Страница 8 из 131
Глаза Маврика Гласса — тёмные, как у всех воительниц ву трин, — поблёскивают коварством.
— Камни для создания порталов заряжены почти до предела, — говорит Маврик Фогелю. Низкий мужской голос никак не подходит женственной оболочке дочери народа ной. — Сегодня вечером, не откладывая, я нанесу визит в Восточные земли, — с усмешкой сообщает он Совету.
— Икарит ещё не вошёл в полную силу, — поясняет Фогель, пока Маврик, коснувшись плеча кончиком волшебной палочки, возвращает себе привычный облик. — Маг Гласс отправится сквозь портал в сопровождении рунического глаза. Там он отыщет икарита и убьёт его.
Вивиан захлёстывает волна облегчения. Она забывает о страхе перед новыми магическими силами Фогеля, важно одно: всё будет как прежде, как должно.
Да, её родная племянница по глупости спуталась с демоном-икаритом. С тем самым отвратительным демоном-икаритом из пророчества.
«Однако не пройдёт и нескольких часов, как Айвен Гуриев будет мёртв», — думает Вивиан, заставляя себя дышать медленно и размеренно. Великое пророчество разлетится под ударом гарднерийской магии, и её мать будет отомщена.
Гарднерийцев теперь ничто не остановит, взволнованно понимает Вивиан. Они смогут открывать порталы, посылать шпионов по воздуху, превращаться в кого захотят — кровавая жатва всё ближе.
Члены Совета согласно кивают, переговариваются тихими довольными голосами — они поняли и приняли силу, которую показал им верховный маг, их глаза сияют новым стремлением к общей цели.
В дверь коротко стучат, и все тут же оборачиваются.
Фогель подаёт знак птице, и она закрывает все глаза, кроме двух, превращаясь в обычного ворона, а тёмные руны растворяются в тумане. Бросив восхищённый взгляд на умную птицу, Вивиан поворачивается к двери.
Входит совсем юный худощавый вестник. Заметно нервничая, он неловко застывает, не сводя глаз с Фогеля. Стражи закрывают двери.
В зале воцаряется тишина.
— Верховный маг, вести с севера, — неуверенно произносит гонец.
— И что же нам сообщают? — невозмутимо спрашивает Фогель.
— Отряд коммандера Сайлуса Бэйна выманил из леса диких фей, ваше сиятельство. — Гонец упрямо сдвигает брови. — Их было восемнадцать. Все дриады.
Вивиан внутренне сжимается, услышав последнее слово, а по комнате проносится встревоженный шёпот.
— Дриады?! — восклицает маг Сноуден.
— Древесные феи? — округлив глаза, уточняет маг-жрец Алфекс. — Но это невозможно.
— Они же давно вымерли, — резко, будто выплёвывая каждое слово, произносит маг Грир. — Все! До одной! Откуда же взялись эти?
Наконец все взгляды устремляются на Фогеля, в зале воцаряется напряжённое молчание.
— Началось. — Верховный маг произносит это слово внушительным низким голосом, слышным в самых дальних уголках зала. Прикрыв глаза, он бесстрастно нараспев читает по памяти из священной книги, будто жрец, читающий молитву: — «И настанет время, и проснётся в диких пустошах тьма, и придёт на нашу землю. И Дети Древнейшего в сражении с ней обретут силу и славу».
В груди Вивиан нарастает волнение, она гордо расправляет плечи, готовая встретить опасность на праведном пути — Первые Дети встанут против Исчадий Зла.
На груди Фогеля вышита белая птица, за его спиной висит на стене новый флаг Гарднерии — белая птица Древнейшего на чёрном поле.
«Мы — стая Древнейшего», — думает Вивиан, не вытирая выступивших на глазах восторженных слёз.
Открыв глаза, Фогель обращает взгляд на гонца:
— С дриадами покончено?
— Д-да, ваше сиятельство, — заикается юноша. — Убиты все. Никто не выжил.
По залу проносится вздох облегчения.
— Однако… они пригрозили, ваше сиятельство, — добавляет вестник с неожиданными нотками сомнения в голосе.
Пульс Вивиан от нарастающего волнения учащается, а гонец будто съёживается под тяжёлыми взглядами членов Совета.
— Пригрозили? — не мигая, переспрашивает Фогель.
