Страница 391 из 408
Она и сама, пока пела, погрузилась в волны сложного переплетения чувств, что уж говорить о неизбалованных великими музыкальными достижениями аборигенах.
Раздался стук выпавшего из рук трактирного слуги подноса и дребезжание раскатившихся по полу оловянных тарелок, кружек и кубков, что послужило сигналом к возвращению слушателей из облаков в реальность.
— Великолепно! Ещё! Прекрасно! — раздались множественные крики по всему залу, сопровождаемые грохотом кулаков по столам, что служило здесь аналогом аплодисментов.
Сидевшим на противоположном от Вики конце стола морякам "Чайки" пришлось вскакивать и отталкивать наиболее разгорячённых меломанов, пожелавших угостить вином потрясшую их певицу и что-нибудь ей подарить.
— Та вот ты какое, сладкое бремя славы, — хмыкнула повелительница, — Капитан! Уважаемый! — обратилась она к Сакрифу и старику-гильдейцу, — Если вы успокоите народ, может быть, я ещё несколько песен спою.
Вика не стала скрывать от себя, что реакция слушателей ей весьма польстила. Теперь она поняла, что чувствовали звёзды эстрады на концертах, когда поклонники буквально штурмовали сцены. Знала, что порой певцам приходилось весьма несладко от яростной любви фанатов и фанаток, готовых чуть ли не рвать своих кумиров на куски, но на ней-то Динамический Щит и, вообще, она тут мигом всех может обездвижить или даже прибить.
— Нам тоже хочется услышать ещё, — сказал капитан, когда народ расселся вновь по местам в предвкушении новых песен, и, склонившись, перешёл на шепот, — повелительница.
— Дай, сначала подумаю, чем вас порадовать, — попаданка задумчиво вновь провела пальцами по струнам.
Восхищённым слушателям она вначале исполнила ещё один романс "Гори, гори, моя звезда", об авторстве которого много спорили, кто-то даже утверждал, что его сочинил чуть ли не адмирал Колчак — так это или нет, Вика судить не бралась.
Затем прозвучала песня "Машины времени" "Я пью до дна за тех, кто в море", в конце исполнения которой подпевал практически весь зал, потом ещё растрогала средневековых варваров и орденцев композициями "Весёлых ребят" "Там, где клён шумит" и "Ты шла с другим". Спасибо друзьям из байкерского клуба, Вика знала много мелодичных и смысловых песен, а на только что-то, вроде, "Ты пчела, я пчеловод, мы оба любим мёд".
— А можно ещё? — сглотнув попросил сидевший рядом главный лесничий, поддержав дружные громкие крики раздающиеся в зале.
— "Можно" козу на возу и Машку за ляшку, а у нас в Ордене — "разрешите". Понял? — перефразировала повелительница слоган приятеля, пехотного майора, — На сегодня всё. Сакриф, объяви всем, что концерт окончен. На вот, — она протянула подобие гитары через стол Клойку, — отдай доску акынам.
Великая ли сила искусства тому причиной или варвары сами по себе спокойные люди, но затянувшиеся за полночь посиделки завершились без драк и скандалов.
Вышедшую из своего тёмного пригретого уголка и поднявшуюся по лестнице к себе в номер попаданку провожали приветственными криками и восхищёнными взглядами.
Сакриф с Оникаром довольно грубо оттёрли от неё что-то порывавшегося сказать трактирщика — тут и гадать не имело смысла, чего он хотел, наверняка собирался посулить златые горы за продолжение концертов — и проводили свою госпожу до дверей.
— Вика, я думаю поставить дежурную охрану у дверей твоего номера, — сообщил озабоченный Оникар.
— Не нужно, — отказалась Вика, — Засовы на двери крепкие, так что, не потревожат. А, если найдётся какой-нибудь придурок, что решит досаждать звезде, так мне ведь теперь блюсти инкогнито практически нет никакого уже смысла. Башку оторву. Ну, это я образно.
