Береги мою душу

— Её, конечно, жаль, — печально сообщил владыка. — Зато в следующий раз умнее будет и, надеюсь, займётся изучением способов, как избежать действия разнообразных приворотных зелий, а не за мной бегать. Да и алта Сервия, возможно, научится супружеской верности. Всё же такой стресс на ближайшие полторы недели быстро не забудется.

— Ты слишком жесток, мой друг, — рассмеялся Даниэр и пробормотал: — Есть один действенный способ по избавлению от ненужного внимания.

— Я не женюсь, — отрезал Гэриат и предупреждающе покосился на друга.

— Тогда терпи, — фыркнул тот, нисколько не испугавшись явного недовольства в глазах своего повелителя.

— Знаете, я тут подумал, — задумчиво протянул владыка, рассматривая цветы, — что телохранитель — это очень нужная и полезная профессия.

— Ты серьёзно? — удивился Даниэр.

— А почему бы и нет? — в свою очередь поинтересовался Гэриат, излучая благодушие и беззаботность. — Эти обожатели меня вконец достали. А отправлять в ссылку их не за что, да и не солидно как-то. Пусть наша героиня и займётся их отваживанием. Тем более, как сказал наставник, за ней всё равно нужно присматривать, вот и будет всё время на виду.

— Мне кажется, ты не совсем верно понимаешь значение этой профессии, — рассмеялся Даниэр, впрочем, по достоинству оценив идею друга и не собираясь её оспаривать.

— Но это действительно выход, — встал на сторону бывшего ученика маг. — Да и всё равно Алине нужно как-то адаптироваться, а занятие привычным делом поможет в этом.

— Значит, решено. Завтра же скажу ей об этом, — проговорил владыка и исчез в портале, не желая встречаться сегодня с кем-либо ещё.

А тем временем, не подозревая об оказанной ей великой чести, Алина рассматривала членов своей новой семьи. Посмотрев на мужчину, она сделала вывод, что Алирэ и Илирия внешностью пошли в него. Худой и гибкий, он чем-то напоминал Алине танцора, особенно своей лёгкой походкой. Женщина же была золотоволосой и зеленоглазой, очень изящной и невероятно плавной в своих движениях. Создавалось впечатление, что она не просто идёт, а перетекает из одного места в другое. Но вот что действительно удивляло, так это её рост. Алина успела свыкнуться с мыслью, что эльфы довольно высокая раса, и тем необычнее было видеть эту миниатюрную по меркам народа эльфийку, еле достигающую плеча своей старшей дочери.

И всё же девушке трудно было воспринимать их как своих родителей. И дело вовсе не в том, что там, в прошлой жизни, у неё были свои, а в том, что эта пара выглядела максимум лет на двадцать пять. Алина после общения с той троицей и алтой Раниэль осознавала, что это особенность всех эльфов, но вытравить из себя привычки собственного мира не так-то просто, если вообще возможно.

— Дорогая моя, я всё понимаю, но Алирэ… — Женщина на мгновение застыла, вглядываясь в лицо Алины, но, справившись с собой, продолжила: — Она должна хорошенько отдохнуть, а мы навестили бы её завтра днём. Сейчас уже поздно.

— Но раз мы уже здесь, может, побудем совсем немножко? — попробовала уговорить родителей Илирия и умильно похлопала ресницами, напоминавшими скорее опахала, такими длинными и густыми они казались. — Алирэ, пожалуйста, хоть немножко, — подбежав и схватив Алину за руку, она умоляюще взглянула сестре в глаза.

— Алта Илирия, к сожалению, ваша сестра не помнит вас, — мягко произнесла алта Раниэль, решив помочь своей подопечной.

И, кстати, вполне своевременно. Алина терпеть не могла ложь, пусть и понимала её необходимость в такой ситуации. Но это совершенно не мешало чувствовать себя весьма мерзко, обманывая семью погибшей эльфийки.

— Это как? — удивилась Илирия и недоверчиво всмотрелась в лицо Алины.

— После травмы она потеряла память, — ответила целительница, а затем вопросительно посмотрела на миниатюрную эльфийку. — Алта Норита, вы ей не сказали?

— Мы не успели, — проговорила женщина и бросила ещё один пристальный взгляд на старшую дочь. — Да и Малиар надеялся, что, возможно, память дочери быстро вернётся.

— Это правда? — жалобно заглядывая в глаза Алины и всё ещё на что-то надеясь, спросила Илирия. — Ты действительно не помнишь меня?

Алине стало как-то совсем неуютно от грустного взгляда. Ей безумно не хотелось врать этой светлой и открытой девочке. И пусть той могло быть далеко за сотню лет, но воспринимать её иначе как подростка не получалось. Было заметно, как сильно Илирия любила и беспокоилась о старшей сестре, и от осознания этого становилось только хуже. Но и просто промолчать Алина не могла.

— Да, я действительно ничего не помню, — чуть сжав узкую ладошку, хрипло ответила она. — Прости, Лирэ.

Неожиданно зажёгшиеся радостью глаза и заблестевшие в них слёзы повергли девушку в лёгкий ступор. Она никак не могла понять, что сказала такого необычного. Ну не радуется же Илирия потери памяти, в самом деле?

— Ты вспомнила! — тем временем радостно возвестила юная эльфийка, прижав руку Алины к своей груди. — На самом деле вспомнила! — заметив непонимающий взгляд, рассмеялась и пояснила: — Ты сказала Лирэ. А так меня называете только ты с бабушкой. Все остальные зовут Или.

«Вот уж действительно, что называется, попала пальцем в небо, — удивилась Алина, до этого момента даже не осознававшая, как именно сократила имя девушки. — Хотя ей на самом деле больше подходит это имя, чем дурацкое Или. И кто только додумался её так назвать?»

— Я… — Алина запнулась, не зная, что на это ответить.

— Илирия, хватит, — строго сказала алта Норита. — Это, несомненно, прекрасно, но всё же сейчас нам стоит уйти, твоей сестре нужно отдохнуть.

— Хорошо, — на этот раз не переча, согласилась девушка и, потянув Алину на себя, поцеловала её в щеку. — Я обязательно завтра приду к тебе.

«Не сомневаюсь», — мысленно улыбнулась Лисовская, догадавшись за время их короткого общения, что Илирия может быть весьма упрямой.

Проводив взглядом вышедших за дверь мужа и дочь, алта Норита обратилась к целительнице:

— Вы не могли бы оставить нас на некоторое время одних?

— Да, конечно, — склонив голову, согласилась алта Раниэль и, выйдя из комнаты, прикрыла дверь.

Обернувшись и подойдя к Алине, эльфийка посмотрела в её глаза, словно что-то выискивая. А затем, медленно обойдя девушку по кругу, так же внимательно изучила. Алина от такого молчаливого наблюдения заметно напряглась, не зная, чего ожидать.

— Скажите, — наконец, остановившись, проговорила эльфийка, — кто вы такая, и где моя дочь?

— Я перед вами… алта, — тяжело сглотнув, ответила Алина, совершенно не ожидавшая такого вопроса.