Страница 4 из 78
Пираты, внешне похожие на рыбаков, патрулировали район Южного порта, без устали пересекали вдоль и поперек бархатный пляж, сыщики же караулили дельфинарий и особенно территорию, принадлежащую ресторану «Ю», более известному, как ресторан «Змей», самому популярному среди богачей, страдающих болезнью печени. Словом, как метко заметил начальник криминальной полиции: «Мы сообща пасем заезжих овец, чтобы самим не попасть на бойню».
Мосье Ухтомский не мог налюбоваться сказочным островком, который не был похож на все, что ему приходилось видеть прежде. Экзотические цветы и растения издавали острые запахи, вдоль дорог тянулись ровные, как по линеечке, ряды банановых и лимонных деревьев, услаждали взор оранжевые апельсины, которых тут было видимо-невидимо. С непривычки у мосье Ухтомского заболели глаза: земля повсюду была необыкновенно красной, трава – ярко-зеленой, будто нарисованной, а море и небо – безупречно голубыми. В Марселе, где проживал Ухтомский, тоже было много зелени, но какой-то стертой, сероватой.
И еще Ухтомский дивился малолюдным улицам, не представляя себе, что за три дня до их приезда на островок все коттеджи, окружающие ресторан «Змей», были заполнены богатыми постояльцами, внезапно прервавшими курс лечения. Не считая его, в местном отеле остались проживать всего семь человек. Это и были его единомышленники, съехавшиеся сюда по условному сигналу со всех концов света. Ухтомский знал, что уже встречался с этими внешне не похожими друг на друга людьми, но узнать не мог ни одного. Это не удивляло, ибо по инструкции все они во время встреч должны были менять внешность, ничем не выделяться из толпы. Вот почему даже опытным криминалистам, прибывшим с материка, трудно было предположить, что за каждым из них стоят не просто некие властные структуры, мафиозные кланы, военные блоки или международные разведки, а нечто большее, что было выше их понимания. Они принадлежали всемогущей Ассоциации, которая, оставаясь в тени, смещала и назначала президентов, правительства.
В этот жаркий полдень вся восьмерка собралась на набережной. Не спеша прогуливались между деревьями, то и дело словно ненароком поглядывая в сторону моря. Все были в неком тревожном ожидании. И когда на входном рейде появилась великолепная океанская яхта, гости островка, среди которых был и мосье Ухтомский, почти одновременно вскинули к глазам бинокли и облегченно вздохнули: «Прибывает!..»
В назначенный час, перед закатом, когда спала жара, восьмерка собралась в малом зале ресторана под названием «Принцесса Нюйва». Предупредительные слуги рассадили каждого по известному им рангу. Мосье Ухтомский уже слышал, что в этом овальном голубом зальчике без окон обычно проводили вечерние часы миллиардеры, ибо, по древнему преданию, та самая принцесса Нюйва, что некогда заделала небесную трещину, чтобы не допустить на землю злого дракона, нынче благоприятствовала великим мира сего и их не менее великим делам. А то дело, ради которого все они появились на этом затерянном вдали от цивилизации островке, по их мнению, было самым значительным после великого потопа.
Ресторан «Змей» являлся на острове главной достопримечательностью. Курс лечения змеиными препаратами и диетой стоил баснословно дорого, зато результат был почти стопроцентным. Никого здесь не касалось, что гости поселялись обычно под вымышленными именами, не называли национальности и страны проживания…
Бесшумные и удивительно ловкие слуги, очень похожие друг на друга внешне, живо расставили по низеньким столикам фирменные блюда – бульон из ласточкиных гнезд, горячее в виде кусков мяса под экзотическим названием «Обед отшельника», затем перед каждым из гостей появился хрустальный графинчик с ярко-зеленым напитком под названием «У» – легкий змеиный коктейль, приправленный травами долголетия и здоровья.
Ужин начался вяло. Мосье Ухтомский, единственный русский в этой разномастной компании, отлично понимал, почему все столь замкнуты и чуточку насторожены, – не было человека, который являлся их главным стержнем, человека, у которого была масса имен: сэр Генри, Ставленник, Лидер. Не ради сказочных красот по сигналу этого человека прибыли они сюда. Что-то случилось…
Да, гости, несомненно, ждали сэра Генри. Почти никто не притрагивался к еде. На гостей-европейцев раздражающе действовали плошки с благовониями, расставленные на концах стола, которые испускали одуряющий запах. Почему же сэр Генри задерживается? А что если он вообще не приехал? Ведь каждый из Лидеров знал о том, что около двадцати лет сэр Генри серьезно болен, что почти никто в Техасе, где он проживает, не видел его в лицо, зато на встречу с Лидерами Ассоциации он всегда находил силы. Знали все еще и о том, что их могущественная Ассоциация, их надправительственная, надполитическая организация была создана по его личной инициативе, являлась его любимым детищем.
