Страница 180 из 408
Вика увидела, что их сопровождает сам господин Малёк, ближайший помощник главного авторитета Портового района — большая честь, ха-ха — и подмигнула ему.
— Это трусость, как я понимаю, — сказала она, — А глупость твоя в чём проявилась?
— Как в чём? — Эрна попыталась остановиться, но Вика ей не дала, подтолкнув вперёд, — Так я ведь могла тебя попросить, чтобы ты поговорила с Уранией. Тебе-то она не отказала бы. А я об этом подумала, только когда мы уже с Гарни поругались. Ну, я сама ему сказала, что мы ходили во дворец, и что это герцогиня дала мне свободу. Гарни прав…
— В чём? В том, что начал с первых же дней выдвигать претензии своей любимой, которая его из дерьма — извиняюсь — из шахты вытащила, отмыла, очистила, а он тебе фигвамы рисует? Эрна, без обид, однажды была у меня подруга — очень далеко от наших мест — тоже вечно влюбится в какого-нибудь очередного козла, тот с ней поступит как свинья, а она всё время себя обвиняет. Перестань — я тебя прошу — ничем хорошим это не закончится. Если он уже сейчас начал так себя вести…, - Вика замолчала, поймав себя на мысли, что слишком много начинает на себя брать в той области, в которой мало разбирается, — А, впрочем, вопрос с твоим Гарни решаемый. С Уранией мы попрощались пока, но впереди у нас встреча с королём Кальвином. Омолодишь его и попросишь, заодно, освободить твоего слугу. Правда, представляю, что он подумает о твоём моральном облике. Но нам ведь всё равно?
— Омолодить?! Но, но я пока только исцеление учу, и то, не уверена, что получится до столицы…
— Ах, и правда, я ведь забыла, что ты же Омоложение не знаешь! — Вика театрально всплеснула руками и засмеялась, — Эрна, неужели и правда, что мы, бабы, от любви глупеем? А? Ну, ты не знаешь заклинания, так охранница Вика с тобой рядом будет. И кто там что разберёт, если король омолодится? Малёк! — позвала она бандита, — А ты не знаешь, куда мы идём?
— Да вот я тоже удивляюсь, — тут же подскочил к ним подручный Шторма, — Вы уже полсотни шагов лишних прошли.
Девушки переглянулись и обе засмеялись.
Банк, в котором барон Стефф Хормс мог взять нужную для своего выкупа сумму — а предложил он, ни много, ни мало, а целых три тысячи лир, на которые Вика, после консультаций с бывалыми каперами из знакомых Шторма, согласилась — действительно оказался имперским, как и предполагал Эдорик, только не алапанским, а гронским.
С банкирами самой северной империи давно сотрудничал ещё прадед Стеффа, так что описание внешности нынешнего владетеля баронства Хормс в местном отделении имелось, внесённое в толстенный фолиант. А ещё барон знал несколько кодовых оговоренных словечек.
Так что, никакой магической передачи данных, на что в тайне рассчитывала попаданка, надеясь приспособить такую магию для собственных нужд, увы, не существовало.
Всё просто, обыденно и примитивно — как в земном средневековье — сведения передавались с помощью голубиной почты, но чаще обычными гонцами, путешествующими с торговыми караванами, как морскими, так и сухопутными.
Наверное, эти сообщения кодировались или шифровались — тут пока сохранялась неясность — подобно тому, как на Земле это делали ломбардцы, генуэзцы или иные банкирские дома.
Об этом ей рассказал сам пленник, когда она отправилась с ним в Восточный район города, где и располагалось нужное отделение имперского банка.
Если барон и был удивлён вопросами своей пленительницы об очевидных вещах, то вида не показал. Он вообще, кажется, оказался очередной жертвой суккубских способностей попаданки, правда, держался молодцом — не пасть к Викиным ногам помогали гордыня и уязвлённое самолюбие.
