Страница 41 из 91
— Мы должны находиться здесь, пока флот не пройдёт зону предполагаемой активности аннигиляционных мин.
— Мы что, не можем их засечь? Что это за слово: «предполагаемой»?
— Ты не хуже меня знаешь, что у федералов технологии лучше наших, — ответил священник спокойно. — Конечно, мы можем засечь мины. В противном случае нам было бы нечего делать в космосе. Но существуют ловушки, внутри которых…
— Ладно, я понял! — Рей Фолнер махнул рукой и со стуком поставил стакан на подлокотник. Маленький динсбот, выскочив из стенной ниши, тотчас устремился к нему, чтобы забрать или наполнить. — Но мы ведь обнаружили эти поганые блок-спутники в четверти светового года отсюда! Так какого же хрена здесь быть минам?!
— Попроси брата Жерихова объяснить тебе, как работают ловушки федералов, Рей, — проговорил отец Эбнер устало.
Он убрал чётки в карман и набрал на подлокотнике своего кресла несколько цифр. Через пару секунд сбоку от него появился стакан с газировкой.
— Повтори! — коротко бросил Рей Фолнер дожидавшемуся распоряжений динсботу и толкнул в его сторону стакан. Робот ловко поймал тонкими манипуляторами полетевший на пол стакан и покатился к бару-автомату. — И принеси солёных орешков! — крикнул ему вслед коротышка.
Динсбот тихо просигналил в ответ, что означало, что приказ принят к исполнению.
— Тебе уже хватит, Рей, — сказал отец Эбнер, глядя в сторону.
Ангел вскинулся, словно хотел ответить дерзостью, но вдруг усмехнулся.
— Это последний. Всё равно скоро пойдём отсыпаться, — сказал он, взглянув на часы. — Через пятьдесят три минуты пройдём эту чёртову зону.
— Не забудь принять детоксикатор.
Коротышка снова усмехнулся.
— Об этом не беспокойтесь, — он принял у подкатившего динсбота стакан с виски и тарелочку с орешками. — Не в первый раз.
Священник ничего не ответил, но на его лице появилось недовольное выражение. Ангел, впрочем, не обратил на это внимание. Поставив тарелочку к себе на колени, он принялся грызть орехи.
— Что за удовольствие? — проговорил жрец, окинув его взглядом. — Эта закуска не подходит к виски.
— Кому что нравится, отец Эбнер, — отозвался Фолнер, не прекращая жевать.