Страница 8 из 17
— Разумно. Карисса — сестра принца и жена д'ореза Лагомбардии, — я усмехнулась, про себя добавив, что еще все прекрасно отдают отчет, что принцесса — возлюбленная графа Алайстера, который не допустит, чтобы даже волосок упал с ее головы. — В данном случае Карисса — прекрасная заложница, вы не находите?
— Нахожу! — резко бросил он и прошелся по кабинету. — Понимаете, однажды вы с блеском сыграли ее роль, и вот я подумал…
— Зачем рисковать женой, когда есть другая? — я повернулась к полковнику и устало посмотрела на него. — Полагаю, приказ подписан? Мне собирать вещи? Или, как обычно, коньяком напоите, и в путь?
Заметив заинтересованные взгляды обоих мужчин, я осеклась, вспомнив, что коньяк был импровизацией Роя. На душе стало еще паскуднее.
— Голованова, не кипятись! — Павел Андреевич снял очки и положил их на стол. — Приказа нет.
— Как это нет? — опешила я. Гаудани смущенно потупился:
— Видите ли, я не настолько хорошо знаком с теми, кто правит вашим миром.
— Ну так попросили бы вашего друга, графа Алайстера! — огрызнулась я. — У него неплохо получается!
— Он отказался.
— Что? — я не поверила своим ушам. Это было не похоже на Роя.
— Он отказался, — повторил Гаудани, — более того, пригрозил убить меня, если я решусь побеспокоить вас.
— И как же вы осмелились после этого? — издевательски протянула я, игнорируя предупреждающие взгляды полковника.
— У меня нет выбора. Вы — наша единственная надежда, — пояснил д'орез и доверительно сообщил: — Дело в том, что Карисса ждет ребенка.
— Вот как… — пробормотала я. — Поздравляю…
— Да, вы не представляете, как ей, бедняжке, плохо! — тем временем жаловался Гаудани, поглядывая больше на Павла Андреевича, словно ища сочувствия. — Особенно по утрам!.. А недавно она упала в обморок. Мы так испугались, решив, что ее отр…
— Я поняла! — быстро перебила я, опасаясь, что мой начальник легко сопоставит симптомы. — Вы хотите, чтобы я изобразила вашу жену?
— Это не займет много времени, всего пару недель! — уверил Лоренцио, воспрянув духом. — Вам и нужно будет лишь пожить со мной в одном доме недалеко от Лаччио, может быть, потанцевать со мной на торжественном ужине, у нас ведь неплохо получалось, помните?
Гаудани вновь улыбнулся. Игнорируя изумленный взгляд своего начальника, я усмехнулась и подошла к окну. За мокрым стеклом находился мой город. Серый, унылый и величественный. Основанный великим императором на человеческих костях. Ставший одним из самых красивых городов мира.
Здесь — моя жизнь, родные, работа, Сашка, ожидающая, что я приму правильное решение… Я взглянула на стекло, усеянное каплями дождя.
В Лагомбардии светило солнце, плескало волнами бирюзовое море, на холмах возвышались руины древних храмов, воздух наполнял запах лимонов, а в бокалы наливали хмельной малиновый фьен… а еще там был Рой. Отец моего будущего ребенка, который заплатил мне целое состояние и не хотел меня видеть…
Что ж… судьба дала мне еще один шанс. Шанс еще раз все взвесить и решить, чего я хочу. Я знала, что многие прокляли бы меня за подобное решение, но я была фаталисткой. Вернее, стала ей после встречи с Роем. От судьбы не уйти, и если ребенку суждено было родиться, он непременно родится.
— Знаете, Лоренцио, я, пожалуй, приму ваше предложение, — вдруг неожиданно даже для самой себя сказала я. Полковник недовольно крякнул:
— Голованова, ты в своем уме?
— Так точно!
— Ты понимаешь, во что ты ввязываешься?
— А в чем проблема? — я пристально посмотрела на него. — Недавно вы же сами меня уговаривали исполнить приказ!
— Так то приказ был! От самого! — он поднял палец вверх, указывая на портрет. — А теперь что? Как мне тебя по ведомостям проводить?
— А теперь, — я задумалась, затем усмехнулась. — Вы же мне отпуск обещали! В любую страну! Было?
— Было… — процедил полковник, недобро поглядывая на меня.
Года три назад это ввергло бы меня в ужас, год назад я бы побоялась, еще месяца два назад я бы смутилась, но сейчас я просто подошла к столу, взяла очередной лист бумаги, написала несколько фраз и протянула на подпись:
— Вот как раз и догуляю, как все и хотели!
— Думаешь, я так просто тебе сейчас его подпишу?
— Надеюсь, вы не выбросили предыдущее мое заявление? Если выбросили, то я напишу новое!
Несколько минут мы просто смотрели друг на друга, затем я почти жалобно вздохнула:
— Павел Андреевич, ну пожалуйста, мне ведь не хочется рассказывать дома, что вы мне отпуск не дали!
Это был запрещенный удар, но терять мне было нечего. Полковник это понял.
— Твоя взяла, — скрипя зубами, он поставил размашистую подпись и вернул заявление мне. — Отдашь в приемной! Пусть Люба зарегистрирует как положено.
— Спасибо, — кивнула я. — Лоренцио, идемте! Не будем терять времени!
— Конечно. — Не веря, что все так легко получилось, он направился к дверям.
— Стоять! — Павел Андреевич, сердито насупив брови, смотрел на меня. — А в подвал вы как попадете? Гаудани вон два часа ждал, пока я дверь снаружи открою!
— Не беспокойтесь, товарищ полковник, — я улыбнулась. — У меня есть ключ.
— Матери позвони, — донеслось до меня, когда я уже намеревалась закрыть дверь. Я вновь заглянула в кабинет:
— Так ведь вы с Лидией Михайловной общаетесь! Вот и скажите ей, она передаст!
— Голованова!!! — взвыл полковник.
Я, мстительно улыбаясь, поспешно выскочила в приемную, сунула перепуганной Любочке заявление и торопливо зашагала по коридору. Лоренцио шел рядом. Я заметила, что брюки ему слегка узки, а вот рубашка широковата в плечах, словно он взял эти вещи у кого-то. Я даже подозревала у кого. Скорее всего, граф Алайстер не знал, что Гаудани позаимствовал эти вещи из его гардероба. Я могла лишь догадываться, но дело наверняка не обошлось без Далии. При мыслях о ней на губах заиграла улыбка. Я скучала по служанке и ее пикировках с Боно. Черт! Я даже по Козимо скучала, находя белобрысого интригана забавным!
Мы подошли к заветной безликой двери, ведущей в старый подвал. В прошлый раз Павел Андреевич открывал ее с помощью нескольких ключей и магнитных карт. На этот раз я просто протянула руку с браслетом — подарком графа Алайстера. Дверь распахнулась.
Лоренцио с изумлением посмотрел на меня:
— Ключ от всех дверей? Делрой отдал его вам?
— Да, пойдемте! — поторопила я д'ореза, опасаясь, что начальник передумает и заставит вернуться.
Торопливо сбежав по ступеням, я первой прошла сквозь иллюзию кирпичной стены. Гаудани только хмыкнул за спиной. Ждать его я не стала. Пахнуло свежестью грозы, и я оказалась в уже знакомом подвале.