Чтобы не идти по городу рядом с огородным пугалом, Вика распорядилась дать возможность её пленнику вымыться, привести себя в порядок и попросила Ченка, исполнявшего в команде Эдорика и обязанности суперкарго, разыскать и вернуть барону его пижонский красный камзол.
Нашли, вернули, вот только золотые вышивки, накладки и пуговицы на нём оказались споротыми, пришлось инвестировать в обещавший стать прибыльным проект целых одиннадцать лир и пятнадцать энн — во столько обошёлся ремонт камзола, и это с учётом того, что всё споротое золото заменили на серебро.
— Кто тебя так сражаться научил? — оголодавший в рабском бараке барон Хормс с благодарностью принял большой мясной пирог, купленный по дороге к банку его пленительницей, — Я видел, как ты четвёрку моих лучших бойцов зарубила словно крестьянских неумех, а ведь у каждого из них десятки абордажей было за плечами. До сих пор не могу понять, как ты меня вырубила. Помню, как я меч в твою сторону выставил, и всё. Что дальше-то было?
Клойк и Миока, обеспокоившись безопасностью своей десятницы, предлагали свои услуги по конвоированию чивирского барона. Только Вика наотрез отказалась, сказав, что сама в состоянии справиться с каким-то пиратом-неудачником. Те и не возражали особо, как говорится, было бы предложено. Да и не один раз они видели её в бою.
— Почему-то я и не сомневалась, — Вика не стала в очередной раз травить байку про любимого дядю-наёмника, — Мужчины умеют забывать напрочь то, что им не хочется вспоминать. Так, если мне всё правильно объяснили, то вон то здание со шпилем, это то, что нам нужно. Почти пришли.
— Уважаемая, — барон взял Вику за локоть, но та посмотрела на него так, что он тут же её отпустил, — Извини. Я только хотел спросить — точнее, предложить — ты не желаешь пойти ко мне капитаном дружины или командором абордажной команды? Сколько тебе платит та магиня?
— Много, барон, много. Но, главное, у неё есть замечательная привычка оказываться во всяких передрягах, и каждая из них приносит мне от трёх тысяч лир.
Вот это она его уела. Вика с толикой злорадства посмотрела на скривившееся лицо Стеффа Хормса. Это красавчику не пейзанок своими манерами и обещаниями привлекать.
— У меня есть что предложить и помимо денег и добычи…
— Не обсуждается, — отрезала Вика, — Неси мне мои деньги и проваливай в свою берлогу. На нас уже смотрят, как на чудаков.
Банковские охранники — тройка здоровенных бугаёв, вооружённых мечами и арбалетами, в каких-то вычурных латных доспехах, видимо, для придания солидности охраняемому учреждению, и молодая женщина-маг — с интересом, но без лишней настороженности наблюдали за странной парочкой клиентов, так и не наговорившихся дорогой.
— Всё равно, моё предложение остаётся в силе. Имей это в виду, Вика, — барон решил оставить за собой последнее слово.
Из банка Стефф Хормс вышел в сопровождении двух человек. Это оказались поручители, которые должны были проследить за точным и безусловным выполнением договора по выкупу пленников — кроме самого себя, барон взялся выплатить триста лир за штурмана второго рейдера, принадлежавшего его погибшему в прошедшем бою соседу — барону Гиндиксу.
Как Стефф сказал Вике, вдова Гиндикса ему стоимость штурмана оплатит, а судьба остальных её моряков и абордажников попавших в плен его не интересует. Из команды самого Хормса никто, кроме него не выжил — в бою с первым рейдером люди Зуба пленных не брали, что в общем-то понятно, никто не знал тогда чья возьмёт.
Как происходил выкуп пленный в средние века на Земле, Вика знала крайне мало. Читала только, что для сбора выкупа сеньора иногда разорялись целые провинции.
Здесь же не только суммы за освобождение из плена были вполне разумными, но и, как оказалось, способы их передачи отработаны уже столетиями.