Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 45 из 53

Поднять на смех! (Сатирические рассказы, стихи, басни, миниатюры писателей автономных республик и областей России)

Абу-Бакар Ахмедхан, Гамзатов Расул Гамзатович, Карим Мустай, Каинчин Дибаш, Шагалеев Рамазан Нургалеевич, Абдуллин Ибрагим Ахметович, Секинаев Владимир Дзарахович, Салимов Марсель Шайнурович, Баширов Гумер Баширович, Пинясов Яков Максимович, Гирфанов Агиш Шаихович, Цаголов Василий Македонович, Ефимов Моисей Дмитриевич, Каримов Марат Набиевич, ...Хисматуллин Зульфар Фазылович, Бикчентаев Реан Анверович, Рашидов Рашид Меджидович, Муртазов Борис Алхастович, Галуев Аким Давидович, Найманов Аждаут, Алиева Фазу Гамзатовна, Широбоков Степан Павлович, Алданский Виктор Фёдорович, Альбирт Иосиф Матвеевич, Бадлуев Шираб-Сэнгэ Бадлуевич, Бебан Максим Афанасьевич, Вишневский Семён Алексеевич, Вяхакангас Тойво, Галиев Шаукат Галиевич, Джаубаев Хусей Мухаджирович, Джиоев Хазби Спиридонович, Енеш Виталий Григорьевич, Жанэ Киримизе Хаджемусович, Иллаев Ахмед, Калган Александр Дмитриевич, Карами Рафкат, Луч Григорий Васильевич, Манзаров Элбэк Содномович, Монгуш Василий Бора-Хооевич, Нури Заки, Панеш Сафер Ильясович, Речкин Пётр Алексеевич, Салимов Байрам Наврузбекович, Сулаев Магомет Абуевич, Торопкин Павел Кузьмич, Уваров Анатолий Николаевич, Увайсов Сугури Давдиевич, Хонинов Михаил Ванькаевич, Хубиев Магомет Ахияевич, Чимитов Гунга Гомбоевич, Шафигуллин Фаиль Хафизович, Шкляев Алексей Петрович, Щукин Николай Александрович, Кешоков Алим Пшемахович, Дзасохов Музафер Созырекоевич

Камалов снова забегал, словно кот, обжегший лапы. Побывал у шефов, раздобыл у них недостающие детали для транспортеров. Заключил с солидной строительной организацией договор о монтаже механизмов на ферме. В общем, и двух месяцев не прошло, как на ферме все гудело, лязгало и погромыхивало. Председатель колхоза снова стал с нетерпением поглядывать в сторону райцентра.

— Да, да, собирался я приехать, — подтвердил секретарь райкома, когда Камалов с ним созвонился. — Только вот поступило предложение на бюро тебя заслушать. По какому вопросу? Он еще спрашивает! До сего дня воду на ферму из реки возите, точно в девятнадцатом веке! Смотри, Камалов, если в двухнедельный срок подачу воды не механизируешь — держать тебе ответ на бюро!

В колхозе объявили общий аврал. С утра до ночи рыли траншеи, прокладывали трубы, устанавливали автопоилки. За два дня до рокового срока Камалов лично включил насос, открутил вентиль, и вода заструилась к алчущим буренкам… Когда председатель возвратился в контору и потянулся было к телефонной трубке, чтобы доложить в райком о трудовой победе, аппарат задребезжал.

— Молодец, Камалов! — услышал он голос секретаря райкома. — Только что узнали о пуске водопровода. Теперь уж приеду точно. Подготовь помещение на пятьдесят шесть человек. Привезу к тебе животноводов всего района для обмена опытом. Составь доклад о том, как вам всего за полгода удалось вдвое увеличить надои и полностью механизировать ферму. Да смотри, не ударь в грязь лицом: из Уфы приедут корреспонденты газет, радио и телевидения.

— Вот и милости просим! — молодецки гаркнул Камалов. — Мы секретов не таим, и от того, чтобы поделиться своим передовым опытом, еще никогда не отказывались. Встретим, как родных!..

КОГДА СОЛНЦЕ ВСХОДИТ

Асамбика, эх, Асамбика… Невеста моя, нежная, как майская заря, Асамбика, которую я любил целых три года и еще два с половиной месяца, выходит замуж. Не за меня, а за этого… Ну, разве сыщется хоть мало-мальски уважающий себя мужчина, носящий на голове шапку, который смог бы вынести подобное унижение?

Вот и я всю ночь не смыкал глаз. Первый раз в жизни закурил. Впервые за десять лет почистил и смазал ружье. Наточил нож, с которым три года назад ходил на медведя. Ружье и нож — это самое меньшее, на что могут рассчитывать они оба, он и она. Если рука дрогнет и я промахнусь или ружье даст осечку, святое дело мести довершит нож. Да разразит меня гром небесный, если я изменю принятому решению.

