Страница 44 из 129
Девушка дернулась. Она дрожала, и сказать, что выглядела паршиво, — это ничего не сказать. На белой коже не осталось живого места: шрамы, ожоги… Проплешины от выдранных волос. Но вот что бросалось в глаза...
Твою мать, мерзкая ты дрянь!
Она не могла узнать про знаки, следовательно, просто решила избавиться от меня! Зрачки напуганной были ярко-розового цвета.
Беатриси... Ты настолько поверила в себя, что за спиной Ави ведешь дела с Охотой? Новый клубок интриг, и, клянусь эти нити задушат тебя.
— Да как ты смеешь? — обратился я к ведьме в надежде на разговор с другой.
Дрожь у израненной прекратилась. Яркая улыбка появилась на изуродованном лице.
— Клиф, проницательный ты волк, — засмеялась девушка изменившимся голосом. — Ты не хотел со мной дружить? Значит, захотят другие.
— Похоже, твоя крыша потекла окончательно, это даже предательством не назовешь. Что ты, мать твою, делаешь? — наполнилась моя шкура татуировками.
— Играю вдолгую, Клиф. Ты был прав: меня бесит, когда все идет не по плану. Но теперь… теперь все складывается наилучшим образом. — Несмотря на выдернутые ногти, кукла Беатриси смотрела на них так, будто только что провела пилочкой. — Но, к сожалению, ты, как всегда, маячишь кляксой на белоснежной картине. — Она впилась в меня взглядом. — Ну как? Собрал свое заклинание?
— Какого…
— Ха-ха-ха! — шевельнулась ведьма, ломая собственные кости. — Я умнее, я хитрее тебя! Я знаю все и всех. Тянуть больше незачем! — прищурилась она. — Большой осколок у Мелони, другой принесет однорукая, остальные у Альки, и… — послала мне демонесса воздушный поцелуй. — Последний я сама нашла — и знаю, где он. Мощнейшее заклинание, — расслабленный выдох, — будет готово.
— Переселение. — Хотя я и концентрировался на разговоре, Нова чувствовала бесшумные шаги вокруг.
— Переселение? Ха-ха! — потекла кровь из уголков ее губ. — Ох, скупой ты ум, энергию от этих знаков можно превратить во что угодно, и я знаю — знала и тогда, — что хотели сделать ведьмы, чему кукольница помешала. Но тогда я не смогла бы её остановить... А теперь… Ха-ха-ха!
Ох, черт... Ох, мать твою!
— Когда Айвори узнает…
— А ты думаешь, с чьего разрешения я действую? — Лукавая ухмылка. — Ну, конечно, моя дорогая не знает всех деталей, но желает возмездия.
— Ра-а-а! — не выдержал я и схватил ведьму за горло, подняв над землей.
— Кх-х, — продолжала Беатриси давить лыбу. — Да… да, Клиф, я повторю магию конца, я н-накрою Черную Землю пеленой, что уничтожит всех, в ком нет эссенции.
— Ты откусила кусок, который не сможешь прожевать, змея.
— Кх-х, — издыхала мразь. — В донесении, что ты уже не получишь… кх-х… будет приказ о подготовке к решающему наступлению. Пора брать Пьетро, ведь последний… кх-х… знак… кх… там. — Через ткань мешковатой туники пробился свет. — Прощай, Клиф, я передам твоим дочкам привет.
— Ра!
Свет в груди ведьмы вспыхнул, подобно звезде.
Взрыв!
— А-а-а-а! — взвыл я во всю глотку, схватившись за морду. Ударная волна откинула меня на несколько шагов назад.
Внутри израненной была бомба, смесь технологии и магии. Эта обжигающая дрянь опалила мою кожу, выжгла мне глаз, я ничего не видел! Опершись о руку, я замер.
— А это что за уроды? — почувствовал я, как меня окружили неизвестные. Их сердца не бились, и покореженные уши слышали только... звук мистического серебра.
Мелони, Мур, Рифа, Алька. Они в опасности!
Проблевавшись кровью, я наполнил дерево светом.