Страница 129 из 142
Она бросила взгляд на лежащее перед ней свидетельство:
- Получается, за два дня до смерти завещателя. Вам что-то известно об этом?
- Нет… и мне нет… первый раз слышу… - послышались растерянные голоса со всех сторон.
Нотариус открыла папку, внимательно изучила содержимое:
- Да, все верно. Завещание от пятого июня. Оглашаем.
Затем произвела необходимые по закону действия и начала читать текст завещания.
- «Я, Кузнецов Игорь Федорович… года рождения… паспорт… зарегистрирован по адресу… находясь в здравом уме, твёрдой памяти и ясном сознании, действуя добровольно, понимая значение своих действий и не заблуждаясь, настоящим завещанием на случай моей смерти делаю следующее распоряжение…»
Далее следовало перечисление собственности, которой владел дед Инопланетянки: начиная от пресловутых пятидесяти одного процента в уставном капитале компании и далее, далее, далее. Квартиры, дома, иностранная недвижимость, нежилые помещения, машины, банковские счета, депозиты, металлическое золото в банковской ячейке.
- «Завещаю… - нотариус сделала паузу. – Сулимовой Татьяне Тамерлановне».
В кабинете на несколько мгновений воцарилась гробовая тишина. Не слышалось даже дыхания, будто все разом забыли, что нужно дышать.
- Мне?! – наконец-то каким-то совсем детским голосом пискнула Чингисхан.
- Сулимова Татьяна Тамерлановна? – посмотрела на нее нотариус.
- Михайлова… - машинально поправила та. – Я замуж вышла.
И покраснела, словно сказала нечто совершенно неприличное.
- Свидетельство о браке с собой?
- Да… - Чингисхан полезла в сумочку, копалась несколько минут и выложила на стол заветное свидетельство.
- Юленька, снимите копию! – бросила нотариус секретарю и посмотрела в завещание. – Извините, тут еще есть наследники.
Все продолжали потеряно молчать.
Нотариус возобновила чтение. Каждому из семьи досталось по квартире. Внукам также по разовой денежной сумме, не такой и большой, но Галина подумала, что ей на полгода самой вольготной жизни хватило бы без проблем.
Отдельно для Инопланетянки создавался специальный фонд, из которого она должна будет получать ежемесячное скромное довольствие.
«Дед пожалел внучку не от мира сего, - поняла Галина. – Эта себе сама точно не заработает».
- В завещании упомянуто еще одно лицо, - задумчиво проговорила нотариус. – В деле нет его копии паспорта. Некий Светлов Олег Александрович, есть здесь такой?
- Это я, - коротко бросил Аллигатор.
- Паспорт секретарю дайте, пожалуйста, - кивнула она ему и продолжила: - Светлову Олегу Александровичу, … года рождения, проживающему по адресу… завещаю библию одна тысяча семьсот шестьдесят четвертого года издания, с надписью на обороте, что книга принадлежит московскому купцу Игнатию Светлову.
Аллигатор на этих словах слегка побледнел.
- Татьяна Тамерлановна! - закончив чтение завещания, нотариус вытащила из папки запечатанный конверт. – Это тоже вам. Насколько я понимаю, здесь личное письмо завещателя. Будете вскрывать сейчас?
- Нет… - пробормотала та, сгребая конверт со стола себе в сумочку. – Дома почитаю.
Руки у нее дрожали.
Председатель внезапно проснулся и, откинувшись на спинку кресла, хрипло рассмеялся:
- Так не доставайся же ты никому! Козлина старый, и с того света умудрился нагадить.
Он обернулся и со снисходительной усмешкой посмотрел на Аллигатора:
- Что, Олежка, сел в калошу? А надо было по-людски, траур соблюсти полгода, а не бежать в ЗАГС, теряя штаны. Теперь что – свидетельство о разводе почтой пришлешь?
Аллигатор молчал, глядя куда-то в стену.
- Могу подсказать новый объект для охоты, - продолжал язвить председатель. – Ленка Кириллова на днях овдовела наконец-то. У нее без всяких завещаний – по закону единственная наследница.
- Это что, дедушка нам ничего не оставил? – широко раскрыла глаза Инопланетянка и повернулась к отцу: - Правда?
