СКЛ

- А, ну ладно. Заказчик нам вроде что-то дал, но как всегда не то, что нужно. А ты ща где?

- Да, в кофейне на Ленина.

- О, так я тут рядом. Ща забегу, а то разговор есть, ты подожди меня, я быстро.

- Я не тороплюсь, приходи.

Герман появился через 15 минут.

- А ты чего это в рабочий день бездельничаешь сидишь? - прищурился Герман.

- Ааа, да меня просто с работы выгнали! Не бери в голову! - улыбнулась я.

- Чего? Погоди, как выгнали? Почему?

- Долгая история, мы в финансовом вопросе давно разошлись, а тут прибежал Бойко с головного офиса и давай жопой дымить за месторождение Центральное. Ну Мейер этим воспользовалась, конечно, и вот, мы пока разругались.

- Бойко? Я такого не знаю.

- Да, есть там один шнырь, всё, сука, дурачком прикидывается. Это у его конторы вы с Карповым тендер подрезали.

- Вот ссука! Давай его сдадим нахуй в органы!

- Забей! Мне даже на руку, что он пришел.

- Гнида он, эта его конторка такие бабки гребет! Работать, сука, нам не дает. Сдать его нахуй, и дело с концом.

- Нельзя так, это чревато. Карпов ведь тоже начинал с рудника, где сам работал. Тоже ручная конторка была.

- Ну так заработал денег - отвали! А этот урод никак насосаться не может!

- Да хер с ним. А что ты хотел?

- Да тут есть тема с Ясеневским месторождением, слышала о нем?

- Да, дерьмовый объект. Карьер вообще не по проекту отработан, один борт неустойчивый, еще и река рядом, водоприток сумасшедший. Наши от него отказались, потому как недропользователь пиздец какой жмот.

- А мы вот думаем взять. Если что, ты с нами?

- Да, но стоить будет дорого. И еще они постоянно свои левые изыскания пытаются толкнуть, а на новые денег выбить не реально. Я по их отчетам рисованным работать бы не рискнула.

- Ну, Карпову все похуй, говорит брать.

- Не знаю. Сделать-то можно, но фамилии моей там быть не должно. И тебе рекомендую свою нигде не указывать.

- А ты их директора знаешь?

- Знаю, но я свою морду точно там светить не буду. Мое имя с этим проектом никак не должно быть связано. Скажи Карпову, что сначала они будут улыбаться, но как только у них что-нибудь пизданет, первым делом на вас пальцем покажут.

- Ну ладно, я ему передам, пусть сам думает. Ты мне по деньгам, когда ответишь?

- Дай пару дней, надо материал поднять и с парнями обсудить.

- А чем ты теперь займешься?

- Сначала высплюсь, потом буду думать. А что?

- Да, я все подумываю открыться, а то Карпов уже заебал. Бизнес свой забросил, машинки себе покупает, в зеркале фоткается, как пионер, на клиентов болт положил. И контракты берет опасные, похер ему на нарушения. Я уже давно свою фамилию не ставлю.

- Хм, чего же он так? Сам вроде неплохой специалист.

- Да, понесло чувака, завел себе твиттеры, то жрачку фоткает, то задницу свою. Я уже задолбался бегать вместо него везде! Времени и сил много, а выхлоп-то совсем не тот.

Мы еще немного поболтали с Германом, и он убежал по делам. Прогулявшись, я отправилась домой. После шести я позвонила Саше.

- Сань, это мой новый номер. Тот отключен, можешь на него не звонить.

- А, понятно, сейчас запишу.

- Как обстановка?

- Пока тишина, начальство сидит у себя совещается, никого не принимает. Нам ничего еще не говорили.

- Еще скажут. Ладно, держи меня в курсе!

- Да, конечно. Я завтра после работы к тебе заеду.

- Хорошо, приезжай.

До этого разговора с Валерой я периодически задумывалась, почему мое начальство так поступает. Я ведь всегда боролась за честное имя нашей компании, переживала за качество. Неужели они этого не видят? Почему они так со мной обращаются? Зачем этот прессинг?

