Страница 20 из 102
Ченич сощурился. Похоже, его догадки совпали с реальностью, и это тот самый Стоун. Надо же, пилот в шестнадцать лет. Хоть историю для дэпа пиши.
— А как так вышло, если не секрет? — спросил он осторожно.
Лететь предстояло вместе ещё больше двух суток, а курить хотелось ужасно.
Если парня разговорить, может, и успокоится? Похоже, что непереносимости дыма кхарги у него нет, только юношеская уверенность, что это наркотик. А такое можно слегка подвинуть.
Рэм пожал плечами. Особой тайны из биографии он не делал, в крыле её знали все. Но рассказывать не хотелось. Не было там ничего хорошего, в этой хэдовой биографии.
— Не секрет, но я бы лучше поел, — признался он.
— Тогда давай пройдёмся. Вдруг кафе уже работают? — предложил Ченич и достал коммуникатор, чтобы посмотреть рекомендованное время завтрака. — Обещали с семи, но неужели тут нет круглосуточных точек?
Рэм нехотя кивнул.
— Только мне надо умыться, — предупредил он.
Корт наконец-то был тих и пустынен. Измученные двумя прыжками с переполяризацией пассажиры спали без задних ног.
Кафе оказались закрыты, а вот самый большой ресторан, где обещали бесплатный завтрак, обрадовал распахнутыми дверями. На его страничке в дэпе было указано, что заведение работает круглосуточно с перерывами на проколы и швартовку.
В ресторане тоже было практически пусто. Тенями бродили заспанные официанты, а на сцене такие же заспанные рабочие пытались смонтировать левитирующую платформу. Наверное, вечером ожидалось шоу.
Руководила рабочими юная блондинка в комбинезоне, стилизованном под пилотский. Только излишне вычурном и с обилием лишних деталей. Рядом с ней томился тощий патлатый певец, мечтающий опробовать микрофон.
Официант начал было нудеть, что бесплатный завтрак с семи, но Рэм потребовал обычное меню, и слуга общепита сдался.
Рэм заказал запечённое мясо, суп и салат. Потрясённый бодростью его пищеварения официант едва не забыл принять заказ у Ченича. Самый простой — омлет, салат из водорослей и томатный сок.
— Красота! — сказал Рэм благостно оглядываясь в ожидании еды. — Наконец-то тут тихо!
Именно этот момент выбрали криворукие монтажёры, чтобы упустить уже собранную платформу.
Радужно мигающий блин взлетел над сценой, потом его повело, он выскользнул из плохоцентрированного силового кокона и рухнул, воткнувшись ребром в пол.
Раздался хлопок, визг домагнитки и жалобная нецензурщина сразу на четырёх языках — экзотианском, имперском, алайском и пайсаке.
Рэм быстро поискал глазами алайцев (напугали, полиглоты хэдовы!), не нашёл и с облегчением рассмеялся.
Блондинка обернулась, сердито уставившись на него.
А потом вдруг размашистыми шагами направилась к столику, где Рэм и Ченич ждали свой завтрак.
Впереди неё летел аромат апельсина, корицы и ещё чего-то терпкого и свежего.
— Смеяться-то все умеют! — заявила блондинка и вперилась круглыми глазищами в Рэма, невежливо повернувшись к его соседу крепкой аппетитной кормой. — А помочь?
Рэм тоже округлил глаза. Только смотрел он не на девушку, а в вырез её комбинезона.
Во-первых, никаких вырезов в пилотских комбинезонах отродясь не было, это же бред какой-то, зачем там вырез?
А во-вторых, из выреза торчала наполовину голая женская грудь!..
Учитывая, что в увольнительную Рэма отпускали Хэд знает когда, а духи у девушки были тем ещё биологическим оружием, он ощутил неловкость и два противоречивых желания сразу: послать эту дуру подальше от ресторана и пойти за ней следом.
— Доброе утро! — так громко произнёс Ченич, что его вежливость слегка походила на хамство.
Девушка даже не повернулась.
— Ну? — она слегка наклонилась к Рэму, но тут же отпрянула, словно бы оступилась неловко. Её пародия на «магнитные» ботинки была на высоченной платформе. — Ты же пилот? Эти криворукие простую платформу не могут запрограммировать. Ты же умеешь, да?
Рэм проводил глазами внезапно удалившийся вырез. Зрение у него было очень хорошее, но ближе-то — интересней.
— Конечно, умею, — сказал он. И добавил нахально: — А что мне за это будет?
Детство у него было уличное, и нужная манера разговора вспомнилась легко.
Да и говорить легче, чем думать. Парень не понимал, чего больше хочет: чтобы наглая девица поуговаривала ещё или чтобы разозлилась и отвалила.
Блондинка покусала губу и оценивающе посмотрела на Рэма.
Она была умеренно симпатичная, но с какой-то шальной искрой в глазах, придающей ей шарма. Видно, привыкла рисковать.
— Если настроишь, я тебя… поцелую! — выдала она и уставилась на Рэма так, что отступать ему было себе дороже.
Он хмыкнул и встал.
— Ну, если не врёшь, то показывай! Чур, не меньше минуты!
Он и сам не понял, зачем ей это сказал. Вырвалось.
У него на Кьясне была Амаль, но было и военное детство в городских развалинах. И девчонки, которых они с приятелем покупали за карманные деньги, выданные родителями на еду.
Рэм был из богатой торговой семьи, а приятель, его звали Ули, — из семьи бандита, и у него тоже водились эрго. А девчонкам с окраин было совсем нечего есть.
За прошлое Рэм себя не ругал. Шестнадцатилетним парням всегда хочется секса и приключений. Но сейчас-то что за Хэд его за язык дёргал? Ну и ташип…
Блондинка без лишних церемоний взяла Рэма за руку и потащила к сцене.
Рабочие кое-как высвободили платформу из трещины в полу и колдовали с голоменю.
— А ну, разойдись, — скомандовала девица. — Я вам спеца привела.
— Да ну! Чё он знает-то! — забурчал один из рабочих и привлёк внимание кемарившего у сцены певца.
Парень протёр глаза и взвился:
— Галка, ты дура? Если он испортит арендованное имущество!..
— Это вы его уже испортили! — огрызнулась девушка со странным именем Галка. — А ну, откачнулись все! Это пилот, он точно умеет управлять платформами!
Рэм отодвинул плечом одного из рабочих, взял у него из рук пульт и открыл тестовую часть голоменю платформы.
Горел зелёный — платформа была исправна, уже хлеб.
— Разойдитесь, — попросил он. — По технике безопасности вам нужно отойти на два метра.
— А если ты её уронишь?! — Певец прямо-таки негодовал взапас.
— Не уроню. У неё гравикомпенсаторы есть, они должны были на автомате сработать. Я вообще не понимаю, как вам удалось её уронить. Тут же элементарный голоджойстик, всего четыре положения!
Рэм скопировал из меню джойстик и подвесил отдельным окном, чтобы рабочие сами увидели.
Платформа оказалась простецкая, и ни в каком программировании не нуждалась. Только в правильной активации.