Страница 11 из 69
Сама при этом старательно представляла белую мартышку, чтобы хоть чем-то отвлечься.
– Сочувствую! — очень серьезно сказал высочество. — Но все равно не стоит обзывать себя обезьяной. Уверен, вы преувеличиваете собственное уродство.
– Вы очень добры! — я попыталась изобразить что-то вроде реверанса.
– А не хотите прогуляться? — вдруг предложил мужчина.
– Про-про-гуляться… с вами?
– А что тут такого? — улыбнулся принц. — Ночью мне удается сбежать от своей свиты и немного побыть в одиночестве. И порой просто хочется человеческой беседы. О погоде, жизни, книгах…
Книгах? Бабочки, которые только-только расправляли свои крылья в моем животе, снова сникли. Я только пару учебников читать начала. Заговори он со мной о литературе, тут же продемонстрирую свое незнание местной культуры.
И это когда все тут сломя голову ищут попаданку. Меня!
К счастью, Кантарисс решил немного пофилософствовать, даже семью свою вспомнил.
– Иногда я завидую своему брату Алидиссу, - признался он, - Лид у нас уродился
некромантом и может себе позволить куда меньше, чем я, общаться с живыми и
чрезмерно болтливыми людьми.
Мы вышли на главную аллею. И я совсем забыла, что мне в другую сторону.
Украдкой поглядывала на него и удивлялась, как он не мерзнет в легкой одежде, мне и в накидке своей прохладно.
О чем мы разговаривали? Я, признаться, толком и не запомнила. Слушала его голос, смеялась его шуткам… а они точно были!
И сама что-то отвечала, осмысленно даже! Спохватилась нескоро.
– Ваше высочество! Мне ведь утром на занятия идти. А я форму в порядок привести не успела.
– Да, и мне тоже нужно возвращаться, пока охрана клич по всему Оридору не кинула, — хмыкнул он, — вас сопроводить до общежития?
Уже второй мне в провожатые набивается! Прекрасный вечер, продуктивный.
Я застенчиво отказалась. Еще и потому, что корпусов здесь несколько и нужный я выдавать не хотела.
– Скажите свое имя, — попросил принц.
– Лиза, — ответила я, не задумываясь. В самом деле, не Жозерилью… Жозерилей… же мне представляться! А тут почти инкогнито.
– Если увидимся вот так, в ночи, называйте меня Тарис.
Он еще раз уточнил, не страшно ли мне возвращаться одной. Я заверила, что ничего не боюсь. И это правда. Появление гигантского змея уже свершилось. Что еще-то может быть?
К месту проживания я почти бежала.
ГЛАВА 11. Моральные терзания
Тарис! С этим именем на устах я проснулась утром. Почему он на меня так действует? Потому что менталист? В голове копается и заставляет чувствовать всякое такое?
Интересно, как много он успел узнать обо мне, пока мы гуляли ночью? Ведь не все время удавалось думать о белой обезьяне и о том, как смешно дергает носом Нурманн, когда нервничает.
Информации о менталистах у меня было примерно столько же, сколько и о василисках. Единственная ассоциация на это слово — кучерявый блондинчик с усталой и чуть потасканной внешностью, герой детективного сериала. Он так и назывался, «Менталист». Мужчина проницательно смотрел, делал потрясающие выводы, потом агенты их бегали проверяли, все оказывалось совсем не так, выводы менялись несколько раз, пока преступник случайно не попадался. Но все продолжали удивляться способностям мужчины.
Он, кажется, отталкивался от поведения и пользовался дедукцией. Подозреваю, что к ментальной магии это имеет такое же отношение, как шлемоносный василиск к… Тарису.
Я должна его избегать. Чтобы он не смог прочесть мои мысли, если уже этого не сделал. И главное — нельзя влюбляться в Тариса… Его высочество. Я ведь привораживаю принца к другой.
Тут я поняла, что до сих пор не знаю, как выглядит будущая избранница прекрасного василиска.
Может, она не в его вкусе? Или у нее дурной характер и куча вредных привычек. Например, она ЗОЖница и против выпечки. Страшный человек!
А он после десятой дозы как влюбится необратимо и достанется дурнушке или того хуже, местному аналогу фитоняши. Будет все ее капризы исполнять. И забудет, как правильно королевством управлять.
