Страница 6 из 17
Не прошло и пяти минут, как я получил весомый повод, чтобы похвалить себя за предусмотрительность — во дворик, где располагалась кухня, вышло несколько бойцов. Судя по виду — ветераны. Без кольчуг и шлемов, из оружия — мечи и кинжалы.
Я напрягся. Что они тут забыли? Обычно здесь и днём никого не видать, а уж ночью — подавно. Метательный нож «выпал» из перевязи прямо в ладонь. Если понадобиться, я смогу угомонить всех троих буквально за секунду, но тогда из замка точно придётся валить. Причём валить быстро.
— Надоело, — произнёс один из бойцов, с трудом подавив зевок. — Вот за каким коттаром нас погнали в патруль?
Я немного расслабился. Судя по спокойствию и расслабленности, эти легионеры явно не знали о смерти своих товарищей. Иначе они бы вели себя куда осторожнее.
— Так Их Сиятельство поутру возвращается, — ответил другой. — Ты не знал?
— Тьфу, — сплюнул первый. — И чего ему в лесах не сиделось?
— Следи за языком, — строго рявкнул третий. — О нашем господине говоришь!
Всё понятно — заурядная армейская показуха. Перед приездом начальства нужно показать рвение, а в обычные дни можно не утруждать себя лишними хлопотами. Плохо, когда служба организована так, что зависит не от реальной обстановки, а от желания выслужиться перед руководством. Плохо — для личного состава, а для меня, наоборот — хорошо. Даёт пространство для манёвра, так сказать.
— Может, у огня посидим? — снова спросил тот боец, который начал разговор. — Гляньте сколько кухонные олухи дров набросали... Надо бы научить их рачительности!
— Нет, — ответил строгий ветеран — видимо, начальник этого небольшого отряда. — Приказ был патрулировать, и мы будем патрулировать.
Это хорошо. Их посиделки у костра могли бы здорово осложнить мне жизнь.
Через пару минут бойцы под аккомпанемент из тяжёлых вздохов недовольного судьбой легионера скрылись в одном из коридоров. Я же выждал немного, потом убедился, что одежда полностью сгорела, и отправился назад. Ягоды, растёртые в кашу и присыпанные землёй, остались лежать под каким-то кустом. Дело сделано.
Обратная дорога заняла значительно больше времени — из-за угрозы патрулей приходилось двигаться ещё осторожнее. Пару раз я замирал в темноте буквально в полуметре от шастающих тут и там ветеранов. Они шли мимо, не замечая меня — вот что значит формальный подход к исполнению служебных обязанностей.
Когда я наконец добрался до комнаты и завалился на кровать, до рассвета оставалось всего несколько часов. Ничего страшного, мне не привыкать к подобному режиму.
Веки опустились сами собой и пришёл сон — яркий, красочный, но такой, который забывается сразу, как только откроешь глаза. А их пришлось открыть с первыми лучами солнца.
К сожалению, меня разбудил не крик петуха или свет, мазнувший по глазам — причинами пробуждения стали деревянный треск, слетевшая с петель дверь и гнусная улыбка мастера Вегайна, вломившегося в комнату вместе с двумя рыцарями.
— Ну здравствуй, Феликс Обрин...
Он держал в руках всё те же крохотные оленьи рога, ветви которых искрились бледно-голубым светом.