Она, не раскрывая рта, зевнула, поочерёдно обняла офицеров, помахала рукой толпившимся за их спинами соратниками и вошла в номер.
— Тебя покормили? — поинтересовалась Вика у рабыни, когда та помогала готовиться ей ко сну.
— Да, спасибо, хозяйка, — ответила служанка, — Вот, — протянула она ночное платье, — Уже высохло после стирки.
— Ты молодец, — улыбнулась попаданка молодой женщине, — И когда только успеваешь?
Вообще-то рабыня по прежнему была медлительна, но её хозяйка сейчас пребывала в хорошем настроении, так что, на не заслуженную похвалу не поскупилась.
Спать она легла в хорошем настроении, хотя соскучилась по объятиям своего Дебора. Утешилась тем, что уже весьма скоро они будут вместе, и больше она его от себя никуда не отправит.
Сон навалился на неё сразу же и поглотил без всяких сновидений.
Вика рассуждала, что раз уж приходится терпеть тяготы и неудобства длительного путешествия, так надо извлекать из него и положительные моменты. С самого утра она собралась походить по городу, первому из увиденных ею на варварском севере, однако, Дальновидением обнаружила, что, по всей видимости, в зале трактира прямо возле лестницы свою кумиршу ждут новообретённые ею фанаты, а Оникар с капитаном нарушили её распоряжение, дряни такие, и всё же выставили в коридоре охрану. И то, и другое повелительнице показалось возмутительным, но приятным.
Тем не менее, разумеется, ходить по городу в окружении толпы охранников и поклонников повелительница не собиралась.
— Цана, — приказала она служанке, — как вынесешь ведро, загляни к Миоке, а затем к Барке. Скажешь, чтобы после завтрака шли к площади напротив ворот королевского замка. Я там с ними встречусь.
Заглядывать в лавки и магазины попаданка любила в компании — одной не интересно, ни обсудить, ни порисоваться друг перед дружкой.
Если не считать удивительного вида замка — создавалось такое впечатление, что каждый очередной король обязательно добавлял к имеющимся зданиям своей резиденции какую-нибудь башню, ни мало не заботясь, нужна ли она вообще, отчего обитель правителя Эгинбора выглядела бестолковым нагромождением башен и стен — во всём остальном город являлся обычным средневековым поселением. Не очень крупным.
Правда, в Эгинборе не встречалось отчаянной нищеты и нужды. В отсутствие под рукой чиновников ратуши необходимого количества невольников, все коммунальные работы выполнялись местными бедняками. Понятно, что платили голодранцам весьма скудно, но они хотя бы не умирали от голода.
— Цены тут, конечно, ломовые, — сделала общий вывод Вика, когда их троица уже вернулась к трактиру, — Захвати мы с собой из Рейв-Кана или Иль-Малана товары, могли бы хорошо обогатиться.
Появлению чудесной исполнительницы великолепных песен снаружи трактира все её поклонники были сильно удивлены, только радость их при встрече с кумиром была от этого ничуть не меньше.
Капитан Сакриф уже произвёл замену отдыхающих среди экипажа, и теперь моряки, недавно сошедшие на берег и наслушавшиеся от своих товарищей о восхитительном пении повелительницы, смотрели на попаданку с восторженным ожиданием.
Если бы не необходимость поддержать высокий моральный дух среди её людей, лицемерно солгала себе попаданка, то не стала бы она повторять концерт. Реально же, Вике очень понравилось своё новое амплуа.
— Можно про гори звезду? — несмело попросила Миока.
Соратницы в довольно грубой форме отсадили Дубка и Клойка от госпожи и заняли их место.
— Сегодня будет новый репертуар, — беря в руки уже заранее принесённую гитару, сказала попаданка, — А романсы я как-нибудь потом спою. У нас долгая жизнь впереди. Успеете наслушаться.
Про то, что сценическая или эстрадная слава затягивает, Вика раньше знала только в теории, а теперь вот ощутила и на практике.