря на окружающую грязь бытия. Но вслух свои взгляды старалась не демонстрировать. И не потому, что боялась насмешек – для этого её слишком уважали и ученики, и их родители, и коллеги. Просто Алиса Сергеевна никогда не метала бисер перед свиньями, прекрасно сознавая, что если человек чего-то не понимает или не хочет понимать, то никакими словами и наглядными примерами его не заставишь изменить свою точку зрения. Только силой. А она никогда не бывает стопроцентно эффективной. А посему зря сотрясать воздух не имеет никакого смысла.

Последняя тетрадь утонула в просторном чреве портфеля. Однако не успела Алиса Сергеевна взять его в руки, как дверь в класс с грохотом распахнулась, и зычный голос ненаглядной подружки и коллеги по работе, «химички» Зои Анатольевны, прямо с порога возвестил:

– Лиса, радуйся: ты вытянула счастливый билет!

Алиса Сергеевна улыбнулась. Своё прозвище: «Бомба», Зоя Анатольевна оправдывала полностью.

– Что стряслось, Зоенька? – спросила Алиса Сергеевна, поправляя непокорный локон своих волос, так и норовивший свалиться ей прямо на нос. – Ты опять хочешь втянуть меня в какую-то авантюру?

Она намекала на «Кредитное товарищество», куда с полгода назад её пыталась затянуть подруга дней её суровых. Ради любопытства Алиса Сергеевна сходила по указанному адресу. Поначалу ей там понравилось. Сплошной бомонд – хотя и не первого уровня. Но и не последнего: директора мелких фирм, чиновники городской и областной администраций, какие-то военные. Даже два милиционера – с майорскими погонами, присутствовали. Дамы – все сплошь в вечерних платьях, в золоте и бриллиантах. Алисе Сергеевне даже на мгновение стало стыдно за своё скромное, хотя и вполне соответствующее моде прошлогоднего сезона платье. Но потом она успокоилась и с интересом стала наблюдать за происходящим. Поначалу всё было пристойно. Официанты разносили шампанское (Алиса Сергеевна подумала – и решилась выпить один фужер), народ, разбившись по группам, о чём-то оживлённо беседовал. До Алисы Сергеевны долетали лишь обрывки слов:

– …Представляете: он говорит – у меня только триста «баксов»! А ведь я ему сразу сказала, что нужно именно пять «тонн»! А он, видите ли, машину решил прикупить, да хоть бы «джипом» соблазнился, так ведь, идиот, «Вектру» взял, как последний ларёчник!





– …Внесла семь «штук», привела десяток своих знакомых – и мне в тот же день двадцатку вручили! Представляете? Так я тут же сотрудников своей фирмы подвязала: какой же идиот от дармовых денег отказываться станет?

Лица у всех были какие-то алчно-счастливые – и Алисе Сергеевне стало неприятно. Она уже было собралась уйти, как её кто-то вежливо тронул сзади за локоть. Алиса Сергеевна обернулась. Сзади, смущённо улыбаясь, стоял плечистый мужчина, одетый, в отличие от всех присутствующих, в джинсовый костюм. Правда, очень дорогой – это сразу бросалось в глаза. Лицо его показалось Алисе Сергеевне обычным. Не герой моего романа, тут же решила она.

– Извините, что навязываюсь, но мне здесь скучно, – откровенно признался мужчина. – Увидел знакомое лицо – и решил подойти…

– А нас разве уже представляли друг другу? – вопросительно изогнула бровь Алиса Сергеевна. Мужчина не вызывал у неё неприязни. Равно как и желания узнать его поближе. С некоторых пор Алиса Сергеевна в таких вопросах вела себя более чем осторожно.

– Ну, как же! – улыбка у мужчины стала ещё шире. – Я – Стерн, неужто забыли? Ведь это вы мне приклеили дурацкое это прозвище тогда, на вечеринке у Сивцовых. Помните? Представьте, так и осталось! Кстати, что это за тип, ваш Стерн?

– Этот тип – английский классик, – пояснила Алиса Сергеевна. Она наконец-то вспомнила, где они встречались. В кои-то годы сходила к школьным друзьям на небольшой «междусобойчик» – а там к ней привязался этот тип. Водки пил немеряно, долго не пьянел – и всё пытался к ней «подклеиться». Когда попытка не удалась – не расстроился. И подцепил подружку старшей дочери Сивцовой – длинноногую красотку, внешне смахивающую на куклу Барби. Помнится, потом вместе с ней и удалился куда-то. Кажется, работает в редакции какой-то местной газеты.

– Как поживает ваша подружка? – вежливо поинтересовалась Алиса Сергеевна, и, поймав недоумевающий взгляд Стерна, пояснила: – Её, кажется, Тата зовут.

– А-а, Наташка! – Стерн засмеялся: – Наверное, хорошо. Я не знаю. Мы ж тогда, как вышли от Сивцовых, так на улице с ней и распрощались.

Алиса Сергеевна сделала вид, что поверила.

– Нет, серьёзно! Её там брат ждал – такой гориллоподобный шкафчик в «Лэндкрузере». Вдвоём куда-то и укатили…

– А вас бросили.

– А меня бросили!

Посмеялись.

– Что здесь творится? – поинтересовалась Алиса Сергеевна, кивая на окружающий их народ.

– Лохотрон, – с готовностью пояснил Стерн.

– Не понимаю, – честно покаялась в собственном невежестве Алиса Сергеевна.

– А очень просто. «Кредитное товарищество» – одна из форм надувательства, при помощи которого у доверчивого населения изымаются лишние дензнаки. В свободно конвертируемой валюте. Причём, на абсолютно законных основаниях.