Страница 2 из 4
– Мамусь, а можно обсудить меню, лежа в постели?
– Конечно, можно. Только бабушке об этом не рассказывайте, – подмигнул Аньке и маме дед.
В семье были строгие правила, заведенные бабушкой, и не очень строгие – заведенные дедушкой. Из строгих самым важным было то, что постель предназначена исключительно для сна. Балконный топчан кроватью официально не считался, но Анюте об этом приходилось постоянно напоминать бабушке, выторговывая право валяться на нем с книгой или экзаменационными вопросами. Но утром надо было встать, убрать постель, умыться, почистить зубы, позавтракать и лишь потом приступать к делам. Сегодня в честь праздника на все были послабления. Второе правило гласило: никогда, ни при каких обстоятельствах не кричать. Даже если нужно было просто позвать к телефону или привлечь внимание, кричать из одной комнаты в другую запрещалось. Надо было прийти и тихо-спокойно сообщить, что случилось. Стоило ли говорить, что в доме не было ни ссор, ни скандалов. Все решалось мирным путем – путем переговоров. И эти переговоры никогда не откладывались на потом. Третье правило: если что-то пошло не так, это обсуждается в момент, когда что-то пошло не так. Четвертым правилом была пустая раковина и корзина для белья. Посуда мылась, а белье стиралось в моменте. Накапливать посуду, белье и негатив запрещалось. Пятое правило, если кто-то хотел сесть за стол – пусть даже в кухне, пусть даже просто выпить чаю – обязан был опросить всех, находящихся в доме, не хотят ли они к нему присоединиться. Таким образом, любые перекусы всегда собирали всю семью вместе. Телефонами в доме пользовались крайне редко – только когда кто-то звонил или самим надо было срочно позвонить. Поэтому застолья никогда не превращались в Wi-Fi-party. Семья либо обсуждала что-то насущное, либо все смеялись над историями из жизни. Обсуждать других людей в их отсутствие тоже было запрещено. Разговоры касались только присутствующих, что вполне всех удовлетворяло: ведь так каждый член семьи, находившийся за столом, получал свою желанную долю внимания. У дедушки в правилах отсутствовало слово «запрещено», он просто всегда предлагал «присоединиться»: присоединиться к нему во время утренней зарядки; во время вечерней прогулки «для обязательного подсчета созвездий на небе и проверки, не сбежал ли куда Орион»; присоединиться к написанию поздравительных открыток и множеству других дел. Перед каждым праздником дедушка выкладывал на стол в большой комнате стопку открыток и собственноручно писал родным, друзьям и знакомым пожелания. Всем непременно разные – от сердца. Предварительно, как бы невзначай, он звонил и выяснял, у кого как идут дела. Иногда к открыткам присоединялись небольшие сувениры, которые дедушка тоже сам укладывал в коробочки или мастерил свертки, виртуозно владея техникой упаковки, ловко обращаясь с лентами разной ширины и сооружая всевозможные банты.
– И чем ты хочешь кормить гостей? А то я на привоз убегаю.
– Мамочка, а сделай нам «Шапку Мономаха».
– Анютка, моя хорошая, она почти готова. Я, как чувствовала, что ты ее захочешь. Думаю, сделаю на всякий случай. А когда безе печь поставила, прямо голос твой услышала: «хочу «Шапку Мономаха», мамочка».
– Я так тебя люблю, моя хорошая.
– Еще что?
– Давай что-то такое… такое… чтобы и традиционное и удивить.
– Давай.
– Предлагаю картошку по-африкански, – вступил в разговор деда.
– Папа, вот это новости! Что еще за картошка такая? – легонько щипает мама дедушку.
– Наташа, купи молодую, кругленькую, чтобы одинаковая вся была. Я ее помою, и кожуру ножичком надрежу так, чтобы она в мелкую клеточку получилась. Потом смажу сливочным маслом, натру солью и чесночком. А еще воткну в каждую по сухой гвоздичке и на пергаменте в духовку. Будет красиво и идеально подойдет к твоему французскому мясу. Мы так в Алжире делали. А Алжир, между прочим, одна из африканских стран, когда-то завоеванная французами. Уверен, моя картошечка станет идеальным дополнением к твоему мяску.
Хотя, – тут дедушка сделал паузу и произнес фразу, над которой задумались мама с Анютой, – нет, ничего хуже, когда одни вдруг решают путем войны доминировать над другими. Пусть лучше наши мяско и картошечка дружат, стремясь к общей цели доставить удовольствие твоим гостям. В общем, принимаете предложение?