А вот и солнце всходит… Эх, Асамбика, эх… На нее моя рука, конечно, не поднимется. Да она наверняка и не виновата во всей этой истории: злодей, наобещавший ей с три короба, сбил ее с пути истинного. Ну, и сам я тоже хорош: стал опаздывать на свидания, а на последнее и вовсе не явился, мерзавец. Вот она и охладела ко мне. Или, хуже того, решила проучить меня за такое хамство. Горе мне, недостойному, горе, не исцеляемое запоздалым раскаянием!

Всходит солнце и золотится в приозерном густом ивняке, и лучи его прыгают с волны на волну… Живи, Асамбика… Но что касается этого негодяя Кавыя, то уж тут дело решенное. Прикончить соблазнителя — самое меньшее, чего он заслуживает. Первая пуля — ему, вторая — мне. Настоящий мужчина умирает красиво.

Солнце всходит и уже пригревает. Петухи проснулись. Никогда почему-то не замечал, как хороши эти голубые дали лесов, горы в голубой дымке, живые струи реки… И только я уже не буду завтра осязать эту красоту, только мне суждено подвести черту, не отведав полной мерой из упоительной чаши бытия. Мне и Кавыю… Так я решил. Да, я так решил — и точка. Впрочем, если взвесить трезво, кто такой этот Кавый? Просто парень, как и я, — руки, ноги и все прочее. И разве сама Асамбика не дала бы ему от ворот поворот, если бы он был ей неприятен? И, по совести сказать, как бы я поступил, будь я на месте Кавыя?

Ну, хорошо, ладно… Виноват ли Кавый или еще больше виноват я сам, беспечно позволив ему завладеть сердцем Асамбики, не все ли равно? Главное — вырвать Асамбику из его хищных лап. Ну, скажем, посулить кое-кому из друзей щедрое угощение, договориться с покладистым таксистом и умыкнуть ее. Это, черт побери, самое меньшее, на что я имею право по заветам дедов и прадедов! Ведь, можно сказать, и Кавый умыкнул у меня Асамбику, — так будем квиты!





Умыться, а то солнышко начинает припекать…

Итак, на чем мы остановились? Асамбику пощадить, Кавыя помиловать, но свадьбу сорвать посредством умыкания невесты… Хм… Ну, а если Асамбика опять сбежит от меня к Кавыю? Тогда позор на мою голову! Хорош мужчина, от которого женщина спасается бегством… Во-вторых, нам, умыкателям, могут просто-напросто навешать фонарей. И мне, конечно, в первую очередь. И в-третьих, меня, ясное дело, отдадут под суд. В общем, славные перспективы для передового механизатора…

Вах, вах… И это называется торжеством мстителя. Кажется, наши благородные предки излишне погорячились со своими священными заветами… Что же остается? Пожалуй, только одно: расстроить или, на худой конец, омрачить свадьбу. Уж на это-то, надо полагать, я имею право?! Значит, так: напою заранее четверых-пятерых приятелей, после чего они проникают на пиршество и опрокидывают один за другим праздничные столы. На полу винегрет из бутылок и закусок, а между гостями и моими орлами разгорается сеча. Пусть так! В конце концов какая приличная свадьба обходится без потасовки?.. Да, пожалуй, это будет хотя и самым деликатным, но все же достаточно горьким возмездием для коварной изменницы и ее подлого сообщника.

Решено… Пора идти созывать орлов. Запомнится кое-кому эта свадьба!.. Ну, запомнится, а что потом? Разумеется, моя роль в этой заварухе быстро обнаружится, и я навсегда покрою свое имя презрением односельчан. Да и в самом деле, благородством от такой затеи не пахнет. Экс-жених чужими руками вымещает свою бессильную злобу на ни в чем не повинных свадебных гостях… Бр-р! И, кстати, еще вопрос: пойдут ли мои приятели на такое дерзкое и рискованное предприятие?..

А солнце-то всходит, свадьба-то близится… Что же делать? Может, пойти сейчас к председателю колхоза: так, мол, и так, надо бы срочно послать Кавыя в командировку за коленчатыми валами. Или за этими, как их… да все равно за чем. А пока его нет, я подкатываюсь к Асамбике и цепляю ее на буксир… Да нет, не выйдет: председатель спит и видит, как бы всех нас переженить поскорее, чтобы в город не удрали…

Эх, Асамбика, Асамбика, и задала же ты мне проблему! Утолить жажду мести, сохранив при этом свое доброе имя… А почему, собственно, я должен демонстрировать по поводу чужой свадьбы досаду и гнев? Не лучше ли выказать, наоборот, радость и удовольствие? Как в песне: «Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло…» Взять да и преподнести молодым самый богатый свадебный подарок да и погулять на свадьбе самым веселым весельчаком… Уж в этом-то мне никто помешать не сможет!.. Итак, поскорее в магазин за подарком, и пусть разразит меня гром небесный, если я изменю принятому решению!

Перевод с татарского В. Александрова.

МИХАИЛ ХОНИНОВ

ХАВАЛ-БАХВАЛ

7

Шурган — буран, метелица (калмыцк.).