Реверсивный самоубийца

Не передать словами, насколько была счастлива Азура, когда Фир неожиданно вернулся. Заматеревший, чуть не собравший собственный гарем, он, не поддавшись соблазнам гаремного аниме-мира, который на уровне физических констант создаёт счастливчикам и редкостным неудачникам цветники, пошёл признаваться драконице. За своё путешествие свои чувства осознал и он, и Азура.

Опять же, история довольно банальная, но намного лучше раскрывающая характер Королевы драконодевочек, в том числе лучше объясняет мотивы её действий и наглядно показывает степень могущества.

К тому же, эта ванильная романтика, списанная с сюжета романов девочек-подростков, наглядно показала, что раньше мир таки был немного другим. Более классическим, во всяком случае. Крыша уже тогда у всех давным-давно была другая, «мультяшная» (предполагаю, что такой она была с момента рождения вселенной), но особого, отборного трэша сюда принесли именно что суровые японские колонизаторы.

Печально.

Особенно же печально то, что произошло в жизни драконодевочки дальше.

Пришли лесники. Но только драконы.

Каким-то образом слух про то, что их Королева завела себе интрижку с человеком, распространился. Так мало этого — её умудрились найти. Не то, чтобы Азура по-настоящему скрывалась, но неожиданный приход сородичей женщина восприняла явно не положительно.

Весь оставшийся «фильм» больше напоминал кадры с какой-то старой плёнки. Даже звук пропал. Видимо, в воспоминаниях женщины эти события сохранились особенно плохо. По крайней мере, удалось понять, почему драконы на это пошли: они тупо почувствовали себя униженными. Это всё равно, что в какой-нибудь Империи, которая может диктовать условия почти всему миру, Император возьмёт себе в официальные жёны какую-нибудь, в лучшем случае, крестьянку из вражеского государства. Или, чтобы лучше передать всю ту гамму чувств драконов, собаку.

В жёны. Император. Собаку.

Собака…

Последний кадр — мёртвое тело Фира, от души которого практически ничего не осталось, из-за чего и вмешательство Богинь было бессмысленным. Там-то уже, ясен пень, тогда беременной Азуре крышу и сорвало. Да так сорвало, что от расы гордых ящериц практически ничего не осталось. Женщине уже было плевать, кто прав, а кто виноват; кто причастен к произошедшему, а кто — нет.

Разбившиеся на осколки сознание мало заботилась о таких мелочах.

Вот что бывает, когда не строишь гарем в мире, который буквально толкает тебя к этому. Построил бы себе гарем из кошкодевочек (интересно, они тогда уже были?..) и прожил бы себе жизнь спокойно. Правда, в какой-то степени, я был ему благодарен: благодаря этому парню впоследствии появилась Айрочка.

— Итак… Теперь ты мне объяснишь, зачем показала это всё? — повернул голову на задумчивую драконицу.

Азура хлёстко ударила хвостом по песку. Взмахнула рукой. Делавшая массаж ног Рена с громким воплем куда-то опять улетела.

— Прими взрослую форму, дурак.

Я моргнул. В принципе, то, что меня нельзя назвать умным, давно известный факт, но понять такую неожиданную просьбу было тяжеловато. Особенно учитывая весь тот ворох эмоций, что испытывала Азура. На краю сознания, но я чувствовал их, хотела она того или нет.

— Ты меня испепелить хочешь?

Драконодевочка вновь ударила хвостом по песку.

— П-прими!

Вздохнул. Прикрыл глаза. Досчитал до трёх. Снял солнцезащитные очки, взглянув на свою детскую ручку. Та посыпалась песком, и я вновь оказался в привычном для себя теле.

Быстро же я начал привыкать к этому…

Не дав мне опомниться, Азура подскочила со своего шезлонге и по-хозяйски залезла на меня, вдавив в тот шезлонг так, что он затрещал. Хвост женщины что-то очень требовательно, нервно отбивал по песку. Драконодевочка вся покраснела, что было особенно заметно на фоне белоснежных волос.

— Ты совсем не похож на Фира, — обвинительным тоном сообщила Азура, разглядывая мою злобную рожу. — В тебе нет той чистоты, Воплощение, ты груб и невежественен. Но ты намного сильнее Фира, дурак! Ты сильнее телом, душой и сознанием. Твоя личность намного более холодная и жестокая, но при этом ты удивительно чуткий и понимающий. Ты не умрёшь и не оставишь ни меня, ни мою Айрочку, ни даже свою китсуно. Я зря не слушала свою природу и теперь понимаю, почему.

Азура, тяжело дыша, размахивая из стороны в сторону драконьим хвостом, попыталась наклониться и поцеловать меня, однако столкнулась с неожиданным блоком.

Из меня, конечно, романтик как из сантехника пилот истребителя, но тут и олень поймёт, что драконодевочка не совсем адекватна. В перманентном состоянии аффекта, который стал особенно сильным из-за поглощения очередного осколка души.

Возможно, та, кто нам его подсунула, на неадекватные поступки другой своей части и рассчитывала?..

— Опуская мнение Айры по поводу всего этого, предлагаю тебе для начала полностью восстановить свою душу, а потом поговорим, договорились? — сам удивился собственной чуткости я. — Ты ведь должна знать, что меня в этой ситуации всё устраивает, но устраивает ли тебя?..

На глаза женщины начали наворачиваться слёзы.

— Т- т ы мог просто отказать или сразу принять меня, зачем…

— Сколько осколков тебе ещё нужно поглотить? — спросил неожиданно я.

— Т-три… К чему это⁈ Это неважно! Д-дурак, ты должен сейчас же…

Понял.

Резко схватился за мельтешивший поблизости хвост женщины, из-за чего она, вскрикнув, подскочила, разом потеряв настрой устраивать слезливые сценки. Ценой этого стало испепелённое тело, но не мне в этой ситуации жаловаться. Как показала практика, истерики Королевы драконодевочек намного более страшные, чем «лёгкое» проявление стыда.

В какой-то степени, учитывая происходящее, мои действия как были в самом начале моего прихода в этот мир самоубийственными, так и остались.

И портовая шлюха была согласна с этим, увековечив в мироздании новый титул:

Получен титул «Дурак»!

Уровень класса «Обуздатель Пустоты» повышен!

Уровень: ⁈

Скажем так, я просто начал подходить к делу более изобретательно.

А вообще, пошла «Система» нахер с такими титулами. Если бы она мне ещё выдала титул «Пёсика», то я бы с удовольствием чего надкусил у этого мира. Видимо, это понимала как моя злобная рожа, так и метафизическое воплощение местной реальности.

Стёб может выйти из-под контроля, собака.