Страница 14 из 131
Спэрроу коротко кивает. Её вдруг охватывает озноб: она так замёрзла, да и страх от встречи с гарднерийцем никуда не делся. Ведь она боится всех проклятых магов.
— В море видели кракенов, — сообщает юноша, и Спэрроу едва сдерживается, чтобы не завопить ему прямо в лицо: «Да! Я знаю! Океан кишит кракенами, тупой ты ворон!»
Эффри раскатисто кашляет у неё за спиной и сдавленно всхлипывает.
— Почему ты так поступила? — вдруг спрашивает маг, решительно шагая к уриске, как будто этот вопрос важнее всех, какие он задавал в жизни. — Зачем пошла на такой риск?
Вытянувшись во весь рост, напряжённая, как струна, Спэрроу отвечает честно, честнее, чем когда-либо прежде:
— Потому что вы, маги, настоящие чудовища.
Глава 5. Тьма поднимается
Шестой месяц
Земли амазов
Птицы спускаются к Винтер Эйрлин, рисуя в небе широкие причудливые спирали.
Птицы к ней слетаются разные.
Винтер опускается на колени на прохладную, покрытую каплями росы траву пастбища. Ночная тьма ещё не выпустила из объятий Каледонские пустоши у неё за спиной, а перед ней расстилается город Сайм, столица амазакаринов, где живут её защитницы, храбрые амазы.
Горе поселилось глубоко в её сердце — печаль о возлюбленной Ариэль. Скорбь теперь её вечный спутник, эту тоску ничем не облегчить и не прогнать.
«Сердце моё с тобой, любимая». Пронзительные слова Винтер посылает на восток, к предрассветному небу, как будто там поселилась Ариэль, покинув этот мир, и нежные чувства однажды отыщут к ней дорогу.
Туман клубится у края бирюзового неба, алые, будто благородные розы, блики играют на бледных вершинах хребта, поднимающегося стеной на южной оконечности города. Розовые сполохи поднимаются выше от линии горизонта, и мягко шелестящие крылья окружают эльфийку на поле.
Винтер встречается на этом укромном пастбище с крылатыми друзьями уже не в первый раз. Она читает их мысли и передаёт им свои, рисуя в воображении понятные пернатым образы. Некоторых птиц она направляет на восток в надежде отыскать Нагу, давнюю и близкую по духу подругу-дракона.
Винтер посылает крылатых соратников и на запад с просьбой взглянуть на те земли и принести ей вести — добрые или злые. Птицы спускаются к ней целыми стаями.
Винтер сидит неподвижно, опустив голову, и пернатые собираются в круг, взволнованно подпрыгивают и тянутся к ней, чтобы коснуться крылом.
Как много птиц! Они собрались со всех концов Эртии!
Здесь и золотистые мэлорские журавли, и синеухие скворцы, и розовые зяблики, и серебристые альфсигрские голуби, и пара больших коршунов пустыни с яркими жёлтыми полосками и ярко-красными перьями на крыльях, чтобы оставаться незамеченными на алых песках востока.
А вот и крошечная колибри с лиловой короной на голове трепещет крылышками возле уха Винтер. Её крылья бьются быстро, овевая шею эльфийки прохладным ветерком, пока крошка-колибри не усаживается на плечо подруге и не прижимается к белой, как алебастр, коже всем телом.
Винтер ещё ниже склоняет голову, прислушиваясь к родственным птичьим душам. Закрыв глаза, она на ощупь выбирает птицу. Потом другую… Следующую…
В груди Винтер зажигается слабая искорка страха, горячая и неугомонная, — тысячи образов вливаются в разум эльфийки из воспоминаний птиц.
Что-то неправильное происходит в природе.
Птицы чувствуют что-то непривычное среди деревьев.
Озёра чёрной воды, в которой ничто не отражается. Потаённый огонь, горящий вниз, а не вверх. Вползает стеной мёртвый туман, смывает многоцветье.
Тьма. Мрачная и непроницаемая мгла идёт в мир.
Сумрак.
Винтер глубоко и прерывисто вдыхает, открывая свои мысли крылатым друзьям, будто по своей воле падая с утёса в бесконечную пропасть общего птичьего разума.
Она мгновенно переносится в другой мир, где сидит, скорчившись, на покрытой пеплом земле и исподтишка бросает короткие взгляды на чудовищный пейзаж.
