Страница 116 из 121
Собачонка на руках у рыжей женщины негромко гавкнула.
– Добрый вечер, юный сэр, – сказал мужчина. – Мы пришли, чтобы…
– Нам сказали, что наша дочь у вас, – торопливо вставила женщина.
– Дядюшка! – позвал мальчик, и к двери подошел высокий черноволосый джентльмен с бледным лицом.
– Добрый вечер, сэр, – поздоровался мужчина в мятом котелке. – Меня зовут Джеймс Беррике, это – моя жена Элизабет. Нам сказали, что наша дочь Тилли у вас. Вы ведь доктор Доу?
Джентльмен кивнул и хмурясь спросил:
– Кто вам сказал, что ваша дочь у меня?
Посетители неловко потупились – кажется, они боялись отвечать.
Доктор продолжил:
– Мне сообщили, что родители мисс Беррике находятся в долговой тюрьме «Браммл».
– Это так! – воскликнула Элизабет Беррике. – Вернее, мы там были, но…
Женщина не договорила и заплакала, не в силах справиться с нахлынувшими чувствами. Супруг закончил за нее:
– Наш долг выплатили, а нас отпустили. Нам вернули дом.
– Что-то не похоже на банк, – недоверчиво сказал доктор Доу.
– Мы были поражены не меньше вашего, сэр! – закивала Элизабет. – Но Человек-в-красном… это новогоднее чудо! Новогоднее чудо выбрало нашу семью, сэр! Она так сказала!
– Она?
– Дочь Человека-в-красном!
Племянник доктора бросил на дядюшку быстрый взгляд и уже собирался что-то сказать, но тот поднял руку, веля ему молчать.
Миссис Беррике добавила:
– Дочь Человека-в-красном выплатила весь долг с процентами, дала нам две сотни фунтов и адрес. Ваш адрес. Скажите же, молю: Тилли у вас?!
Доктор отступил в сторону.
– Прошу вас. Следуйте за мной.
Он провел посетителей на второй этаж, пропустил их в кабинет.
– Мисс Тилли, тут к вам пришли, – сказал он.
Девочка, сидевшая в кресле с журналом «Роман-с-продолжением» и пачкой печенья «Твитти», подняла взгляд
– Ма… мама?! – сорвалось с сухих губ. – Папа? Быдль?
– Тилли!
Миссис Беррике опустила собачку на пол и бросилась к дочери. Мистер Беррике поспешил за ней. Родители сжали Тилли в объятиях. Все трое заплакали. Песик Быдль с веселым лаем запрыгал вокруг, неистово махая хвостом.
Доктор Доу поморщился – он испытывал неловкость от различных проявлений чувств – особенно когда эти чувства проявляли в его присутствии.
– Та мисс, – сказал он, – которая вызволила вас из «Браммл», сообщила вам, что произошло с девочкой?
Миссис Беррике поглядела на него испуганно:
– Она рассказала, да. Какой ужас! Мы бы не пережили, если бы наша доченька… если бы она…
– Умерла? – безжалостно подсказал доктор Доу, после чего тяжко вздохнул. – В любом случае сейчас мисс Тилли уже ничего не угрожает.
Он прошел к шкафу с пилюлями и открыл дверцы.
– Я выдам вам все нужные лекарства и инструкции по их применению. Мисс Тилли требуется отдых, но, полагаю, вы можете забрать ее домой.
Сев за стол, доктор Доу быстро написал список рекомендаций по лечению и передал его мистеру Беррике.
– Спасибо! Спасибо, господин доктор! – Миссис Беррике неожиданно для доктора схватила его руку и крепко ее сжала. – Мы так вам благодарны! Так благодарны! Я… не могу подобрать слов…
– Не стоит, – смущенно пробубнил доктор Доу. – Полагаю, спасением мисс Тилли вы обязаны… гм… дочери Человека-в-красном.
Но мистер и миссис Беррике не слушали – все продолжали благодарить. Мать так лихорадочно целовала дочь, будто пыталась зацеловать ее до смерти, отец гладил ее по волосам и причитал, что не может поверить и что его сердце сейчас выпрыгнет из груди.
Доктор Доу едва сдерживал себя, чтобы тут же не развенчать в пух и прах глупую и совершенно не научную теорию мистера Беррике о выпрыгивающих из груди сердцах.
Было много слез, смеха и объятий. Родители Тилли порывались обнять и доктора. Доктор Доу страдал. И в какой-то момент поймал себя на том, что начинает задыхаться от всех этих сантиментов и того, что он с презрением называл пошлым и затасканным, как стариковские носки, словом «счастье»…
Доктору оставалось только скрипеть зубами и надеяться, что это нелепое состояние не заразно, как то же зевание. К его радости, никто из этих людей и не думал зевать.
