Страница 46 из 87
Глава 23
Амаль ждала.
Она пришла на полянку в саду, где висела вторая двойка с «Персефоны». Бо заметил девочку и написал Дерену.
Рэм, увидев Амаль, едва не выпрыгнул из шлюпки прямо в компрессионке. Но покосился на наблюдающего за ним пилота и начал подчёркнуто аккуратно разбирать форму и укладывать её под ложемент.
— Сегодня мы точно ночуем на Кьясне, завтра — как выйдет, — предупредил Дерен.
— Понял! — крикнул Рэм. — То есть, так точно!
Он сунул на место последний фрагмент компрессионки и убежал так, словно за ним гнались.
Дерен задумчиво посмотрел ему вслед.
Ну, ведь мальчишка же. Способный мальчишка, тут ничего не скажешь. И теневыносливость — без вопросов. Но лет ему в диапазоне от шестнадцати до восемнадцати. Точка.
И что теперь с ним делать?
Ну, допустим, сдаст он это чудо в медотсек и попросит сделать заключение о возрасте.
Допустим, медики подтвердят, что ему шестнадцать лет. Что дальше?
Капитану доложить? Списать на грунт?
Семья у мальчишки погибла, тут он не врал. И куда его сунут на грунте? В приют? В имперский, на Мах-ми? Какая-нибудь трудовая бригада по разбору завалов?
Тогда уж лучше попробовать пристроить при храме или отдать в военную школу на Кьясне. Но без знания языка ему и здесь будет не до учёбы. А учить его надо…
Бо, видя что Дерен «пропал» в шлюпке, поднялся к нему сам.
— Помочь? — спросил он с улыбкой.
Дерен мотнул головой.
Бо такие вещи не объяснишь. Тем более что раньше на корабле уже был парнишка. И не сказать, что кончилось это плохо.
Скорее всего и Келли, и Гарман наплевательски отнесутся к возрасту Рэма, даже если Дерен заставит пацана пройти через медика. Разве что с боевых дежурств снимут, но на это полномочий хватит и ему самому.
Лейтенант вздохнул, снял компрессионку и позволил Бо утащить себя на пустынный по случаю полуденной жары пляж.
На пляже разлеглась вся небольшая компания пилотов. Жары они не боялись.
Да и вода в речке была прохладной — у поверхности ещё ничего, а снизу били ледяные ключи.
Можно было поплавать на глубине, промёрзнуть как следует, а потом выбраться на крупный золотистый песок и прожариться, словно на сковородке.
Это эйниты были избалованы тёплыми вечерними купаниями. Пилотов, для которых само по себе валяние на песке без штанов — лютый праздник, ни жарой, ни холодом не испугаешь.
Гармана, Джоба и Инка Рос с утра забросил на «Персефону», а двух «молодых», Эмора и Бо, Келли разрешил оставить при капитане.
За кэпом глаз да глаз нужен, а Дерену с Росом иногда полагается спать.
Но сейчас на пляже почему-то оказались все четверо «охранников».
— Кто с капитаном? — сразу спросил Дерен.
— Кэп занят. — Рос ткнул в капитанский маячок, неподвижно висящий возле дома Айяны. — Там девушка очень такая… симпатичная, не думаю, что ему надо мешать.
— Давно пора, — кивнул Дерен. — Девушки при храме правильные. Может, и вылечит.
— А мы чего тут лежим? — спросил Эмор, лениво приоткрывая один глаз. — Полечиться бы, а?
— А мы — капитана охраняем. А то придёт приказ, а ты без штанов, — ласково пояснил Рос.
— Так я и сейчас без штанов, — зевнул Эмор.
Дерен снял комбинезон и аккуратно сложил его на песок.
— Вальтер, пошли искупаемся? — позвал Рос. — А то эти, молодые, меня в грош не ставят. Эмора мама, похоже, родила от акулы. А с Бо лучше вообще наперегонки не плавать, у него в тыльном месте двигатель.
Эмор был сиротой, и на шутки про маму не обижался. А Бо — Дерен покосился на пилота — кто его знает, как он устроен, может, у него внутри и двигатель есть.
Лейтенант кивнул и не спеша пошёл к воде.
— Ну и чего думаешь? — спросил Рос, когда они отошли подальше.
Он явно имел в виду Рэма.
— Сто процентов мальчишка, — тихо сказал Дерен. — Трудолюбивый, способный. Тесты сам сдал, верю.
— И? — Рос остановился у воды, прищурился на высокое солнце.
— Не знаю, Хьюмо. Если бы его можно было вернуть домой — отвёз бы не раздумывая. Но возвращаться ему некуда. Летал же с вами Лес? В конце концов, боевых действий какое-то время не будет. А может, и вообще не будет. Угрозу я ощущаю, начало войны — нет. Как-то вывернемся…
— Вот и Дара говорит, что вывернемся, — кивнул Рос. — Дёшево, говорит, вывернемся, но тебе хватит. Я спросил, мол, совсем, что ли, хватит? Сказала — нет.
— Смутно всё впереди. Я ощущаю боль, но словно бы не свою. Да и не верю до конца, что мы кого-то из своих потеряем. Я… — Дерен замялся, видя, как внимательно слушает его Рос. — Я — плохой предсказатель. Если уж Дара не знает…
— Дара знает.
Рос закрыл глаза.
Дерен видел, что он вспоминает лицо женщины, с которой последние два года жил на Кьясне.
Дарайя любила Роса. Ради него она вышла из внутреннего храма, сложила полномочия Проводящей эйи и осталась простой послушницей.
Но умение предвидеть события эйнитка не потеряла. И Рос не понимал, почему она говорит с ним только намёками. Как может пересечение линий быть важнее того, что бывает между двоими?
— Я думаю, Дара боится повлиять на выбор кого-то из нас, — сказал Дерен. — И это очень важный выбор. Если ему не мешать, тогда мы, может быть, уцелеем. Потому что всё в ближнем будущем, кроме ощущения победы, — муть и мешанина из обрывков причин и линий. Решение сейчас существует только одно. Но оно есть.
Вечером Рэм пошёл на занятия вместе с Амаль. По-экзотиански он почти ничего не понимал, но все вокруг него понимали имперский стандарт.
А ещё вечерами у учеников была медитативная практика. И Рэму быстро объяснили почти на пальцах, как надо сесть, о чём думать.
Думать надо было «ни о чём». Сосредоточиться на дыхании, смотреть «внутренним зрением», как воздух заполняет лёгкие. «Входить» в себя и «выходить» вместе с воздухом.
Он старался. А потом, одуревший от странных ощущений, навалившихся на него во время занятий, до темноты гулял и купался с Амаль.
Утром Дерен отловил Рэма уже на подступах к длинному учебному зданию.
— Доброе… — начал пацан, вглядываясь в загорелое лицо пилота: понять бы, что тот сегодня выкинет?
Понять ничего не удалось. Дерен был непроницаем, как учитель по медитации: ни пол-эмоции не просачивалось на его физиономию без дополнительного контроля.
Дерен оценил усилия Рэма: изобразил улыбку.
Кивнул: