Страница 44 из 60
была возобновлена сразу после моего краткого доклада и проведение новой проверки обстоятельств смерти в огне пенсионера — бывшего прокурора района было поставлено на личный контроль прокурора, и экспертиза была назначена в течении суток. Сообщение в областную прокуратуру не осталось без реакции. Постановление о назначение пожарно-технической экспертизы не оставили на рассмотрение в областном Экспертно — криминалистическом управлении его передали в Москву, и теперь пожарно-техническая экспертиза проводилась комиссионно силами центрального аппарата. Вся экспертиза заняла два дня — выводы этой экспертизы полностью противоречили выводам первой пожарно-технической экспертизы. Вывод если кратко был следующий — сначала весь дом и снаружи и внутри был обработан горючими веществами и затем дом подожгли. Горючие вещества были из списка применяемых спецслужбами западных разведок. После такого заключения появились работники государственной безопасности. И начались будни уголовного розыска — поквартирный и подомовой обход и поиски свидетелей. И нашли этих свидетелей — силами всех сотрудников районного управления внутренних дел и сотрудников государственной безопасности нашли свидетелей, которые видели УАЗ, окрашенный краской защитного цвета, который стоял у дома в ночь пожара. Подобных УАЗов в районе почти сорок штук, но проверили эти автомобили в течении суток и вышли на след. Один из внедорожников угнали покататься несовершеннолетние подростки, ранее неоднократно конфликтовавшие с супругой прокурора — пенсионера и открыто угрожавшие отомстить. Обыск в домовладениях подозреваемых дал результаты — в сарае были обнаружены упаковочные ящики горючего вещества. При допросе несовершеннолетние упыри сообщили — горючие вещества приобрели на рынке специально, чтобы сжечь дом и скрыть следы преступления убийства всех членов семьи пенсионера. В ту ночь они проникли в дом и убили всех, кого нашли в домовладении, затем разлили горючие вещества и подожгли. Вопрос — кто прикрывал этих упырей и затем убил и эксперта, и членов оперативно-следственной группы был излишним. В момент обыска застрелился отец одного из подозреваемых — он занимал должность заместителя начальника райотдела — начальника криминальной милиции. дело весьма просто раскрывалось — но ключевая фигура розыска предала интересы службы в попытке увести от ответственности своего Упыренка. Ни следов раскаяния или сожаления по произошедшим событиям у этих троих выродков не наблюдалось. Гнусные ухмылки и слова о том, что им нечего не будет несовершеннолетних не сажают на срок более десяти лет. а через десять лет они выйдут и тогда нас убьют.
Только они не смогут воплотить в жизнь свои угрозы. При перевозке задержанных в областной центр, эта группа несовершеннолетних совершила вооруженное нападение на конвой, ранила двоих конвоиров, но третий конвоир смог обезвредить преступников расстреляв лиц, совершивших нападение на конвой и совершающих побег из автомата. Прокурорская проверка признала действия конвоя соответствующими правилам применения оружия. Уголовное дело не возбуждалось. Было раскрыто ряд особо тяжких преступлений, но к случаям убийств детей эти преступники не имели отношения. Они не были теми серийными убийцами, которых мы разыскивали. Нам оставалось пять дней до следующего вероятного убийства. Изучаем материалы проверок — проверены все ранее судимые по аналогичным статьям, проверены все лица, состоящие на учете в психоневрологическом диспансере. Нет никаких признаков что хоть одно из подобных лиц причастно к нашим случаям.
Уже проверены все жители этого района и алиби всех, кто его имел и кто не имел алиби тоже проверены. Да кто ж этот убийца.
С кем пойдет ребенок без опаски за свою жизнь. С мужчиной — все мужчины района проверены по несколько раз, подозреваемых нет. Стали проверять женщин, провели колоссальную работу и тоже нет подозреваемых. Только изучать эти рапорта мне пришлось четыре дня. Работа по проверке проведена качественно. Нет никаких недостатков, но также не бывает. Должен быть кто то, кто убивает детей. Сегодня десятый день и убийство совершено. На опушке лесного массива обнаружено растерзанное тело ребенка — девочки возраст семь лет. Как её увели из дома или несмотря на наши призывы семья отпустила ребенка гулять. В семье только мать отца у ребенка нет. Мать после рабочей смены заперла входную дверь и уложив ребенка спать, легла тоже спать и уже утром обнаружила пропажу девочки.
Применяли и собаку и осмотрели, и прочесали этот кусок лесного массива никаких следов. Это не человек, это какой -то демон. Это было последнее убийство в этом районе. Более убийств детей не случалось. Причины почему эти убийства прекратились и кто их совершал зависли в воздухе. Ответов не было и уголовные дела приостановили по истечению шести месяцев после последнего убийства. Меня отпустили обратно к месту службы в Москву и Новый год я встретил в столице нашей Родины. Заодно и выбил себе отпуск — в январе было мало желающих, вот и в январе 1996 года я наконец смог спокойно жить. Не было ни дежурств, ни дальних и долгих командировок. Из своих уцелевших финансов / много денег ушло при моей попытке создать
семью с девушкой Аксиньей/, но, к счастью, не все свои счета я вывел на эту девушку. В очередной раз я не смог создать семью. Для работника уголовного розыска семья — недостижимая роскошь. Надо принять это как данность и спокойно жить дальше.
Гулял я до февраля месяца и вернулся на службу и был сразу же послан в город, расположенный в Сибири. Там пропали дети и обнаружены только обглоданные трупы. Дети пропадали каждый день и город уже был объят ужасом. Никакие оперативно-розыскные мероприятия не давали результата. И меня кинули на усиление в этот далекий сибирский город.
Картина была жуткая — практически каждый день пропадали дети и находили останки далеко не всех пропавших. Оперативное совещание — мой первый вопрос — ранее судимые и состоящие на учете у психиатров проверены. тут не выдерживают нервы у начальника управления уголовного розыска и перекидывает мне через стол несколько толстых папок. Убедись сам, всех проверили.
Начинать всегда приходиться с ранее судимых и лиц, состоящих на учете у психиатров это обычная рутина.