…Бесшумные двери внезапно разъехались в разные стороны, и двое телохранителей вкатили в зал сверкающую никелем инвалидную коляску, в которой, укрытый красной мантией, возлежал человек, похожий на карлика. Глаза сэра Генри привычно скрывали большие темные очки. Лидеры облегченно вздохнули, дружно, как один встали, склонив головы в знак почтения и радости от встречи с главным Лидером Ассоциации. Сэр Генри едва заметно пошевелил правой рукой, давая знак гостям садиться. Его коляску подвезли к торцу стола, в специальное углубление, придвинули прибор, надели на грудь белоснежную салфетку.
– Я ужасно проголодался, – сообщил сэр Генри на редкость неприятным голосом. Казалось, внутри у него вмонтирован некий клапан, изменяющий тембр голоса. – Перед важным разговором давайте приступим к трапезе.
Не дожидаясь остальных, сэр Генри стал осторожно хлебать прозрачную жидкость золотой ложечкой. Один из слуг-телохранителей налил в крохотную рюмочку зеленого напитка. Потянулись за графинчиками и остальные Лидеры Ассоциации. От запаха коктейля, от его вкуса у всех приятно закружились головы.
Мосье Ухтомский, отхлебнув напитка, вдруг вспомнил строки из «Апокалипсиса Голиарда»: «Ангелы Божии в плащах одинаковых дали отведать мне зернышек маковых, в Лету меня окунули потом и напоили каким-то питьем».
В какое-то неуловимое мгновение трапеза разом прекратилась. Дважды мигнул некий условный знак – электрический свет, а затем в зале возник неземной голубоватый полумрак, расслабляющий сознание, располагающий к доверительной беседе, которую все они так долго ждали.
– Уважаемые Лидеры уважаемой Ассоциации! – проскрежетал сэр Генри. – Я безмерно счастлив и рад видеть вас в полном здравии. Вы не пожалеете, что прибыли сюда. Долго стояли наши часы, и вот настала пора пустить их. Христос, сравнивая Царствие Божие с зерном, брошенным в землю, напутствовал: «Земля сама собой производит сначала зелень, потом колос, потом зерно в колосе; когда же созреет плод, немедленно подается серп, потому что настала жатва». – Сэр Генри замолчал, переживая охватившее его волнение, почему-то он смотрел именно на мосье Ухтомского, единственного русского. – Часы запущены, друзья мои! Да, это говорю вам я! – Сэр Генри поднял вверх указательный палец, тонкий и угрожающе прозрачный. – Мир глуп! Каждый видит только свою выгоду, а мы… Даже мои соотечественники не прочь бы с нашей помощью решить свою сверхзадачу: разрушить Советский Союз. Но даже им не дано понять наших с вами сверхглобальных задач, ведь они плохо читали Библию. – Сэр Генри вновь прервал свое неприятное скрежетание, будто царапали железом по стеклу, и уставился в угол.
– Сэр Генри, – не выдержал мосье Ухтомский, – верны ли расчеты?
– О, да-да! Абсолютно! Во время второй мировой войны советский лидер Сталин сетовал на то, что союзники долго не открывали второй фронт. А знаете, почему оттягивалось наступление? Мудрые западные лидеры действовали так, как предсказывали им звезды, когда сойдутся воедино все диаграммы вплоть до звездного неба, нулевого волнения в проливе и настроения главнокомандующих. Так и мы с вами, друзья, долго ждали благоприятного времени для начала решения своих сверхзадач. Наконец сошлись предсказания астрологов, политологов, футурологов, подкрепленные сигналами из космоса. Наступил час великих испытаний для мира. Первым в этом ряду стоит Советский Союз. Этой сверхдержаве выпала черная карта. Запомните мои слова: через пять лет СССР, «империя зла», вообще перестанет существовать, она распадется на разрозненные территории, мелкие княжества, которые вспомнят о национальном самосознании и прочей чепухе.