Сотрясатель

Последовала череда тостов. Мы выпили за знакомство, возраст, взаимное уважение, обсудили безрассудство и взбалмошность молодых, плавно перейдя к истории жизни Гудмуна.

— И эти идиоты из совета отправили меня сюда, на окраину, а на моё место поставили сопляка, приходящимся кому-то из верхушки то ли внуком, то ли племянником, — заканчивал свой рассказ уже изрядно опьяневший старичок.

В отличие от Гудмуна, мы на вино не налегали, пригубливая из бокала лишь для формальности. Франс умело делал вид, что подливает всем поровну, но в итоге практически всё содержимое бутылки было выпито одним стариком, история которого оказалась до банальности проста. Гудмун когда-то работал в главном здании совета, но когда его место понадобилось влиятельному родственнику, его отправили в это всеми забытое место. Мы всем своим видом показывали заинтересованность в судьбе старика. Осуждали совет и молодых балбесов, что без своих влиятельных родственников не способны даже в уборную сходить.

— Ладно, я же понимаю, вы не байки мои пришли послушать. Молодёжь вечно куда-то спешит. Выкладывайте, что у вас там? — перешёл к нашему вопросу Гудмун.

— Нам бы зверушку оформить, — ещё раз озвучил я причину нашего здесь появления.

— И на кой оно вам? Убили бы её или продали и не заморачивались. Вы же понимаете, что если ваш монстр вырвется и кого-нибудь покалечит, спрашивать город будет с вас. А наказание за это суровые, легко вы не отделаетесь.

— Да, ту зверушку даже местные мальчишки прибьют. Наш монстр, если курицу загрызёт, для него уже это будет великая победа, — слегка приврал Франс.

— Смотрите сами. Вас молодых переубеждать всё равно бессмысленно, вы же хуже баранов. По-хорошему мне бы взглянуть на вашего питомца, но что-то я устал, да и с возрастом ноги уже не те. А эти придурки мне ещё кабинет на втором этаже выделили, как будто мне помимо этой проклятущей лестницы проблем мало. Давайте рассказывайте про вашу зверушку, её описание нужно в бумагах указать. И учтите, что вас придётся тоже вносить в реестр жителей. Уж больно живность серьёзная.

Быстро оформив все нужные бумаги, Гудмун вручил нам документы. Помимо бутылки вина эта процедура стоила нам ещё одной серебрушки. Франс и тут меня удивил, вынув из кармана местную монету. Как он успел обзавестись деньгами, было непонятно. Разве что в этом замешаны ловкие ручки Ларса.

— Мистер Гудмун, вы человек опытный, многое знаете. Не подскажете, где здесь можно найти дом поприличнее, для шестерых человек? — когда мы уже собирались уходить, спросил я.

— На окраине приличных домов практически нет. Это вам в кварталы ремесленников нужно, но там за такой дом с вас три шкуры сдерут. Нужно спросить у Олафа, он как раз занимается недвижимостью, может чего и посоветует. Сегодня его нет, у бедняги язва открылась, вот он и к алхимикам побежал.

Пообещав, что завтра непременно будем, мы раскланялись со старичком и направились на выход, где всё так же за своим столом восседал Якоб.

— Дружище, ты присмотри за мистером Гудмуном. Старичок слегка перебрал, как бы с лестницы ни навернулся, — обратился к парню Франс.

— Я прослежу, — пообещал Якоб.

Оставленный нами отряд был всё там же. Вокруг него уже образовалась небольшая группа зевак, с интересом рассматривающая сидящего в клетке гастра.

— Чего так долго? — спросила недовольная долгим ожиданием Эрика.

— Бюрократия, — одним словом объяснил причину задержки Франс.

— Да? Просто у тебя лицо такое довольное, будто ты пил, — недоверчиво посмотрела на одержимого девушка.

— Прямо как жена, встречающая своего супруга после длительного отсутствия, — заулыбался Ларс.

— Мы тут уже кучу времени проторчали, пока они там неизвестно чем занимались, — продолжила ворчать Эрика.

— Это же Франс, он с таким лицом может вино пить и в жертву кого-нибудь приносить, — вступился за друга Ларс, а Кристина от его слов слегка дёрнулась.

— Хочешь сказать, он там кого-то в жертву принёс? — с опаской посмотрела на здание советов магесса.

— Так, кончайте балаган. Давайте уже таверну найдём, я есть хочу.

— Рик дело говорит. Кушать хочется, а вы сцены семейные устраиваете, — поддержал меня Ларс.