Страница 3 из 94
— Поначалу он даже не хотел меня спасать, — начала размышлять она вслух, — я была с ним чудовищно груба, хотя и он… — тут она покраснела, — не был вежлив со мной. Мне нравятся его решительность, способность взять на себя ответственность, мощь магии и разума, все эти шуточки, которые и сразу не понять, много умных слов.
Она замолчала, улыбаясь кому-то вдалеке и королеве резануло сердечко.
— Еще он классно поёт и странно танцует, — несколько нелогично закончила принцесса, — короче, таких больше нет.
Она взглянула на мать.
— Эти ваши принцы, просто декоративные пёсики рядом с Джерком. Годятся для того, чтобы вытирать руки после еды. А с Джерком можно на край света и вытирать ноги об врагов. Понимаешь разницу?
— Кажется понимаю дочь, — серьезно ответила Найзирия, — вот как мы поступим. Сейчас присядем за вечерний столик и под ужин подумаем, как его величество пригласит Джерка во дворец.
Она оценивающе взглянула на Аишу.
— Надо мяса побольше заказать на кухне, уроков домостроя у тебя не было, рано еще, но открою тебе первый закон сексологической диалектики. Мужчины — это борьба единства и противоположностей!
— Чего? — удивилась Аиша, бросившая учебник и жадно слушающая королеву.
— Любят по-собачьи, но на кости не бросаются, — выдала «секрет» королева.
— Ну, мам! — возмутилась принцесса, позабывшая уже о своей голодовке.
— Что мам? — проворчала Найзирия, — не мамкай мне тут, потом спасибо еще скажешь!
Спустя пару часов Найзирия вплыла в королевскую спальню, сдирая на ходу с себя платье. Шайред Четвертый, раскладывавший наедине карточный пасьянс, оживился, встрепенулся, подскочил и помог королеве с застежками, жадно оглаживая взором тело жены.
— Ну как там Аиша? — робко спросил он.
— Как в сказке, — проворчала Найзирия, — накормила, напоила, спать уложила. Вот жду, что теперь ты кофе с пенкой попросишь лично от меня.
— А можно? — обрадовался Шайред Четвертый.
— Да раз плюнуть, — саркастично ответила Найзирия. — Ты шпионов в Самур посылал? Что сообщили?
— Ярмарку он организовывает, — поскучнел король, — сына барона местного прижал, тот банду организовал и грабил, кого подвернется.
— Ярмарку? — не поняла Найзирия, — чего её организовывать, все крестьяне припасами в городе торгуют.
— Эта будет окружной: с предметами фарма и продукцией города, по его словам, с купцами из других городов, графств, баронств, — хмуро сказал Шайред Четвертый, — не выйдет ничего у него. Да что там в Самуре сделать можно? Кровать из белой идоги?
— Что про голову чудища члены королевского совета говорят? — сменила тему Найзирия.
— Пока не склонились к единому мнению: одни считают — это птица, размером с водяного орла, умершая от старости, другие — большой горный паук.
— Паук тоже от старости умер? — поинтересовалась королева.
— Обвалом могло придавить, — честно передал слова советников король.
— Во что, Шай, — отчеканила Найзирия, — у твоих советников горизонт восприятия информации подавлен бюрократической, ежедневной мелочевкой. Шоры с глаз сними: если чего-то не было — не факт, что этого не существует. Факт в том, что наше познание ограниченно, но мы мало обращаем на это внимание с позиции верховной власти. Голову надо тащить в городскую гильдию авантюристов, у них стоит опознаватель существ. Не слишком популярная вещь, потому что опознание требует монет. А монстров вокруг Тритикама извели уже давным-давно. Но опознаватель существует и пылится где-нибудь в кладовке. Результаты опознавания немедленно к тебе и мне. Если это монстр реальный и страшный немедленно посылаешь делегацию за этим Джерком, для представления совету в качестве королевского наместника. Здесь мы к нему присмотримся и поймем: кто он такой и как с ним поступить. Купить, услать на границу, подставить перед Аишей. Вопросы?
— Только один, — пробормотал восхищенный король, дыша страстно и томно в районе груди королевы, — откуда ты столько всего знаешь?
— Это моя обязанность, как твоей королевы, — мягко проворковала Найзирия, умолчав о том, что львиную долю информации получила от своей дочери, пробегая пальчиками по затылку мужа и вжимая его покрепче в себя, — быть опорой и поддержкой, служить в удовольствии и радости…
Последние слова Шайред Четвертый уже не слышал, падая на королеву и задыхаясь от страсти.