- Почему ничего, - хмыкнул тот. – Квартиры, в которых вы живете. И денег немножко, подъемные, так сказать. Тебе, как социально незащищенной категории, еще и пособие пожизненное – на хлеб-молоко хватит. А колбасу и так вредно есть.
- А холсты, краски? – испугалась Инопланетянка. – Они же дорогие!
- Мелом на асфальте рисуй! – небрежно бросил ее отец. – Результат тот же, зато дешево и на свежем воздухе. Заодно, глядишь, мужика себе нового найдешь. Ты ж у нас, считай, теперь барышня свободная.
Инопланетянка вздрогнула и обернулась к мужу:
- Олег, это правда?
Аллигатор усмехнулся одними уголками рта и посмотрел на Галину. Его глаза не были холодными. Ох, не были! В них читалась глубина – отчаянная и бездонная. И сила – нечеловеческая. И еще что-то – непостижимое, яркое и откровенное. То, что невозможно вынести! И взгляд отвести тоже нереально. Никак.
Галина смотрела ему в глаза и молчала. Несмотря на работающий кондиционер, на лбу проступал липкий пот. Пальцы вцепились в ручку сумочки и слегка подрагивали.
- Олег!! – Инопланетянка потормошила его за плечо: - Почему ты молчишь? Ты меня теперь бросишь?!
Тот обнажил крупные белые зубы и безжалостно закусил губу, оставляя на ней пунктирную темно-красную дорожку. Затем отвернулся от Галины, обнял жену и притянул к себе:
- Не брошу. Деду твоему перед смертью обещал, что если на тебе женюсь, буду всю жизнь заботиться. А наше светловское слово твердое. Не волнуйся, уж на холсты и краски точно заработаю.
На Галину Аллигатор больше не взглянул ни разу. И это было как-то… правильно?
Вскоре все формальности были закончены.
Галина с Чингисханом вышли из нотариальной конторы, но такси вызывать не стали. Жара еще усилилась. Хотелось пить. И есть. Причем чувство голода было настолько сильным, что Галина удивилась сама себе.
- Давай в кафе зайдем, - словно прочитав ее мысли, Чингисхан погладила себя по животику: - Кое-кто кушать хочет, из меня последнее высасывает.
- Да-да, конечно! – согласилась Галина, читая окрестные вывески: - Белорусская кухня подойдет?
Чингисхан на миг прислушалась к себе и рассмеялась:
- Ответ – да! На зразы и драники мы согласны! И даже бегом.
Они сели за столик, застеленный вышитой скатертью. Интерьер вокруг был стилизован под внутреннее убранство белорусской избы. Или хаты? Хотя вроде хата – это украинское что-то? Ой, какая разница, все свое. Предки были отовсюду.
Галина заказала порцию драников и клюквенный кисель. И с неприкрытым изумлением наблюдала, как официант выставляет перед Чингисханом все новые и новые блюда.
- Смотришь, куда все это складывать буду? – со смехом перехватила ее взгляд новоиспеченная богатая наследница. – Не волнуйся, поместится. Ем, как ни в себя, а за беременность еще ни килограмма не набрала. Получается, фактически похудела – малыш-то растет. Крупненький он у нас, по УЗИ на две недели показатели развития опережает. И активный – просто егоза. Говорят, на таком маленьком сроке еще шевелюшки не чувствуются -неправда, я все прекрасно…
Внезапно она смутилась и оборвала рассказ:
- Извини, Галочка! Загрузила совсем. Что поделать, когда все мысли только об одном.
- Все хорошо! – улыбнулась Галина. – Мне интересно. С беременными общаться – одно удовольствие, они как солнышки!
Чингисхан благодарно взмахнула ресницами и подтянула к себе тарелку с драниками. И старательно пожевав несколько минут, внимательно посмотрела на Галину:
- А ты сама не...? Слышала, замуж выходишь? Прости, хуже беременного голода только беременное любопытство.
- Не, - рассмеялась Галина. – Точно нет. Мы предохраняемся. Я замуж просто так выхожу, по любви.
И сразу поняла, что сказала глупость и бестактность, и хотела было исправиться, но Чингисхан ни капли не обиделась:
- Ой, по любви оно как раз и получается! Мне тоже беременность свадебным подарком оказалась – на следующее утро наконец-то додумалась тест купить. Все грешила на ранний климакс. Но вы с Соней смотрите, одновременно в декрет не уйдите, а то работать некому будет!