Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 3 из 79

Глава 2. Виктомкс

Из окна дома Глинских открывался отличный вид на город. Смотри в любую сторону. Будто я стоял не в своей комнате, а сидел на пожарной вышке и следил, как бы в лесу не показался дым.

Взгляд остановился на противоположной части города, которая отделялась рекой. Река перерезала город на две ровные части и впадала в море. Вид из окна у меня был первоклассный, с обзором на триста шестьдесят градусов.

На побережье за рекой стояли доки. Склады, парусники, лодки. Я видел, как работяги грузят рыбу. Есть захотелось.

Сам же Виктомск выглядел однообразно. Серо-коричневый из тысяч однотипных домиков с острыми крышами и торчащими трубами. В разных частях города высились здания, подобные моей башне. Подобные, но, мать вашу, в несколько раз круче. Почти все они были кирпичные. Одно отсвечивало жестяным куполом, как обсерватория, а самое здоровое за рекой и вовсе походило на башню настоящего замка. Моя башня на фоне остальных походила на пожарную вышку.

Утро было туманным. Из маленьких труб тянулись почти незаметные дымовые ниточки, из больших — густые столбы.

— Дементий!

— Что?! — ворвался помощник. — Что-то случилось?

— Конечно, блин, случилось! Какого хрена творится с землями Глинских? А?!

— В смысле, господин? — Дементор подскочил к окну. — Что именно?

— А ничего, Дементий! — я впился в него взглядом, под которым помощник отступил. — Что это было вчера на улице?! Ты ж, мать твою, управляющий! Какого хрена шпана бросается в меня камнями? Почему толстые тетки льют на ноги помои? А хренов головорез чуть не разделал нас в паре сотен метров от моей башни?!

— Ну так, ведь… недовольства…

— Недовольства?! Это у меня зреют недовольства по отношению к тебе, Дементий?! Ты небось винишко из погреба таскаешь вместо того чтобы делом заниматься? Так?!

— Нет-нет, господин, я же…

— Бестолочь! Где наша охрана?

Дементий раскис. А нехер! Козлина слишком многое себе позволял. Ещё и хихикал, когда меня помоями обливали. Где это, мать вашу, видано, чтобы холуи перед избранным депутатом пальцы гнули? Если прежний Глинский был размазней, то я не такой!

— Так не было никогда охраны.

— Бардак! А деньги?! Сколько у нас денег?!

— Ну-у-у... это…, — Дементий развел руками.

— Всё понятно. Просрал?!

— Так я вас выхаживал, господин!

— Одной рукой выхаживал, а второй бабки на блек джек и шлюх спускал?!

— Блэт…, что?!

— Так, блэт, Дементий! Похоже, ответственность за разброд и банкротство Глинских лежит целиком на тебе. Господин без сознания две недельки чалил, на тот свет собирался, а ты, вместо того чтобы дела вести, всё окончательно всрал!

Больше Дементор не хихикал. Скрючился весь, руки в рукава спрятал, жмется к двери. Так-то, мля!

— Охраны нет. Прислуги нет. Денег нет. Вино хоть осталось?

— Бутылок тридцать.

— Пару дней протянем.





— Как?..

— Ка́ком к верху. Тащи сюда бабки! Всё что есть. Будем думать.

— Так вот они! — ответил Дементор и открыл ящик стола.

Я выгреб наружу бумажки и пересчитал. Сто двадцать золотых. Схренали бумажные деньги назывались золотыми? Пережиток прошлого, видимо. Ну да ладно. В любом случае, сумма не выглядела внушительной. Если все купюры на ладошку положить, а второй поскидывать, как делают реперы в клипах, то всего на три выстрела и хватит. Какой же я нахрен господин и босс на своем районе, если даже такой мелочи себе позволить не могу?

— Ну рассказывай, Дементий. Как так вышло, и кто виноват, что мы с голой жопой остались?

— Так вы сами отказались!

— От чего?

— От денег…

Вот это Максимилианчик выдал! Сам от денег отказался?! Е-моё! Я тут Дементия с порезанной рукой и лишенного дорогущего перстня чуть под плинтус не закатал, а оказалось… О-ё!

Дементушка поведал про финансовую систему Виктомска. Ничего нового. Чернь и холопы вкалывают с утра до ночи, чтобы удержаться на плаву, и отстегивают налоги в казну. Бабулесики уходят самому главному хрену с самой здоровой башней, которого зовут Мещерский. Он, короче, общак держит. Мещерский дань собирает и по своему усмотрению распределяет между районами. Он — столица, а мы — обоссанные регионы. Ну ладно. Дело не в этом. Дело в том, что Максимилиан, хрен бы его по башке, сам от денег отказался. Не заладились у него отношения с Мещерским, а если быть точнее, то у папаньки его не заладились дела с Мещерскими. И этот принципиальный говнюк отказался от денег, которые ему полагались.

— Когда будет следующая делёжка?

— Делёжка?

— Когда в следующий раз боссы собираются?

— Раз в тридцать дней. Последняя встреча состоялась пять дней назад.

— Хреново.

— Решились всё-таки деньги взять? — Дементий заулыбался и притопнул от радости.

— Может и решился, а ты чего расцвел? Думаешь перстень твой выкуплю? Хрен там! Если не сумел меня переубедить деньги взять, то какой с тебя управляющий?! До следующей делёжки двадцать пять дней. Хрен мы протянем. Если с голоду не сдохнем, то на улице прирежут. Сколько охрана стоит? — я потряс деньгами.

— Не было у нас никогда охраны, — пожал плечами Дементий.

— Мы же целый район держим?

— Ну так раньше господин сам со всеми справлялся. Меча Глинского боялись не только Мясник и его прихвостни, но и бандиты других районов Виктомска. Раньше господин очень искусно обращался с мечом.

— Что значит, раньше обращался?! А я по-твоему кто?

— Вы — господин. Но после болезни изменились. Вчера вот…

— Вчера мне рука болела, — я размял кисть. — Давай, Дементий, вали отсюда! Хочу один побыть. Подумать.

Потихоньку картина складывалась. Принципиальный мальчишка не брал денег из общака, хотя народ туда скидывал. Не очень-то умно, как ни крути. Народец недополучал деньжат и медленно злился. Все это вытекло в то, что Глинского долбят в голову камнями, поливают помоями и караулят местные гоп-стоперы. Окей. Охраны у него никогда не было. С мечом он, видите ли, искусно обращался. А я? Я неплохо обращаюсь: со стаканом, мобилой, отчетами и писюном. Меча в этом списке не было. Разве что в компьютерных играх.

Ну-ка! Я взял с тумбочки ножны и достал меч. Короткий, надёжный, увесистый и очень простой. Даже депутатской мигалки на нем не было. Ну или светящихся камней, которые её заменяют. Совсем без вкуса был этот Глинский.