Страница 24 из 54
Корректное поведение войск не осталось незамеченным. Так, один из кавалерийских полков, прибывший в аул Сарой, население встретило хлебом-солью, а столетний аксакал Рамзан Абдуллаев в знак особого уважения даже станцевал перед красноармейцами лезгинку. «Вот черт старый, как лезгина бьет, одно загляденье! Давай, давай, жги шибче!» — подбадривали кавалеристы танцора. Ветхая чеченка, ловко аккомпанировавшая старцу на маленькой кавказской гармошке, тоже удостоилась похвал. «Сыпь, карга,»веселей!» — смеялись бойцы. После «концертного номера» жители аула добровольно сдали оружие.
В сентябре 1925 года операция войсковой группировки Северо-Кавказского военного округа завершилась. Было разоружено 242 аула, из них 101 подвергся артиллерийскому или ружей но-пулеметному обстрелу, 16 — бомбардировке с воздуха. В результате обстрелов 6 человек убито, 30 ранено. Взорвано 119 домов бандитов. В боестолкновениях убито 12 бандитов, 5 ранено. Арестовано 309 человек, самыми видными из которых явились Наджмутдин Гоцинский, Атаби Шамилев, Эмин Ансалтинский, Астемиров, Гебертиев. В дальнейшем 105 человек арестованных будут расстреляны по справедливому приговору суда.
За время операции было изъято 25299 винтовок, 4319 револьверов, 75556 винтовочных патронов, 1678 револьверных патронов, пулемет «Льюис». Это составило, по мнению командования, от 75 до 90 % всего оружия, бывшего в Чечне. Кроме того, был изъят аппарат «Морзе» и один телефонный аппарат.
Потери группировки СКВО оказались следующими: 5 человек убитыми, 8 ранеными, 10 погибших лошадей, а также 2 аэроплана, получивших при посадке незначительные повреждения.
Понятный для чеченцев аргумент убеждения — грубая сила, сотворил настоящее чудо. В оперативно-разведывательном отчете о состоянии и борьбе с бандитизмом в СКВО от 4 декабря 1925 года сообщалось:
«В Чеченской автономной области после проведенной операции по изъятию оружия замечается полное затишье в отношении бандитизма и одновременно до сих пор продолжается добровольная явка бандитов и сдача оружия»[71].
В самом деле, после окончания успешной зачистки «орлы» сдали 447 винтовок, 27 револьверов, горное орудие с 8 снарядами, 2 пулемета «Максим», пулеметы «Льюис» и «Кольт». Кроме того, 565 чеченбандитов добровольно сдались властям. «Э, ми бэдный чэловэк, томный чэловэк. Цар билят, савэцк власт хароший», — каялись они, размазывая по смуглым мордасам крокодиловы слезы.
Годом раньше в результате сложной операции, блестяще проведенной чекистами, в Грозном был арестован и этапирован в Москву главарь многочисленной шайки Али Митаев.
В декабре 1929 года в аулах Шали, Гойты и Веной произошла крупная вылазка бандитского элемента. Для ее ликвидации был сформирован отряд общей численностью около двух тысяч человек при 75 пулеметах, 11 орудиях и 7 самолетах. 11 декабря аул Шали был взят после артобстрела и бомбардировки. Наследующий день аул Гойты был занят без боя, так как бандэлемент успел скрыться в горах. То же самое произошло в ауле Веной. В ходе операции было изъято 290 винтовок и значительное количество холодного оружия, которое ранее не изымалось.
В 1930 году в результате подобной операции было изъято 1,5 тысячи винтовок и револьверов, убито 19 и захвачено 122 чеченбандита.
