Страница 83 из 129
— Какая сука посмела?! — Пьяный лепет. Отец Рифы, изувеченный годами беспробудного пьянства, распух до неузнаваемости. Красные щеки, нос, невнятная речь. — Эй, шлюха! — икнул он. — Это ты сделала?
— Не узнаешь меня... отец? — стояла она неподвижно.
— А-а-а? — всматривался он. — Да кто ты… така... — Брови поползли вверх. — Нет, — осознал пьянчуга. — Нет-нет-нет, — зашатался он. — Рифа? — И оперся о трость.
Они смотрели друг на друга.
— Ты... — вдруг вспыхнул мужчина, и алкоголь в крови придавал ему бесстрашия. — Ты, тварина! Чего приперлась, шваль? — пошел он вниз по деревянным ступеням, почти падая. — Испоганила мне жизнь! Разрушила все! Неблагодарная мразь! — Он остановился, заметив грозный облик дочери. — Хочешь завершить начатое? Так давай! — тряс мерзавец бутылкой, разбрызгивая вокруг мутную жидкость. — Убийца! Поганая ведьма! — Даже на расстоянии чувствовалась вонь немытого тела, исходящая от кричавшего.
— Прекратите, — вполголоса произнес Кот, но так тихо, что за бранью этого никто не услышал.
— Убила Рифу, мою дорогую Рифу. Погубила нашу деревню! ТВАРЬ! — отрывал алкаш пуговицы с мятой рубахи.
— Все сказал? — не потеряла самообладания пацанка.
— Мне слов не хватит, чтобы описать тебя, чудовище! — сделал он глоток из горла.
— Знаешь, — сохраняла она ненормальное спокойствие, — наверное, я и вправду хотела сказать тебе много всего. — Девушка повела бровью. — Но вот смотрю на тебя — и понимаю, что ты ничто, ты сам втоптал себя в грязь. — Лицо ее разгладилось. — Ты... словно бешеная собака, которая только гавкает, гавкает и гавкает. Но это... это пустота. Ты умрешь, отец, в одиночестве и в дерьме. Хех. — Ведьма кивнула. — Я просто хотела посмотреть на это, посмотреть на эту ступеньку, прежде чем навсегда переступить через неё. — Улыбка. — Ты недостоин моих чувств, моего гнева. И говорить с тобой — все равно что говорить с отхожим местом, глупо и мерзко.
— Тупорылая сука! — окончательно взбесился отец. — Иди ты в Бездну! Сама ты сдохнешь! — запустил он в ответ бутылкой. Стекло разбилось о пси-барьер, и коричневые капли потекли вниз по невидимой преграде.
Кот не выдержал. Одно дело, когда стоит вопрос об убийстве, другое — когда беспрерывно оскорбляют твою любовь. В этот момент он не думал ни о чем, кроме того, что он не позволит больше её обижать.
— К... — удивилась Рифа, когда алхимик быстрым шагом подошел к пьянице и…
Удар! От всей души юноша зарядил отцу Рифы в челюсть, уложив его на лопатки, прямо в грязь.
— Не смейте, мсье, оскорблять свою дочь! — впервые пацанка видела вечно заикающегося Кота таким уверенным. — Вы и ногтя её не достойны, и как смеете так обращаться с ней?! — Мужчина протрезвел, не очень сильный удар заставил его поджилки трястись. — Теперь её окружают более достойные, те, кто видит в ней всю силу, всю красоту. — Он пригнулся. — Еще слово, и я запущу в ваш дом едкую смесь кислоты.
— П-простите! — взмолился отец. — Простите, господин! Пощадите!
— Вы не собака. — Презрение. — Вы свинья. Копошитесь в грязи, сколько вам влезет.
Развернувшись, Кот подошел к Рифе. Строгий защитник все еще был в кураже.
— Пойдем? — От его прямолинейности опешившая Рифа на мгновение вновь стала девочкой, щеки ее покраснели.
— Да, — кивнула она.
Юноша, взяв любимую за руку, повел её прочь. А пацанка так больше и не обернулась, слыша жалобные всхлипы пропащего. Она закрыла эту страницу своей жизни. Теперь девушка смотрела на спину Кота, что вел её вперед.
Не одна, больше не одна.
Когда они дошли до середины деревни, боевой запал алхимика поугас, и юноша понял, что произошло.
— Я... Эм, — попытался он отпустить руку Рифы, но девушка только сильнее переплела свои пальцы с его.
— Мой герой, — подарила она парню расслабленную улыбку.
— Нет, я... просто… ну… — выдохнул он. — Не мог больше слушать это.
— Потому что? — неприятное впечатление от встречи с отцом моментально испарилось, уступив место более теплым чувствам.
— Потому что люблю тебя.
Кавалер получил в награду нежный поцелуй.
— Эх, — хрустнула шеей Рифа. — Теперь можно идти дальше.