Страница 33 из 66
Потянулся за ножом, но потом посмотрел на молодого парня, который смотрел на меня более осознанно. Выдернув кляп у него, я спросил:
— Ты в порядке?
— Да, Ваше Благородие.
— Кто вы такие?
— Печорские мы, — сказал парень. — Эти люди вырезали наш хутор три ночи назад, а нас притащили сюда, и постоянно убивали на этом... — паренёк, который был совсем юным, всхлипнул, когда кивнул на алтарь.
— Девочка моя, Светлана! — внезапно закричала женщина так громко, что я аж невольно вздрогнул.
Аккуратно перерезав ножом веревки, я спросил.
— Чего это она?
— Её ребёнок вон там, — кивнул он на длинный барак с узкими окнами, который стоял на опушке поляны.
— Возьми нож, — я кивнул на лежащего рядом бандита. — И освободи ее.
Я пошел к бараку, и хмыкнул про себя, когда Шнырька показал мне его содержимое. Скинув бревно, служившее запором на двух скобах, я открыл дверь. Внутри, как россыпь звезд, на меня смотрели несколько десятков любопытных и испуганных пар глаз, что принадлежали детям, примерно от года до десяти.
«Вот это ты встрял, Сандр!».
— Ха! — закричал малыш лет четырех, и в меня полетел маленький, но вполне оформленный огненный шар.
Я отмахнулся рукой. Доспех на мне всё ещё висел. Шар врубился в стену, и лежащая в качестве подстилки солома занялась огнём.
— Да что ты будешь делать! — в сердцах сказал я.
Тут же подскочила девочка лет семи. Из рук у неё полетели ледяные искры, быстро погасив пожар. Она зыркнула на меня, и отпрыгнула обратно.
Я взглянул на этих ребятишек более пристально, и потянулся к их душам.
Ну, ни хрена себе!!! Все они, даже полуторагодовалый карапуз, были Одаренными. Причём УЖЕ действующими Одаренными.
Да что же тут творится?!
Конечно, ни в какой Разлом мы не поехали. Мы заняли оборону вокруг посёлка, и вызвали два оставшихся «Буревестника», дабы эвакуировать отсюда детей. Их было двенадцать, старшему из которых было десять лет, а младшему, судя по всему, полтора года.
В ожидании «Буревестников» мы прошлись по деревне. Тут были неожиданные и очень приятные находки.
Немного помогла девушка, которая, сначала увидев трупы своих сородичей, впала в лёгкий шок, но затем пришла в себя, и начала медленно, как сомнамбула, рассказывать.
Да, в рейд неделю назад ходил Пастырь со своей дружиной.
Да, такие набеги повторялись примерно раз в месяц, чтобы на алтаре Эпицентра каждый день проливалась кровь «порченых». Да, детей они оставляют в живых, чтобы вырастить из них Настоящих Людей.
Да, иногда они ходят в Разломы.
Да, периодически они нападают на неосторожных Истребителей, кто слишком углубился в Эпицентр.
Но самое интересное было другим. На мой резонный вопрос «Где все добро, награбленное у людей, в Разломах и Истребителей?», она сказала, что Пастырь торговал с «порчеными». На вопрос, что ему могло понадобиться, она ткнула пальцем в сундук в жилище этого самого пастыря, которым конечно, оказался тот здоровенный бугай. Так вот, там лежал аккуратно рассортированный в маленькие пакетики розовый порошок.
— Сраные наркоманы! — покачал я головой, сразу поняв их бесшабашную ярость, и полное отсутствие самосохранения.
Самое интересное, я хорошо знал, что это за наркотик. Изначально он был придуман для боевого применения. Делался он из разломных ингредиентов, и добавлял солдатам мотивацию в бою, отключая чувство страха. Придумали его китайцы, назвали «розовая пыль», и стоил он недешево. Даже при том, что на территории Империи он был запрещён, поставки контрабандистов из Китая были налажены. А ещё он вызывал стопроцентное привыкание.
Поэтому спецотряды китайской армии назывались «Готовые к смерти» — потому-что, если они не умирали в бою, то загибались от наркоты. Хотя Одаренные могли использовать его очень длительное время — только это, похоже, спасало местных дикарей от вырождения.
Я внимательно посмотрел на девушку.
— Ты пробовала это?
— Нет, — сказала она. — Мне ещё не положено. Посвящение на третьем месяце после достижения восемнадцатилетия. И это время должно было наступить через две недели.
Перерыв всё вверх дном, кроме артефактного молота, что был у здоровяка, нашли ещё несколько хороших топоров и мечей, три из которых были родовыми.
А ещё я с задумчивостью смотрел на «гирлянду», которая висела в доме Пастыря под потолком, а в качестве украшений на ней были привязаны кольца — кольца Истребителей и родовые, которых здесь было очень много. Судя по всему, этот грёбаный урод коллекционировал их долгое время. Точнее не только он, но и все его предшественники.
Я окинул взглядом несколько десятков колец, тихо позвякивающих под лёгким сквозняком, что царил в доме. У меня было много вопросов. Но похоже тот, кто мог ответить на эти вопросы, лежал сейчас с проколотым сердцем снаружи.
Эх, Сандр-Сандр, когда ты научишься вести переговоры!
Зазвенел телефон. Я посмотрел на абонента — Архип.
— Да, Архип, слушаю тебя внимательно.
— Сандр... — судя по голосу, Архип был озадачен. — Эээ... даже не знаю, как сказать.
— Как сказать? Словами.
Я как раз нашел знакомое кольцо медоеда на гирлянде, и рывком дернул так, что веревка порвалась, и все кольца со звоном рассыпались. Приблизил к глазам и рассмотрел еще одно кольцо гвардейца. Старое, неочищенное.
— В общем, ты знаешь, что закреплён за Хельгой?
— Я закреплен за Хельгой? — удивился я. — Каким это боком?
— Странно... — сказал Архип, — Я, честно говоря, не уточнял, но Королева Лагерта сказала, что она достигла с тобой договорённости, и ты назначаешься наставником её дочери.
— Она так сказала?
— Да. Это не так? — спросил Архип.
Я кое-что вспомнил.
— Ну, в принципе, так. Она права. Только я не думал, что это настолько серьёзно и официально.
— В общем, как наставнику, я тебе должен сказать, что Хельга завтра идет в рейд. Вот только собрать нормальный рейд у неё не получается. Разлом, похоже, она выбрала себе не по силам.
— В смысле?
— Посмотри информацию. Я тебе перекинул.
— Не могу сейчас посмотреть, сети здесь нет, — сказал я.
— В двух словах — тот Разлом, куда она собирается завтра, боюсь, что может оказаться им не по силам. А ты, как наставник... — он сделал паузу.
— Я, как наставник, что?
— Подозреваю, что ты не хочешь конфликтовать с Северным Королевством.
— Точно не хочу.
— В общем, я могу записать тебя в этот Разлом, вписать в группу. Вот только Разлом... — начал он.
Взгляд мой остановился на еще одном интересном предмете.
— Архип, в жопу информацию! Просто записывай, — сказал я. — И скинь мне время и координаты.
— Понял тебя, — сказал временно исполняющий начальник Центра.
Я же протянул руку, и взял очень интересную штуку. Камень Души. Последний раз я его видел в прошлой жизни. Откуда он здесь?!