Однако несмотря на значительные успехи, полностью подавить бандитизм не удалось. Достаточно сказать, что даже в период предвоенного расцвета Сталинской империи Чечня продолжала оставаться неспокойным регионом. К примеру, по данным УМ ВД Грозненской области только с февраля по декабрь 1938 года было совершено 98 преступлений, направленных прежде всего против представителей власти. Преступники убили 49 партийных и советских работников, а также учинили грабежи имущества. Более того, зимой 1940 года в Чечне вспыхнул настоящий мятеж. Свое выступление бандиты, как обычно, объявили «священной борьбой во имя освобождения Чечни и Северного Кавказа от русских оккупантов». Главарь «борцов» Хасан Исраилов в своем письме, отправленном на имя первого секретаря Чечено-Ингушского обкома ВКП(б), заявил:
«Я решил встать во главе освободительной войны моего народа. Я слишком хорошо понимаю, что не только одной Чечено-Ингушетии, но даже всему национальному Кавказу трудно будет освободиться от тяжелого ярма красного империализма. Но фанатичная вера в справедливость и законная надежда на помощь свободолюбивых народов Кавказа и всего мира вдохновляет меня на этот подвиг, в ваших глазах дерзкий и бессмысленный, а по моему убеждению, единственно правильный исторический шаг. Храбрые финны доказывают сейчас, что великая рабовладельческая империя бессильна против маленького, но свободолюбивого народа. На Кавказе вы будете иметь вторую Финляндию, а за нами последуют другие угнетенные народы»[72].
К началу февраля бандформированием Исраилова были фактически захвачены населенные пункты Галанчож, Саясан, Чаберлой и часть Шатойского района. Вооружение «восставшие» добывали за счет разоружения и разгрома милиции и небольших воинских подразделений. Питательной средой для бандитизма служило огромное количество криминального элемента, осевшего в те дни в Чечне. Костяк банд составили дезертиры из РККА и местный преступный элемент. В ауле Галанчож, расположенном в труднодоступном районе горной Чечни, был созван народный съезд, на котором провозглашено создание так называемого «Временного народно-революционного правительства Чечено-Ингушетии».
Стоит обратить внимание на личность главаря бандитов Исраилова. Колоритный персонаж. Вот данные из его биографии, составленной на основе агентурных сведений органами Госбезопасности СССР:
«Хасан Исраилов (Терлоев) родился в 1903 г. в семье скотовладельца. Дед — Цоцаров Хациг — один из наибов Шамиля. Отец — Садуллаев Исраил — абрек, приемный брат Зелим-хана. Убит при грабеже Кизлярского казначейского банка.
Хасан восемь лет учился в арабской школе, затем окончил духовную школу.
Арестовывался четыре раза, приговаривался к десяти годам исправительно-трудовых лагерей, затем к смертной казни (ст.58, ч.2, 3, 8, 11 и 14 УК РСФСР), но всякий раз искусной подтасовкой свидетелей, документов, подкупами, противозаконными действиями родственни юв обеспечивал себе алиби и выходил на свободу.
В 1933 году публично раскаивается, добровольно выходит из подполья и сдается в руки властей, обещая работать на Советскую власть. Восстановлен в партии, работает в Грозном корреспондентом, партследователем, пишет стихи. По рекомендации партийных, советских органов направляется в Москву на учебу в Коммунистический университет.
Его деятельность в Москве: организация антисоветской писательской группы во главе с Авторхановым, связь с Троцким за границей, остатками подпольного «Паритетного комитета» в Грузии, теракты, организация террористических групп. Дерзкое ограбление банка, убийство двух сторожей, из отрубленных рук и ног которых по приказу Исра-илова на полу выкладываются две буквы “М”, означающие “Мекка”, “Медина” и “Мусульманские мстители”.
После окончания университета возвращается в Грозный, ведет борьбу против В КП (б) и Чечено-Ингушского областного комитета, занимается злостной антисоветской пропагандой, дискредитацией партработников.
Арестован, сослан в Сибирь. Бежал. Во время погони убил охранника и двух собак, вырезал “филе” и питался им, скитаясь по тайге. Возвращается на юг и живет на нелегальном положении, непрерывно мигрируя по всему Кавказу, организуя теракты, саботаж, развал колхозов. Одновременно сколачивает подпольные контрреволюционные группировки Кавказа в единую партию ОПКБ (Особая партия кавказских братьев) [впоследствии партия Исраилова была переименована в Национал-социалистическую партию кавказских братьев. — В. С.]. Им ведется подготовка подпольных баз и филиалов ОПКБ в Грузии, Азербайджане, Осетии, Чечено-Ингушетии, Дагестане, Карачаево-Черкесии, Нахичеванской области.
71
Пыхалов И. Указ. соч. // Молодая гвардия. 2002. №10. С.83.
72
Чуев С. Северный Кавказ 1941 — 1945. Война в тылу // Обозреватель-Observer. 2002. № 2. С. 106.