Страница 2 из 88
Это время перед взлетом, было необходимо любому летчику, для того, чтобы окончательно подготовиться к полету. Эти минуты Савельев не любил. Он никогда, ничего не мог с этим поделать — понимал, что это необходимо. Все предписанные уставом и кучей инструкций проверки выполнял не просто тщательно, а придирчиво, потому что от этого зависела его жизнь. Эти минуты были самыми тягостными минутами в его жизни. А вот полет, другое дело! Это были минуты наивысшего наслаждения. И не имело значения, какой это полет: тренировочный, испытательный, показательный, как сейчас, или боевой — полет был главным смыслом его жизни.
Истребитель, эта мощная машина, позволявшая подняться в воздух, была полностью в его власти — эти ощущения силы и свободы известны только летчику, только тому, кто хоть раз в жизни самостоятельно поднимал в небо крылатую машину. И он не был исключением из общего правила.
Поэтому ему всегда хотелось, чтобы эти последние минуты перед полетом прошли как можно скорее, он так рвался в небо, так с трепетом ждал каждого полета, как молодой парень ждет свою подругу.
Энергично встав, он широкими шагами, не оборачиваясь пошел к самолету, стараясь не переходить на бег. Самолет уже ждал его на слепящем солнце, застыв полотняными крыльями.
У-2 был хорошо знаком Василию Ивановичу Савельеву. Обучаться пилотированию он начинал на стареньком У-1, который был копией английского биплана Avro-504 1913 года. Конечно по сравнению с ним У-2 казался просто фантастическим самолетом.
Биплан оказался таким надежным и удобным, что летать на нем было одно удовольствие. Легкий, маневренный, устойчивая в полете, был одним из самых массовых учебных самолетов.
Программу своего полета он обсудил с руководством аэродрома и техником заранее. Он должен был сделать несколько фигур высшего пилотажа, показать маневренность самолета, но украшением полета, его пиком должна была стать петля Нестерова, фигура, которую всегда исполняли с особым риском, из-за чего многие и окрестили ее «мертвой петлей».
Комментатор, расположившийся в небольшой будочке на аэродроме, уже получил программу, с начерченными рукой Савельева схемами основных фигур полета. Над летным полем лилась бравурная музыка. Комментатор по громкоговорителю объявляет его полет, услышав свою фамилию, привычно забрался в кабину. Команда «от винта» уже дана. Техник рывком заводит мотор и отбегает быстро в сторону.
Легкий самолетик, прозванный в народе «кукурузником» стремительно несется по полю. Еще мгновение — и он порхнул в воздух, легко, как будто ветром унесло тополиную пуховинку.
Сначала Василий набрал высоту, потом снизился, на бреющем пронесся почти над головами зрителей, резко забрал вверх, и выполнив боевой разворот, сделал горку, а затем заложил несколько восьмерок. Он ощутил, как у зрителей перехватило дыхание. Войдя в вираж с небольшим креном, сразу произвел пикирование, и выровняв машину еще раз пронесся над зрителями. Выполнил переворот, снова боевой разворот и полубочка. Самолет слушался, мотор работал ровно, ветер почти что не мешал, и Савельев ушел на вираж, после чего начал готовиться к заключительной части программы, набирая высоту для петли Нестерова. Сейчас полочка, и с Богом… Вот самолет понесся к земле. С силой вжимает в кресло, стремительно приближается земля... Внезапно мотор несколько раз чихнул и замер. Вася тут же покрылся холодным потом.
Ему показалось, что катастрофа уже неизбежна, вся жизнь пронеслась перед глазами.
Ведь Этого не должно было произойти. Но пока мозг завис от ужаса, руки уже делали свое дело на полном автомате. Савельев даже не понял, что он сделал в этот момент, но мотор прочихавшись, взревел чуть сильнее, чем надо было бы, натужнее, форсирование, и вновь ровно заурчал, на сей раз так, как привык пилот за годы полетов. Ручку на себя, вот в нижней точке самолет перешел в горизонтальное положение, а еще через мгновение начал стремительный набор высоты.
До начала Второй мировой войны оставалось несколько недель. Ни военлет Савельев, ни жители небольшого провинциального приграничного городка не подозревали, что пройдет немного времени — чуть меньше двух лет, Германия нападет на Советский Союз, загнав каждого в свою мертвую петлю.
И каждому, или почти каждому, кто окажется в точке перелома, предстоит сделать свой выбор, даже тогда, когда будет казаться, что выбора и нет.
Эта книга о людях, о войне, о мертвой петле, в которой оказались миллионы людей. И о том, кто и как делал свой выбор в то трагическое и страшное время.