Страница 243 из 368
Глава 118
Крепления на поясе поплыли и начали трансформироваться в металл. Вся эта масса металла и формируемые механизмы удерживались только благодаря технике Одержимость Жизнью. За счёт окружающего воздуха масса металла росла и тот сразу встраивался в общую картину механизма. Не большого, поменьше прошлого, но… всё ещё довольно массивного. И удерживать все растущую массу только с помощью техники рядом с собой становилось все сложнее, но использовать крепления и ремни не вариант — это замедлить меня и тогда твари до меня доберутся. Да и лишние траты на их формирование, а из воздуха и так не очень удобно формировать нужную материю.
Теперь полёт уже не требовал от меня постоянных пируэтов и уворотов, проходя по строгой прямой, а твари держались от меня на расстоянии около ста метров. Постепенно расстояние росло, но я от них вряд ли оторвусь. Ещё минут десять такого полёта и я просто истощу все свои силы. Этого едва ли хватит, чтобы преодолеть хотя бы половину расстояния до секты!
Один цикл(три минуты), основной механизм готов.
Второй цикл(шесть минут), взрывчатка на своём месте, плутониевые ядра уже заняли свои места. Обшивку я не создавал — нахер её, слишком много это потребует времени и сил!
Расстояние до стаи — около ста восьмидесяти метров.
Несколько Формаций легло на ядерную бомбу, чуть слабее той, что я взорвал в прошлый раз.
Икар снова использовал пополненные запасы воздуха, сжатые под высоким давлением и ускорил меня, пока механизм бомбы сработал и пружина начала распрямляться. Бомба была сброшена.
Икар деактивировался и на остатках импульса я пролетел ещё пару десятков метров, прежде чем по дуге начал падать вниз.
Чувство свободного падения… интересное ощущение. Что в прошлый раз, что в этот, каждый раз захватывает дух, особенно в такой ситуации, когда тебя ожидает самое яркое светопреставление, какое только можно увидеть.
Три секунды до детонации. Я поджимаю к себе ноги и обхватывают их руками, пока Икар окончательно сворачивается у меня за спиной. С улыбкой смотрю на стою тварей, что стремительно стала приближаться ко мне, пока я начал падение вниз.
Две секунды до детонации. Не знаю, действуют ли эти существа, созданные основателем, автономно или он их контролирует, я улыбаюсь и беззвучно, одними губами, посылаю основателя в далёкое пешее пути шествие на детородный орган.
Одна секунда до детонации! Защитный артефакт активируется, формируя барьер вокруг меня, пока между мной и бомбой находится почти сто тридцать метров. Моё положение относительно осей икс и игрек бомбы и будущего эпицентра взрыва почти идеально на сорока пяти градусах, да ещё и секта находится идеально в противоположном от бомбы направлении. Пусть будет неприятно, но я уже знаю, что в этот раз, да ещё и на таком расстоянии, да ещё и с меньшей силой взрыва, я не пострадаю, зато получу огромный импульс, который позволит мне преодолеть огромное расстояние до секты.
Детонация!
Твари только-только достигли бомбы и некоторые даже стали атаковать её, очевидно, или под контролем основателя зная, что это может быть серьёзной опасностью, или инстинктивно атакуя, но бесполезно. Внутренний взрыв произошёл штатно и инициировал резкое возрастание температуры и давления плутониевого ядра, а это привело к неконтролируемой, лавинообразной реакции распада тяжёлых атомов Плутония.
Закрыв глаза, чтобы не лишиться зрения снова, я только ощутил резкое повышение температуры от того количества света, что осветил все вокруг. Большая часть тепла и света было заблокировано барьеров артефакта, что в этот раз прекрасно справлялся со своей задачей.
Через несколько мгновений до меня добралась ударная волна и чудовищный грохот едва не разорвал мне барабанные перепонки. Нагрузка от удара была распределена артефактом, но даже так, я прекрасно и во всей красе ощутил, как у меня едва ли не рвутся внутренние органы от мощнейший перегрузкой, когда мной с огромной силой выстрелило в направлении секты.
Температура вокруг меня росла, но в этот раз все было в приемлемых рамках. Артефакт отсека большую часть температуры, заблокировал большую часть ударного воздействия и светового излучения, оставляя только то, с чем я справлюсь. Если ещё и это заставить его блокировать, то он может просто не выдержать нагрузки.
Через четыре минуты полёта, когда я почувствовал, что уже преодолел пик своей параболической траектории, я, наконец, открыл глаза, уже из будущего зная, что все прошло успешно.
Деактивировав защитный артефакт, что за эти несколько минут сожрал у меня больше Жизненной Силы, чем все манипуляции до этого вместе взятые, я снова активировал Икар и дал ему развернуться, после чего спокойно начал плавное снижение и движение к секте, стараясь тратить, как можно меньше сил. Я сейчас уже на грани истощения и даже на минуту форсажного ускорения меня и то не хватит — я проверил в симуляции. Так что максимально экономно использование сил и постепенное восстановление сил.
Ещё минуту меня преследовали небольшие боли в боку и было желание проблеваться — нагрузка на внутренний е органы не прошла просто так, но регенерация берёт своё и вскоре я уже чувствовал себя в нормально, даже Жизненные Силы начали понемногу восстанавливаться, так как на поддержание работы артефакта в нынешнем режиме уходило не так много сил.
Оглянувшись назад, я издали увидел уже знакомую мне область ярчайшего света, где сам воздух светился так ярко, что даже с такого расстояние слепил глаза сильнее, чем свет от работающей сварки вблизи. Область эта достигла, наверное, нескольких километров в диаметре — сложно сказать точнее, так как чётких границ видно не было. И в этот раз она просто висела в воздухе, в огромной пустоте, где на многие десятки и сотни километров не было ни одного острова.
— Ну вот, я же говорил, что выживу… — вздохнул я, с улыбкой на лице.
Через пятнадцать минут полёта я увидел приближающейся фигуры. Сначала это были мелкие точки, но они стремительно росли, пока, наконец, не стало видно, что это человеческие фигуры. Ещё через две минуты они приблизились достаточно, чтобы поравняться со мной.
Одна из фигур зависла всего в десяти метрах от меня и я ощутил, как завяз в воздухе. Полет прекратился и весь импульс был сразу потерян. Ещё четыре практика, а то, что это были они, не возникало никаких сомнений, окружили меня с разных сторон.