СКЛ

«Хотела быть руководителем, вот тебе и задачка» - проскочила у меня мысль. У меня было два варианта: либо я заставляю Володю работать, либо просто начисляю ему деньги из фонда, и каким-то образом объясняю ребятам почему мы все его содержим. Первый вариант мне нравился больше, чем второй. Храпунова надо было срочно интегрировать в нашу среду и увязывать в процессе, пока он не успел расслабиться.

- Парни, завтра все вчетвером едем на месторождение! - объявила я, когда ребята притащили Володино имущество.

- Даже я? - недовольно спросил Юра.

- Конечно! Мужчины лучше ориентируются на местности и более внимательны, чем женщины. Глупо с этим спорить, не так ли? Поэтому мы все едем на обследование.

- А я даже еще компьютер не собрал! - подал голос Храпунов.

- А тебе он там и не понадобится! - улыбнулась я. - Возьмите с собой еды, работы много, пообедать в столовой не успеем. Форма одежды полевая.

Пока мы бродили по руднику я наблюдала за ребятами. Юра, который видел месторождение только на картинке, с любопытством разглядывал инфраструктуру. Храпунову этот объект был знаком, и он, чувствуя себя хозяином, начал проводить нам экскурсию. Заметив, что Юра слушает его с открытым ртом, Храпунов обрадовался свободным ушам и принялся таскать его по всему месторождению и рассказывать про все склады и отвалы, показывать скважины, и в конце концов уволок его пешком на смотровую площадку.

- По-моему, Юрец сегодня пешком пройдет больше, чем за всю свою жизнь! - заржал Саня.

- А Володя довольно хорошо знает месторождение, видимо осматривал, а не просто приезжал пробы отбирать с одной кучи.

Вечером мы решили поужинать под открытым небом и возвращаться домой. Володя достал большую зеленую сумку и вынул целый комплект посуды для отдыха на природе. Поставил паяльную лампу под казанчик и принялся чистить картошку.

- Давай я тебе помогу! - сказал Юра.

- Да ладно, сиди уже, а то чуть не сдох на отвалах! - по-доброму подколол его Храпунов.

Общий язык был найден, но этого было мало. Володю можно отправлять в командировки, но это недостаточно для нормальной заработной платы. Новое направление деятельности его конечно встряхнуло, и он в первое время справлялся, но потом энтузиазм пропал, и он начал затягивать сроки. Выдашь ему работу на неделю, будет мусолить месяц, выдашь на месяц, еле уложится в три месяца. Поскольку он позиционировал себя суперменом, я попробовала режим дедлайна.

- Володя, блин… такой пиздец! - закатила я глаза. - Надо за 2 дня сделать раздел!

- Еппа-мама, да как так-то?!!

- Ну вот так! Заказчик с данными тянул, а теперь ему вынь и положи! Сделаешь?! Только ты можешь сделать это за 2 дня!

- Ладно… куда деваться..

- За срочность я накину тебе оплату, не переживай! - подмигнула я.

Какое-то время «дедлайн» давал плоды и Храпунов в очередной раз «спасал мир», но и это ему надоело. Пока он мучился с заданием я заметила, что он готов сделать что угодно, но только не свою работу. То он лез в расчеты Юры, то что-то искал для Сашки. И мы стали работать в режиме «Вовка-помоги», подсовывая ему различные небольшие задачи. Но постоянно нянькать Храпунова было невозможно, я уже сломала голову, как его мотивировать. И тут мне помог случай.

- О, черт, опять приедет Привалихин, будь он неладен! - вздохнула я.

- Оо, фак! Я, пожалуй, свалю с офиса, надо для плоттера бумаги купить, - начал косить Саня.

- Ты предатель!

- А кто такой этот Привалихин? - спросил Храпунов.

- Это мой «любимый» клиент. У него на фабрике есть шламоотстойник в аварийном состоянии. Заключать договор на проект реконструкции они не хотят, ибо дорого. Поэтому заказывают всякую хрень, то канаву им сделать, то выемку засыпать… копеечные проекты.

- Это ОФ№ 2 что ли? - прищурился Храпунов.