Мои фантазии зашли слишком далеко, пришлось себя одернуть. Принц Кан…тарисс… Высочество, он сильный и местами жуткий мифический змей. Что ему фитоняша какая-то?
Хватит размышлять о недоступном мужчине. У меня других проблем достаточно. Еще с собственными магическими способностями разобраться стоит.
Накидав в сумку учебников, я отправилась навстречу знаниям. На входе в главный корпус замерла. И когда тут все успело настолько измениться? Ах да, это же магический мир! Немного волшебства, и вот по периметру уже стоят аккуратные пушистые елочки, украшенные игрушками в виде яблок. Такими натуралистичными, что так бы и хрустнула стеклянным бочком.
Под потолком летали воздушные шары в виде снежинок и тех же яблок. Смотрелось это не кричаще, потому что были они выполнены весьма изысканно и выглядели достаточно дорого.
Атмосферу праздника дополняли светящиеся гирлянды на стенах и статуях. И волшебные звуки, больше похожие на вибрации. Что это? Звон? Даже не знаю, как охарактеризовать. Как будто легкий ветер или музыка, которую слышишь не ушами, а порами… нечто воздействующее на какой-то иной орган чувств, помимо известных мне.
Все в комплексе создавало понимание близкого Новогодия, предчувствие чего-то необычного и очень хорошего. Так вот как в Атраморе готовятся к главному празднику!
Туда-сюда сновали веселые стайки студенток, я улавливала обрывки разговоров. Тема была одна — новогодний бал. Но главной линией обсуждения был принц Кантарисс. Загадочный, несколько зловещий. Поражающий своим умением держаться. Эта его смесь высокомерия, холодной доброжелательности и неожиданного умения успокоить потерявшего равновесие собеседника… Личность принца-менталиста будоражила воображение. И не только мое.
– …говорят, он еще пока не готов жениться, но чтобы сделать маме приятное, присматривает варианты…
– …он такой интересный… ну и подумаешь, василиск! Со мной он изменится! Станет добрей и внимательней.
Во всех мирах девушки абсолютно одинаковые!
Я стояла у одной из елок, слегка оглушенная новогодней атмосферой. Кажется, против воли сама заражаюсь этой веселой суетой и тоже жду чуда…
– Вот ты где!
Меня грубо дернули за руку.
– Пойдем, еще успеем поговорить о наших делах до первой лекции.
– Господин Кормилл, — возмутилась я, — сами же внушали мне, что нельзя привлекать внимание частыми вызовами к вам!
– Я не виноват, что ты притворилась праздничной статуэткой, — буркнул Кормилл, — есть важный вопрос. Пошли.
Со вздохом поплелась за ним. К моему удивлению, в кабинете безопасника нас ожидала девушка. Студентка, симпатичная, скромная. И, кажется, весьма несчастная. Может, у нее зачет, а она не готова?
– Элевилль! — рявкнул злодейский злодей, и барышня подскочила, уронив сумку с учебными пособиями.
Так вот она, его племянница и опекаемая! Ее, значит, за принца выдаем. Я с любопытством разглядывала свою предполагаемую соперницу.
Зачем к ней привораживать? Недобрый дядюшка вполне мог найти ей достойного жениха и без колдовских ухищрений. Но всем принцев подавай!
У Элевилль были вьющиеся, мягкие даже на вид, локоны темно-каштанового цвета и большие, широко распахнутые чайного цвета глаза, обрамленные пушистыми, длинными от природы ресницами. За одно это я готова ее возненавидеть, хоть и не очень завистливая.
Фигура у будущей невесты принца Кантарисса тоже была выигрышная. Чуть пухловатая, но прекрасно вяжется со всем остальным, подчеркивая трогательность образа.
– Это моя племянница, — сообщил Кормилл то, о чем я и так уже догадалась, — и для следующего шага потребуется как раз она. Первая порция создала принцу настроение заинтересованности. Чтобы он в принципе начал поглядывать на девушек не только как глава комиссии. Вторая доза должна выработать желание пообщаться.
Да, она сработала. Вчера, точнее, сегодня ночью, сама в этом убедилась. Я почувствовала легкое разочарование. Так вот чем вызван этот приятный и немного волнующий разговор во время неожиданной прогулки.