– Принимаем. А еще что ты интересное готовил в командировках, дедушка?
– Вот еще можно такой десерт приготовить. Наташенька, ты купи жирной сметаны и пару лаймов. Сметанку надо взбить с цедрой и соком лаймов, добавить сахарную пудру. Тебе, Аннушка, будет позволено рюмочки мои взять и выложить слоями: взбитую массу, свежую малину, снова массу, снова малину и еще раз массу. Можешь посыпать молотым миндалем, а сверху украсить одной ягодкой малины и сахарной пудрой. Будет, как мороженное, только с кислинкой. В морозилку всего минут на пять надо поставить.
– Ага, значит у внучки важный день, а про бабушку все забыли. Какие вопросы остались нерешенными?
– Салаты, бабуль.
– Хм… Салаты должны быть легкими и разноцветными. С чего праздник начнешь, так он и задастся. Начинать надо с ярких красок. Давай салат из хурмы сделаем. Миндаль в блюдах есть?
– Есть в десерте, Томочка.
– Хорошо, Юра. Раз миндаль в списке продуктов есть, делаем так. Заливаем миндаль кипятком и, как остынет, очищаем от кожицы. Купи, Наташа, свеклу с ботвой. Ботва на салат пойдет, а из клубней холодный свекольник пусть будет. В супнице нашей красивой на стол поставим. Ботву надо помыть, обязательно только руками нарвать. Кстати, у меня баночка соленых огурчиков своих осталась. Мы их нарежем, да еще и свежих добавим. Ботву выложим в глубокую тарелку, на которой китаянка веером любуется. Туда же хурму, огурчики, миндаль и копченость какую-нибудь. Грудиночку свиную хорошую ты точно еще на привозе успеешь отхватить. А заправить всё это сметанкой, взбитой с солью, укропчиком и чесночком.
– Не очень ли смело, бабушка?
– В самый раз. А если кто испугается, тому можно обычный овощной предложить – из микадо[2], лучка ялтинского, редисочки, огурцов и петрушки. Ну, и каперсы для разнообразия. Оливковым маслом заправить и готово. И сколько красок на столе: оранжевая, розовая, зеленая. Предлагаю перец болгарский желтенький запечь. Тогда еще один цвет добавится.
– Каперсы. Ты в своем репертуаре, ба!
– Каперсы растут у нас в степи. Это наш продукт. Поэтому, мой репертуар вполне патриотический. Не то, что дедушкин, с его африканскими замашками.
Так в теплой дружеской обстановке с шуточками и прибауточками бабушка, дедушка и Анюта собрали маму на рынок. Старшее поколение отправилось на кухню, а Анюта стала примерять обновки. Мама сшила ей новый брючный костюм: белую майку-сеточку с фиолетовой горловиной и фиолетовые в белую полоску «бананы». Бабушка связала пару легких, как паутинка, свитерочков кремового и бирюзового цвета и темно-коричневую плотную юбку-колокол. Дедушка дополнил подарки золотыми часиками на тоненьком кожаном ремешке NoName. Наверное, долго искал: ни в одном магазине или интернет-каталоге Анюта их раньше не видела. В этой одесской семье мало любили подарки, сделанные не своими руками. Купить что-то в магазине считалось верхом невнимания. Подумаешь, пошел в магазин и купил – для этого ума много не надо. Придумать, предугадать, тайно смастерить – другое дело.
Когда гости собрались, стол в большой комнате был накрыт льняной скатертью, в центре горело несколько свечей, а на всех возможных поверхностях в квартире разместились легкие закуски и напитки. Основные блюда на кухне томились в ожидании своего часа. Мама выкатила в центр комнаты старинный складной столик с нарисованным олимпийским мишкой с крошечными подарочными коробочками. К каждой была привязана карточка с номером. Такие же карточки висели на лентах, прикрепленных к канату, который натянули пришедшие Сережа с Мишей между сервантами. Все Анютины друзья обожали её маму. Не каждому так повезло с родителями, не всех готовы были спокойно выслушать, что-то посоветовать и взять за свой совет ответственность, как это могла сделать тетя Наташа – Анина мама. К тете Наташе по любому поводу бежали все. Ей, бывало, друзья Анюты звонили чаще, чем самой Анюте. При появлении мамы раздались аплодисменты. Сережа крикнул: «У меня есть тост!». Сильно покраснел, опустил глаза и почему-то пробормотал: «Давайте выпьем за моих родителей».
2
Сорт сладких помидоров.