- Да, ты угадал. Ну так вот, каждый раз он приезжает и нудит мне часами, что шламоотстойник и канава - это единый объект, и в проекте надо рассмотреть реконструкцию, или что шламоотстойник и выемка - это единое целое.

- Хитрожопый сукин сын!

- Да, в этот раз они заказали проект на переукладку трассы оборотного водовода, и сейчас он опять будет мне сношать мозг по поводу реконструкции.

Привалихин вскоре появился и завел свою старую песнь. Видя безразличие на моем лице, он поискал взглядом неравнодушных к его горю людей и наткнулся на Храпунова.

- Вот, Вы нас тоже поймите, мы же хотим аварии избежать, а то ведь что будет! Вот можно же водовод отремонтировать, и дамбочку нашу усилить заодно? Водовод и дамба - это же единое целое!

- Да, ваш шламоотстойник уже такое решето! Щас я Вам все расскажу!! - воодушевился Володя.

И Володя стал в красках рассказывать Привалихину о его раздолбанной фабрике и шламоостойнике. Где-то через полчаса Привалихин догадался какую совершил ошибку, потому что как раз в этот момент Храпунов распалился от переживаний и уже отчаянно жестикулировал перед его лицом, пучил глаза, и громогласно вещал о нашей развалившейся промышленности. Заказчик начал пятиться к двери, но Володя проворно блокировал ему выход и активно продолжал доносить серьезность проблемы. Вклиниться в монолог Храпунова было все равно, что броситься под локомотив, его невозможно было сбить с намеченного пути. Через час мне показалось, что Привалихин готов заплакать как младенец.

- Вы понимаете, я сам!!! Сам залез в Ваш шламоотстойник! - горланил Храпунов. - Я поймал у Вас там рыбу!!! Там рыбаки сидят, видели?!

- Да, да, - безнадежно кивал Привалихин.

- Я взял эту рыбу!!! - выпучил глаза Храпунов. - И вспорол ей брюхо!!!! Вот этим самым тесаком!!! - для убедительности Вова достал свой мясницкий тесак, и показал, как он потрошил рыбу.

- И ч-ч-что? - промямлил испуганный Привалихин.

- А там у рыбы внутри шлам!! Ваш этот черный шлам! А ее рыбаки ловят!!! И продают потом людям!!!

- Д-да, это плохо-плохо!

Глядя на лицо Привалихина молящее о помощи, я закашлялась, чтобы не заржать вслух. Володя отвлекся, и Заказчик, использовав момент, прорвал окружение и пулей вылетел из кабинета.

- Ну вот, ушел! А только говорить начали! - досадно махнул Володя рукой.

С тех пор Храпунов стал менеджером по согласованию. Он с удовольствием ездил в экспертизу и «решал вопросы», и особенно любил выезды с комиссией. Комиссию чиновников он мог катать весь рабочий день по руднику в лютый мороз или таскать пешком по жаре, одновременно выебывая им напрочь мозги левой информацией. Некоторые чиновники подписывали ему акты и вовсе без выезда, и я их могу понять.

- Знаешь, а я бы хотел только вопросы решать! - сказал мне как-то Храпунов.

- То есть, ты не хочешь проектировать?

- Нет, не хочу… мучаюсь сижу! Может я буду только ездить?

- Можно, но ты потеряешь в оплате.

- Я согласен! Мне хватит! Я лучше буду общаться с людьми, мне нравится!

- Хорошо, договорились. И еще у тебя через неделю отпуск.

Владимир ушел в отпуск оградив свое рабочее место черно-желтой лентой с надписью: «Проход запрещен!», в этом был весь Храпунов.

Время шло, отдел работал, шестеренки вращались. Мы стали выходить на крупных недропользователей и более серьезные проекты. С новым офисом в нашу компанию пришли и другие перемены. Сначала я узнала, что Мейер путем махинаций с прибылью выкупила доли у учредителей и стала полноправной хозяйкой компании. Она стала единственным владельцем еще до нашего переезда, именно с этим и было связано расширение фирмы. У нас стали появляться новые работники. Все, кто имел связи с бывшими учредителями были уволены.