Страница 64 из 81
Глава 32
На какое-то время жизнь превратилась в гонку. Не могу сказать, что я торопился или боялся опоздать, но рациональная часть меня твердила: промедление на любом из направлений после аукнется мне массой проблем.
Ночью я работал над обелисками. Вопреки ожиданиям быстрее они расти не стали, наоборот, я тратил на каждый ещё больше времени. Ненамного, пока, но тенденция мне не нравилась. Днём крутился в своей цитадели, готовя грандиозную стройку. Производство бетона, до этого оптимизированное с расчётом на строительство стены, пришлось наращивать. Увеличил заготовку камня. Правый от крепости хребет начал видоизменяться, что было заметно издалека. Если так продолжится, придётся на его месте ставить стену. Это кажется, что хребет очень большой, и камня много, а в стену уходит гораздо меньше. На деле часть камня, идёт не в бетон, а в отвал или для закапывания ям, где это необходимо. Потому что это не камень, а глина, комья земли и иное всякое непригодное. По большей части хребет состоял из прочной породы, но пятая часть материала отбраковывалась.
Каждый день я наблюдал, как три десятка скелетов медленно, но с неотвратимостью бездушного механизма камень за камнем раскапывали горный хребет. Двадцать четыре часа в сутки, без перерывов, выходных, обедов, перекуров и тому подобного. А поскольку свинцовая жила давала стабильный поток материала, я, покрутив в голове эту идею, поставил на камни освинцованных легионеров. Работник Балда из старой сказки моего мира, который работал за семерых, увидев моих стахановцев, удавился бы от зависти. Правда, инструмент быстро изнашивался, но это терпимая проблема.
Спешно собирали новые дома, в расчёте на общежитие. Однако и здесь сразу вылез один социальный момент. Какими бы ни были неприхотливыми и суровыми дети-дикари, мне требовалось дать им блага цивилизации, чтобы железобетонно закатать в мозги стремление к цивилизации и развитию. Их будут сурово тренировать и готовить, но за рамками этой подготовки мальчикам и девочкам должно быть комфортно, удобно и хорошо. А раз у нас будущий Дикий легион, как я весь балаган мысленно называл, будет жить в комфорте, то и моим людям минимальный комфорт нужно обеспечивать.
Некоторые задумки у меня имелись, но реализовывать мы их будем чуть позже. Потому что надо вводить суровый и чёткий план. А то у меня скелеты бегают туда-сюда, по моим хотелкам, так сказать. Не дело. Требуется чёткая программа, кого, куда, когда, сколько, в каком объёме. И хорошо, что у меня нет мозгов, иначе они бы закипали.
А ещё дети-дикари, опять же, какими бы суровыми они ни были, сначала потребуют воспитания. Мне потребуется натуральная школа. Правда, здесь как раз было проще, потому что у меня заработал, пока криво и плохо, печатный станок. Модель надо совершенствовать, избавляя от детских болезней, но первые базовые учебники уже сделать смогли. Поймал себя на мысли, что разрываюсь. Мне нужны подчинённые, способные контролировать скелетов, потому что направления работы подчас не касаются смертных...
И стоило этой мысли оформиться в голове, как возникло чёткое понимание. Я могу это сделать. Я знаю, как создавать нужное существо. Мне нужен низший недолич. На живых некромантов... Нет, они не могут контролировать мёртвых легионеров, пока сами поднимутся в силе достаточно, чтобы подобных создавать. А младший Лич сможет. Да, это наиболее точный перевод с языка мёртвых. Младший Лич.
Скелет, в смысле мёртвое тело, мне для создания этого существа не потребуется, но нужен свинец, и много. Пришлось отвлекаться от всех дел, но перспективы снять с себя часть трудов того стоили. Два дня потратил на создание цепей и пластин, что станут материальной привязкой духа и псевдофилактерией. На самом деле эти Личи зависели от моей филактерии, существуя, как продолжение моей силы, но это уже мелочи. Там ещё какие-то нюансы были, но я не осознал их, отодвинув в сторону.
Наконец, конструкция из цепей и пластин была сложена, и я обратился к другой стороне, к призракам и духам. Их было много, но сейчас меня это не ошеломляло. Я послал зов, вкладывая в него понимание стоявших передо мной целей и задач. Несколько минут ушло на осознание того, как вообще взаимодействовать с этими существами, хорошо ещё, всё это было на уровне рефлексов и интуиции. Постепенно я осознал, что подавляющее большинство душ, привязанных к перевалу, были воинами. Здесь, за этот узкий проход между двумя огромными равнинами, воевали сотнями лет, оттого и трупов столько.
Но мне нужен был не воин. Нет, личностями эти духи не обладали, даже воспоминаний о своих жизнях, практически наверняка не имели. Только тени того, чем они были при жизни. Потому мне, в принципе, подошёл бы и солдат, совсем бы критичным это не стало. Но зачем, если здесь были и другие души. Одна из которых отозвалась на мой зов.
Вложение силы, такое, что я прямо почувствовал утрату. Почувствовал, как распределённая между мной, филактерией и обелисками сила просела, выталкивая обратно в мир живых давно мёртвый осколок души.
—
Свинец влетел, став частью бесплотной фигуры. Точнее, уже не совсем бесплотной. Среди цепей и пластин из свинца были элементы, ставшие пальцами и ладонями мертвеца.
—
Да! Я не просто какой-то там Лич! Я чёртов Король Мёртвых!
—
Всё. На несколько часов я выпал из реальности, занявшись Эрстом. Проверял, что он может, чего не может. Насколько он разумен и вообще. Эрст оказался разумным, правда, предельно меланхоличным и безразличным к окружающему живому миру. Но приказы выполнял и на осознанную деятельность был вполне способен. Даже в шахматы научился играть. Ещё он мог поднимать скелетов, но только простейших и в скромном количестве. Зато уже поднятых контролировал легко и непринуждённо. А главное — это готовый офицер для войска. Не десятник, как легионер, способный только колонну на марше вести, а полноценный тактический командир.
И вишенка на торте: Эрст не был ограничен моим радиусом действия. С оговорками, если выходил из зоны влияния, не мог поднимать скелетов, и сам медленно терял силы, но командовал болванчиками без проблем. Хочу ещё!
А вот здесь меня ждал облом, эпический такой. Второго я поднять не мог. И ещё долго не смогу. Чего именно мне не хватало, не знаю, не могу понять и осознать, но я это потратил и не мог быстро восполнить. Значит, буду пользоваться тем, что имею.