А все оказалось до безобразия просто. Есть так называемая «цена вопроса». Голый математический расчет, что тебе выгодней: заплатить человеку (компании) или кинуть его. Иногда этот расчет верен, иногда нет. Но никакой лирики и сентиментальности тут и рядом не стоит. Как я уже писала, я была чертовски глупой и не любила авансы. Поэтому в конце года у меня набралась довольно крупная сумма к выплате. Для Мейер это была та самая «цена вопроса», и она решила, что ей выгоднее меня попросту наебать. Если бы наша договорная кампания прошла хорошо, то на мне было бы завязано больше обязательств, и тогда такой ебатории с выплатами не случилось бы. Но с контрактами у нас было не очень, и потому я была нужна Мейер меньше чем обычно, и кинуть меня было интересней.

Я вывела для себя очень хорошее правило: «Фирма не должна торчать тебе слишком много денег, от этого у руководства возникают соблазны, лучше наоборот быть должным фирме, тогда ты будешь бедолагой, и риск, что тебя уволят, будет гораздо ниже.

Ряд сотрудников у нас постоянно кредитовался под маленький процент у Мейер, и уволить она их не могла, ибо они ей должны были отработать долги.

Проснувшись утром, я по инерции лежала и планировала будущий рабочий день, а потом вспомнила, что ничего делать и не надо.

«А это точно все вчера было? Или мне приснилось?» - усомнилась я во вчерашнем дне.

Я взяла сумку, чтобы проверить на месте ли ключи, но их не было. Значит, я вчера реально все это сделала. Что ж, худшее это неопределенность, конкретика - это хорошо. Конкретный результат плохой или хороший позволяет двигаться дальше.

Целый день я занималась уборкой, потому как в моей квартире был хронический бардак. Вечером приехал Саша, он был похож на блудного сына.

- Ну как там наше руководство? - улыбнулась я.

- Сегодня они весь наш отдел собрали на совещание. Пытались распределить твои работы между нами.

- И как? Получилось?

- Да, о чем ты! Все сидят как бараны глаза вылупили. Меня спрашивают, что делать со шламоостойником, а я говорю, что не знаю, и что это была твоя идея как этот проект провернуть так, чтобы фабрику за жопу не взяли. Даже врать не пришлось, я и правда не знаю…

- А что остальные?

- Пытались прошлогодние проекты на Женю перекинуть, он отказался. Обследования на Храпунова и Женю, тоже отказались потому как толком не понимают, что именно там смотреть. Клава говорит, что ее проекта два ей выше крыши и больше не надо. Пытались ей дать песчаный карьер, она наотрез отказалась. Юра вообще молчит, только говорит, если что надо рассчитать, то я сделаю, а с клиентом работать не стану. Песчаный карьер никто не хочет брать.

- А, понятно. Ну это нормально, все по плану.

- А зачем ты сменила номер телефона? Руководство злое на тебя и не собираются звонить.

- Я не жду их звонка. Но ты же знаешь, что мой телефон не затыкается. Мне звонят с предприятий, я постоянно в режиме бесплатного консалтинга. Сейчас я не могу ответить на их вопросы, не могу проконсультировать и помочь им. Отказывать им я не хочу, а уж объяснять всю эту историю и говорить плохо о Мейер, тем более. Надо немного подождать.

- Понятно, Мейер пока говорит, что ты уехала в командировку.

- Тоже вариант. Мейер думает и опять подсчитывает, что ей выгоднее. Пусть помаринуется.

- Она очень злая на тебя. Кстати, завтра придет одмин, чтобы всё скопировать с твоего компьютера.

- А, ну пожелай ему удачи! - поржала я.

С моим компьютером была отдельная история. Как я уже писала в самых первых частях, компьютер у меня был собран из самого старого говна. Монитор ЭЛТ после двух лет моей работы начал рябить диагональными полосками, и я попросила купить мне новый монитор, или хотя бы заменить на работающий. Но бапка-директор, посмотрев на изображение, сказала, что все нормально и она ничего радикального не замечает. Поскольку я не умела просить, то просто подкопила денег и купила себе первый ноутбук на 17 дюймов. Мой рабочий компьютер очень любил несколько раз в день падать в обморок и уходить в циклический ребут, но всем было похер на это.