Вскоре семейство Беррике, пожелав ему и Джасперу счастливого Нового года, покинуло дом № 7 в переулке Трокар.
Доктор и мальчик с тоской глядели им вслед, стоя в дверном проеме.
– Вот бы и нас кто-то забрал домой, – с горечью проговорил Джаспер.
– Не говори глупости: мы – дома, – ответил дядюшка.
– Нет. Здесь больше не наш дом. Здесь нет ничего хорошего. И совсем не осталось тепла.
– У нас есть камин.
Джаспер понуро опустил голову.
– Ты же знаешь, о чем я…
– Знаю, – с болью в голосе отозвался доктор Доу и закрыл дверь.
***
Хозяин лавки «мисс Гусыня», мистер Погг, был человеком жадным.
И жадность довела его до того, что он сидел в своей комнатке над лавкой и пересчитывал дневную выручку, при этом на столе стояло пустое блюдо, в печи весело горел огонь, но там не было и намека на гуся – еще бы, ведь мистер Погг продал последнего, уже сдобренного специями, красавца некоему господину, который зашел в лавку перед самым закрытием. Увидев, что всех гусей раскупили, господин огорчился и буркнул, что, будь здесь хоть один гусь, он бы купил его за тройную цену. И тогда мистер Погг продал ему своего, которого он отложил к ужину.
Бумажные фунты шуршали в толстых пальцах лавочника – он заработал за один только день так много, что и сам до сих пор не верил. И все же… голодной слюны во рту с каждой минутой копилось все больше, а когда мистер Погг сглатывал ее, она слегка обжигала горло.
Незадолго до полуночи он уже так извелся, что ни о чем не мог думать, кроме последнего проданного гуся.
– И зачем я только его отдал?.. – бубнил он себе, все пересчитывая и пересчитывая выручку. При этом все его мысли были лишь о том, как запекается гусь, как шкварчит его нежная кожица, как брызжет масло… а этот запах!
Мистер Погг втянул носом воздух. Пахло лишь керосином, перебродившим «Понтабрюхом» и обувной ваксой.
Само собой, он мог пойти к сестре и встретить праздник в кругу родственников – уж у Мэгги точно есть гусь, а, учитывая ораву ее сыновей, и не один. Кажется, у нее там целых три гуся. Да, точно три! Он ведь сам ей их продал – ее фунтики тоже где-то в этой стопке. Наверное, сестрица все еще злится на него за то, что он не сделал ей скидку. Как будто она не знает, что с родичей навару больше.
Сегодня вообще все пошло не так, как рассчитывал мистер Погг. Вспомнить только, как его провели с «Праздничной передовицей» – пройдоху-газетчика, обманом выманившего у него короля-гуся, он так и не изловил. Видимо, в эти самые минуты Уиггинс вонзает в его гуся свои кривые зубы…
В двери лавки раздался стук, и мистер Погг даже подскочил от неожиданности.
– Кого там принесло?!
Убрав деньги в шкатулку, он подхватил со стола лампу и спустился в лавку.
«Может, это Пэдди? – с надеждой подумал мистер Погг. – Мэгги вспомнила о брате и послала старшего сына, чтобы позвать меня на ужин?»
Он отпер дверь и уже собрался пожурить племянника за то, что тот пришел за ним так поздно, но на пороге стоял вовсе не Пэдди.
За дверью стояла носатая кукла в котелке.
– Ты?!
– Добрый вечер, мистер Погг!
– Чего надобно, недомерок?! – прорычал хозяин «Мисс Гусыни».
– Вот, заглянул к вам, чтобы сказать, что я переиграл вас!
– Переиграл?
– Вы говорили, что я не получу гуся! – заявил коротышка. – А что вы на это скажете?
Кукла кивнула на здоровенную гусиную тушку, которую держала в руках.
Мистер Погг поднял бровь: он торговал гусями всю жизнь, но такую громадину ни разу не видел.
– Самый большой гусь во всем Габене! – с гордостью сообщила кукла. – И он мой! Я хорошо запомнил ваши слова, мистер Погг. Вы сказали: «У тебя не будет гуся, мерзкий коротышка. У всех в Саквояжне будет гусь на праздничном столе, а у тебя и твоей Мамаши не будет!» И еще велели зарубить это на моем длинном носу! Видите, мистер Погг? Мой прекрасный нос – и ни одной зарубки!