Страница 98 из 126
Вот и прекрасно, собирался сказать Олег, вот только не успел в мирно идущий разбор полётов, кубарем влетел мелкий эльфёнок. Местный шкет в буквальном смысле ворвался на террасу с воплями:
— Дядя Командор, там шпиёна поймали!
Поймали, было слишком громко сказано. Скорее уж загнали. Неизвестного бойца тихушника вычислили гнумплены. Они же непонятно как выбили его из тени, а после загнали в один из недостроенных особнячков, откуда шпиён в данный момент и отстреливался. Причём довольно успешно. У входа с парою болтов в тушке валялся представитель гнумпленьего племени. Этому бедолаге помочь уже было нечем, неподалёку скулили пара его собратьев, этим бедолагам тоже досталось, но куда как меньше.
— Чего там? — поинтересовался Олег у Аспирина, который сейчас рулил операцией по нейтрализации мерзавца.
— Враг там! — сурово заявил лидер гнумпленов, — наша его загнай и сейчас мы его порвать! Мы ему глаз на шухаш натягивай!
— Эй, ушастый, может вам помочь? — предложил Генка, — я его в момент приговорю, а то хрен знает, сколько у него ещё болтов осталось.
— Это наша враг! — яростно заявил Аспирин, — наша его и порвай. А то будет он, ходи туда — суда как в своя дом.
— Дело твоё, ушастик, тогда разбирайтесь сами.
Предводитель про́клятых кивнул своей башкой и с воплем кинулся к входу. Его собратья последовали примеру и ровно также кто в дверной проём, а кто и в окна кинулись забарывать врага. Борьба со шпиёном длилась минуты две от силы, то и дело слышались вопли. Это, видимо, загнанный огрызался арбалетом, а под конец супостат взвыл от боли.
— Мать вашу! — донёсся вой незнакомца, — как же больно! Прям по пальцу!
Ещё через минуту ушастые бойцы вытащили из дома загнанного шпиёна. Незнакомец был связан по рукам и ногам, а рот его был заткнут портянкой. Прихрамывая, Аспирин подошёл к Олегу Евгеньевичу:
— Всё, Командора, мы его того, — указал косноязычный про́клятый на пленного.
— Пойдём посмотрим, что за фрукт к нам в гости забрался, — Татарин довольно глянул на приятеля.
Боец тихушник был с ног до головы замотан в бинты и сильно походил на мумию. Острый взгляд связанного бойца судорожно прыгал с фигуры на фигуру, пока окончательно не остановился на тушке Командора. Шпиён задёргался, порываясь что-то сказать, вот только кляп во рту сильно мешал этому делу.
— Аспирин, ну-ка вытащи из пасти нашего гостя своё грязное исподнее, — отдал распоряжение Генка.
Кусок грязной тряпки исчез, Татарин присел на корточки и за подбородок поднял голову незваного гостя кверху:
— И кто же ты у нас такой? — рассматривая лазутчика спокойно поинтересовался джинн.
— У меня послание для Командора, — не испытывая даже самой маленькой толики страха, практически с презрением отозвался лазутчик.
— Говори, — довольно оскалившись ответил на вызов джинн.
— В сумке, — лаконично произнёс незнакомец, — повестка. Там всё написано.
Татарин резко дёрнул рукой, враз отделив неразумную голову от тела. Голова словно волейбольный мяч подлетела, сделав пару оборотов в воздухе, а после с чавканьем шмякнулась на землю. Гнумплены разом взвыли, словно на футбольном матче кто-то из игроков забил долгожданный гол.
— На фига? — недовольно поинтересовался Олег.
Татарин молча поднял сумку и вытряхнул содержимое на землю. Под ногами Геннадия лежало всего два предмета. Свиток чёрного цвета с так хорошо знакомой биркой и запечатанный конверт с казённым штампом. Джинн бесцеремонно вскрыл конверт и пробежался глазами по тексту. Дочитав, Генка отдал письмо приятелю:
— Администрация каторг желает с тобой пообщаться на предмет твоего возвращения в Альма-матер.
«Великий и ужасный» тоже успел прочесть. Содержимое повестки было накидано убористым почерком. Некто, Альфред, требовал личной встречи с нашим героем. В тексте прослеживалась легка истеричность и посыл не усугублять собственное положение и явиться в полном одиночестве в назначенное время переданным портальным свитком на Турамс для допроса.
— Да уж, подобной наглости я давно не видел, — ухмыльнулся Татарин, — с чего они вообще взяли, что ты явишься к ним на допрос и тем более один? Бред какой-то!
Как оказалось чуть позже, бредом послание не являлось, а в качестве весомого довода из-под носа у Командора была выкрадена кухарка, а заодно и Фэйфэй. В то время кода засланец отвлекал основные силы посёлка на себя и произошло похищение. Кухарка в компании малой осталась на кухне, предстояла порядочных размеров работа, нужно было к приходу божества подготовить угощения. Проще говоря, не до разборок было кухарке. Как только начался штурм на площади, начался штурм и на веранде летней кухни гостиницы «Бригантина». На пляже объявился тот самый гном — жрец, что в прошлый раз появился с избранницей богов. Гном достал небольшую сферу — часть принесённого из высокоуровневого мира портального свитка и бросил её себе под ноги. Почти моментально пространство разорвалось, образовав светящееся зева. Пятеро незнакомых бойцов вырвались из портала. К чести кухарки, ушли не все гости, бо́льшая часть пятёрки так и осталась лежать горстками праха на деревянных полах террасы. Вот только и гости были не лыком шиты, в какой-то момент в пылу драки Архэя поймала в шею небольшой дротик из плевательной трубки и рухнула без чувств, такой же дротик достался и в спину улепётывающей Фэйфэй. За кухарку попыталась вступиться Фиалка, но с ней похитители церемониться не стали. Стрела из арбалета пробила голову насквозь и пригвоздила бывшую служительницу закрытого крыла библиотеки к стенке. Судя по манере работать, этим бойцам было не впервой похищать разумных и со своей задачей они справились блестяще.
— Мля! Проходной двор! — Олег нервно барабанил пальцами по столу, рассматривая шарик с навершия свитка, — кто хочет, приходит, мать его! Кто хочет уходит! Куда только твои шершни смотрели? — недовольно попенял Татарину Олег.
— Заняты мы с тобой были, — скрипя зубами ответил джинн, — развели нас. Как лохов развели, мля. Отвлекли внимание и умыкнули девок. Малая-то переродится, а вот твою кухарку жалко. Боюсь, прикончат её эти уроды.
— Ни хрена с ней не случится, проклятие на ней, — признался Олег, — на какое бы расстояние она ни ушла, каждое утро моя кухарка просыпается в пределах Эленсии. Её сам Соломон таким образом проклял.
— То есть, малая бессмертна, кухарка утром дома будет, — принялся загибать пальцы Татарин, — выходит, тебе нет смысла переться на Турамс?
— Выходит, так, — согласился Олег, — единственное, кто будет готовить для Локи? Не хотелось бы ударить в грязь лицом на столь важном мероприятии.