Повсюду мёртвые деревья стремятся к кроваво-красному небу искривлёнными ветвями. На безжизненный лес медленно и беззвучно надвигается мрак.
Винтер выпрямляется на дрожащих ногах и входит в лес, минует опушку и сразу оказывается на поляне, наполненной густым серым туманом. Обхватив себя крыльями, будто они могут защитить её от опасности, эльфийка ждёт: надо узнать, что так напугало птиц.
Из тёмной клубящейся мглы появляется фигура молодой гарднерийки.
Она сжимает в руке волшебную палочку серо-стального оттенка, за которой, как и за женщиной, тянется тонкий шлейф дыма.
Гарднерийка подходит ближе, и под встревоженные крики птиц Винтер вдруг её узнаёт. От тёмного силуэта веет волшебной силой, с которой Винтер, пусть мимолётно, сталкивалась в прошлом, когда коснулась руки Эллорен Гарднер. Точно так же давным-давно эльфийка узнала о тайных крыльях икарита, дотронувшись до Айвена Гуриэля.
— Нет, — хрипло отвечает птицам Винтер. Качая головой, она пытается отогнать ужасную картину, плотнее закутывается в истрёпанные крылья. — Не может быть, это не Эллорен.
Тёплые птичьи тела прижимаются к Винтер, мысли и воспоминания крылатых друзей наполняют её разум. Ей никак не избавиться от видения, и Винтер признаёт суровую реальность, её глаза наполняются слезами.
— Тьма идёт за тобой, — шёпотом говорит Винтер, обращаясь к Эллорен посреди мёртвого леса. Печаль и сочувствие сильнее пронизывают её мысли, когда она вбирает новые образы из воспоминаний птиц и ощущает отчаяние погибшего леса. — Мгла стремится к тебе всей своей мощью.
Потому что она знает. Тьма всё знает. И лес, её противник, тоже знает всё.
Пророчество исполнится, спасения от него нет.
Икарит расправляет крылья… и Чёрная Ведьма вернулась.
ЧАСТЬ 1
Всех икаритов Западных и Восточных земель Эртии надо найти и казнить.
Предоставление убежища икаритам и помощь в побеге отныне признаны худшими злодеяниями против священного государства магов.
Карать за эти преступления будут без жалости и снисхождения.
Приказ отправлен для выполнения мастеру рун Чи Нам
Приказ издан коммандером Ванг Трой
Если маг Эллорен Гарднер, наследница магических сил Чёрной Ведьмы, продемонстрирует возможности, равные или превосходящие по силе магию бабушки, её следует немедленно казнить.
Глава 1. Чёрная Ведьма
Шестой месяц
Центральная пустыня Аголит
Я молча окидываю взглядом пустыню. Сомкнув пальцы на рукоятке Жезла Легенды, в смятении, я глубоко вдыхаю, пытаясь хоть немного успокоиться.
Вот если бы Айвен вдруг оказался рядом и сам увидел, как я впервые пройду проверку с настоящей волшебной палочкой в руке.
Где ты сейчас, Айвен? Сердце моё мучительно сжимается, когда я оглядываю голые красные пески расстилающейся передо мной пустыни. Быть может, ву трин унесли тебя в другую пустыню и теперь выясняют, на что способна твоя сила?
Мы расстались с Айвеном давно, три недели назад. Меня отправили с военным эскортом ву трин сквозь сложный рунический портал и несколько дней везли на быстроногих лошадях сюда, на тайное плато всеми покинутой Центральной пустыни Аголит. Здесь чародейки ву трин проверят, какой волшебной силой я владею, и научат меня ею управлять.
Мы очень далеко от всего живого, здесь никто не узнает, что истинная Чёрная Ведьма наконец найдена.
Красно-рыжие пески пустыни Аголит заливает алыми отсветами кроваво-красное солнце, медленно катящееся к горизонту. Ветер несёт прохладу моему разгорячённому лицу и рукам, сумерки готовятся окутать пустыню, остудить её нагретые солнцем пески. Маленькие лиловые кактусы, сбившиеся кучками, захудалые карликовые растения да каменные арки, разбросанные там и тут, — вот и всё, на чём можно остановить взгляд в бескрайнем море песка.