— Дриады, которых выкурили из леса, — натужно произносит юноша, — разговаривали на всеобщем… и сказали, что мстить за них придут воины.
За столом снова вспыхивает гневный ропот. Маг Сноуден и маг Флад осеняют себя защитным знаком звезды.
— Древесные феи очень опасны, — мрачно роняет маг Флад.
— Священному государству магов они не страшны, — тут же откликается маг Грир.
— В их руках ветви деревьев становятся волшебными палочками, — нахмурившись, качает головой маг Сноуден. — Дриады вбирают магию леса.
— А мы ударим по ним стрелами с железными наконечниками, — усмехается маг Грир. — Слегка усмирим их волшебные силы.
— Что ещё они сказали, маг? — обращается Фогель к гонцу, который, кажется, не замечает бурных обсуждений, вызванных его сообщением. Члены Совета умолкают.
Вестник встревоженно оглядывается — внимание стольких магов его смущает. Юноша смотрит на Фогеля, будто загнанный в угол зверь, и сглатывает подступивший к горлу ком.
— Говорят, дриады пригрозили, что явятся нам мстить. Магией леса.
Все взгляды снова устремляются на Фогеля, словно безмолвно прося у него совета и защиты.
Верховный маг поднимает руки, словно обнимая зал и всех, кто в нём находится, на его лице проступает выражение мучительной озабоченности, он сильнее сжимает серую волшебную палочку.
— Вознесём же молитву, маги!
Вивиан послушно опускает голову, следуя примеру остальных членов Совета, и Фогель в тишине произносит молитву — размеренный речитатив успокаивает знакомой гармонией слов:
О святейший Древнейший,
очисти наш разум,
очисти наши сердца,
очисти Эртию.
Защити нас от скверны Исчадий Зла.
Как и все за столом, Вивиан осеняет грудь знаком пятиконечной священной звезды, каждый луч которой отмечает одну из магических линий гарднерийцев.
Фогель медленно опускает руки, не поднимая головы, и члены Совета не произносят ни звука.
Они ждут.
Наконец верховный маг открывает глаза и обводит суровым взглядом Совет магов. От его взгляда не спрячешься. Он замечает всё до мелочей. Неожиданно Вивиан ощущает новый прилив сил.
Это его магия. Волшебство наполняет зал Совета, исходя в равной мере от Фогеля и от волшебной палочки в его руке. Магия пронзает воздух.
Фогель переводит зоркий взгляд на гонца, не замечая пляшущих над стеклянным потолком молний и грохочущего грома.
— Передайте мой приказ коммандеру: отправить отряд магов пятого уровня в Северный лес, — решительно произносит верховный маг. — Грядут события, предсказанные Древнейшим. Дриады говорят, что придут мстить магам? Нападут на Гарднерию? За них вступятся деревья? Хорошо. Значит, мы обратим леса в пыль. — Прищуренные глаза Фогеля смотрят беспощадно. — Отыщем всех оставшихся дриад и уничтожим.
Фогель поворачивается к Совету и под аккомпанемент сотрясающего здание грома приподнимает волшебную палочку.
— Благословенные маги, Древнейший призвал нас овладеть всей Эртией, всеми её землями. Вскоре границы священного государства магов будут укреплены руническими заклинаниями и выдержат набег любых сил зла. Земля магов будет очищена от скверны.
От кончика потемневшей волшебной палочки в ру-ке Фогеля поднимается тонкая струйка дыма, и Вивиан едва сдерживает вздох восхищения этой непостижимой красотой.
— Настало время кровавой жатвы, — нараспев произносит Фогель, и в его глазах отражаются вспышки молний. — Пришёл час уничтожить всех Исчадий Зла, проникших на священную землю магов.
Глава 3. Отщепенец
Пятый месяц
Валгард, Гарднерия
— Известно ли вам, маг, — обращается к Тьеррену коммандер Сайлус Бэйн, — что постыдное увольнение из рядов гарднерийской гвардии лишит вас права служить в дальнейшем? И вас отвергнут все гильдии магов? Даже беднейшие фермеры с Нижней реки не наймут предателя ходить за скотиной.
Сайлус Бэйн сидит за письменным столом, окружённый старшими офицерами гвардии, все они сверлят Тьеррена гневными взглядами.