Страница 18 из 78
Тащить Иващенко в комплексе было не слишком легко, однако окутав нас обоих коконом силы, я выпустил крылья. Снизу по нам пытались стрелять, но мы уже оказались почти в полукилометре от земли. К тому же солнце светило врагам в глаза, и даже прицелиться противнику было сложно.
Направив наш полет в сторону посольства, я поймал взглядом точку «Стража» на карте, он почти достиг пункта назначения. За нашими спинами поднимались в воздух полицейские вертолеты. Пылал квартал, в котором на меня была устроена засада, и что-то вдохновенно кричал Ростислав.
Моего брата распирало от плещущего в венах адреналина. Я слышал, насколько он в восторге от случившегося сражения. К тому же Ростислав, когда мы только начинали подъем, успел отстрелять весь свой ракетный запас и выпустить пару очередей. Разумеется, управляемый моим «Роем», его «Бастион» корректировал огонь, так что каждый снаряд попал в свою цель.
— Снижаемся, — предупредил я, меняя направление полета. — Готовься к бою.
— Е-есть, к-князь, — ответил Иващенко, стуча зубами от перевозбуждения.
«Оракул» оценил состояние моего биологического брата и распорядился «Бастиону» вкатить Ростиславу немного успокоительного, сбивая азарт боя.
Над посольством Русского царства уже выли сирены. Из земли выдвигались упрятанные стены, на которые забегали царские солдаты в тяжелых боевых доспехах. «Оракул» показал мне карту Рима и отметил слепые зоны — связь там гасили принудительно.
Мои «Стражи» занимали позиции, готовясь прикрывать нас. Но первым они, разумеется, сторожили своего собрата с ценной ношей. Больше отпускать бывшую царицу было нельзя.
Судя по камере внутри робота, Юлии Александровне пришлось пережить не самые лучшие моменты жизни. От резких прыжков и скачков бывшую царицу так размотало, что она едва соображала, что происходит. Но держала себя в руках, стискивая зубы и жмуря глаза.
Ростислав пришел в себя после инъекции и уже не стучал зубами. А я направил нас прямиком на посольство, расправляя крылья в сияющий ярче солнца герб Русского царства. Не для бравады, а просто чтобы никто из охранников посольства не решил с перепуга подбить пару летящих людей.
Так мы и попали на территорию. Кремлевский гвардеец с опустевшим боезапасом, готовый открыть огонь в любой момент, и я в слегка потрепанном костюме.
Ко мне тут же подбежал заместитель нашего посла.
— Князь! — издалека закричал он, быстро перебирая ногами. — Слава Богу!
Я кивнул ему, отряхивая запылившиеся рукава пиджака.
— Здравствуйте, Евгений Сергеевич, — сказал я. — Мне нужна камера с единственным выходом. У меня ценный пленник.
Он не успел ответить, как «Оракул» вывел картинку кортежа Олега Константиновича. Двигавшийся от дворца деспота посол попал в окружение, и сейчас его машины обстреливали со всех сторон с ничуть не меньшим упорством, чем меня несколько минут назад.
— Мне пора, — объявил я, выдохнув. — Ростислав, позаботься о нашем грузе. Никому не покидать территорию посольства!
И пока Иващенко еще не успел ответить, я уже взбежал по воздуху, создавая под ногами силовые поля.
Кажется, это уже война.