Страница 59 из 701
— Серьёзно? — Том вздыхает, — Вот раньше я действительно не понимал, что ты там в ней находишь? А сейчас — она под клятвами и уже имеет врождённую ментальную защиту сознания, хоть и слабенькую, — Реддл улыбается, — не соединишь «два и два» воедино?
— Хочешь привлечь её к нашим делам? — мысль невольно захватила и заставила задуматься.
— Бинго! — захлопал он. Вот паяц.
— Понаблюдаю за ней ещё какое-то время, а там… начну помаленьку вводить в курс и готовить помощника. Как Гилрой у Дабмана.
— Это… может быть полезно, — не мог не признать я. — Ведь если она не просто на словах поддерживает нас, но и искренне считает подобные дела… приемлемыми, то лишний волшебник в группе будет очень полезен. Мы уже не успеваем многое делать и контролировать. Приходится рассчитывать на Салли, но магл не везде будет способен правильно реагировать. Кое-где будет нужна магия.
— Угу, — довольно закидывает Том руки за голову, — с талантами к Смерти, Иллюзиям и хорошей врождённой защитой сознания, которую ещё подтянем потом сами, а предварительно дадим амулет, будет просто конфетка!
Несколько секунд помолчали.
Ладно, — машет Реддл рукой, — это просто разрядка для мозгов, забавный феномен и лишь возможная будущая перспектива. Зато, ха-ха, мне будет не так скучно сидеть тут в одиночку и контролировать всю эту преступную свору. А теперь, давай лучше ещё раз по плану, но теперь в виде схемы…
— Тогда лучше по другому, — смотрю ему в глаза и оказываюсь во внутреннем мире, где разворачиваю объёмную голограмму, со всей информацией. Материализовав в руке указку, тыкаю в первую фигуру.
— Мэттью Пресслер — волшебник так называемого «низшего уровня», по сути — слабосилок. Нигде не учился, детство провёл в Лютном переулке, где с самых ранних лет занимался обманом маглов. И чары изучал, практически только на это. Быстро нашёл общий язык с несколькими подельниками, занимающимися аналогичными делами, но попался аврорам и отсидел два года в Азкабане. Его дружки попали на ещё более серьёзный срок и продолжают гнить там. Типичный отброс из Лютного переулка, но…
Ухмыляюсь, глядя на него же, в стильном и качественном костюме.
— Сумел хорошо «подняться», после того, как стал вести дела совместно с Йоксалом. Приобрёл несколько дорогих и элитных квартир, которые уже были переоформлены на Дабмана, как и остальное имущество волшебника. Кроме… к сожалению, сейфа Гринготтса, ключ от которого нашёлся среди его вещей. Чисто потому, что попадаться с ним на глаза заинтересованных людей, нет никакого желания.
Изображение Кеннарда создаёт уже сам Том, который и перехватывает нить рассказа.
— Но начать лучше всё же с Азкабана, ведь именно там Пресслер и сдружился с Йоксалом, таким же ничтожеством, но с отличием в том, что был поумнее, потому не попадался так глупо. Большей информации от Ланге нет, но остальное можно и додумать, тем более, зная то, что рассказал Доллар, получивший все знания остальных бригадиров «Бритв».
Он складывает пальцы в замок, — а с ключом… есть у меня одна идея, но о ней позже.
Киваю ему, соглашаясь отложить это на потом, вновь переводя взгляд на изображение «лидера Бритв».
— Мужик занимается работой с аристократами напрямую, — почёсываю подбородок, — они доверили Кеннарду управление своим детищем, поскольку он, хоть и слабак, но волшебник и может на порядок больше.
— А чтобы контролировать уже его, — создаёт Реддл новые изображения нескольких разных людей, — внедрили в банду наблюдателей, с неопределёнными функциями.
— И вышли мы на них лишь благодаря работе Салли и подчинению бригадиров всей группировки, ибо они сразу выдали подноготную всех своих людей.
Откидываюсь на спинку созданного дивана.
— Верно, — изображения исчезают, — значит подчиняем наблюдателей и самого Йоксала.
— Лучше будет устранить его, — качаю головой, — пока он жив, всегда будет риск. Наши закладки далеко не так сильны, чтобы их нельзя было бы снять. Тем более, что он из Лютного, наверняка у них найдутся свои криминальные воротилы, но уже среди волшебников.
Но Реддлу было что возразить на мои слова.
— Так тем более, пусть имитирует прежнюю деятельность, а разум такого слабака вряд ли кому-то будет интересен. Зато если на него выйдут дружки после Азкабана или с каким-то иным предложением, из нашего, — выделяет голосом он последнее слово, — мира, то мы будем в курсе.
— Давай взвесим «за» и «против», — рисую две колонки. — Если мы оставляем Йоксала в живых, то во-первых он имеет хоть и мизерный, но шанс освободиться от контроля, так как мы всё ещё, в лучшем случае, лишь Адепты Менталистики, а по факту, скорее всего, даже ниже. Во-вторых, он наверняка время от времени посещает Косой и Лютный переулок, где другие маги могут увидеть закладки в его голове, либо просто заметить изменившееся поведение.
Очертил границу.
— Конечно можно будет прикрыть его амулетом защиты сознания, но… всегда есть шанс, что «что-то пойдёт не так». Вдобавок… я не исключаю какие-то проверки на подчинение, которые волшебники, так или иначе, могут проводить друг на друге. То есть, скорее всего его, рано или поздно, вычислят. А вслед за ним выйдут и на нас. Но… я могу всё это просто воображать и таких проверок, тем более, у отбросов из Лютного, просто нет. Даже у их «боссов».
Закончив, осматриваю «минусы» и киваю.
— Теперь плюсы: подчинение мага, который может открыть новые приёмы и секреты волшебства, неизвестные нам. Всё же, у слабосилков должны быть какие-то интересные для нас методы, не описанные в обычной литературе. К тому же, он давно выживает среди разных бандитов и уголовников, наверняка не из-за одной удачи, а значит, есть какие-то навыки. Далее, он принесёт нам новые связи и возможности, которые Кеннард обеспечит через свои обширные знакомства и связи. Даст нам контроль информации со стороны магов, по поводу внедрения новых волшебников в преступный мир простецов. Обеспечит поддержку дружеских отношений с разной мелкой шушерой из Лютного, которую можно привлечь через него, для тех или иных операций…
Задумался, что-нибудь ещё?
— Возможно, но это не точно, расскажет про то, как скрывается от авроров. Это было бы полезным знанием.
— Ага, — довольно тыкает меня пальцем Реддл, — видишь, плюсы значительно перевешивают!