Страница 29 из 94
Но в Кургане ему снилось одно и тоже: как очередной псоглавец оборачивается Великим Вожаком гноллов, и когда принц с огромным трудом убивает его — из его трупа появляется Лорд Гноллов. Дальше во сне шел такой дикий, кровавый треш с расчлененкой его отряда цепом Лорда, что Шил, выдержал неделю и понял: двадцатый его предел. После спешного возвращения, жизнь его раскрасилась вкусом вина, вечеринками и горячими объятиями знатных красавиц. Но за бокалом вина, охотой и дичью, за ночами страсти, увеселительными поездками, оставаясь наедине, он чувствовал в своем сердце холодную пустоту.
Аиша Подавляющая отбивает Нашествие Водных Муэрто на округ Самура королевства Шайн. Благое деяние повышает преданность жителей королевства.
Шилнагаил вздрогнул. Капитан и сержант королевской стражи победно вскинули руки с радостным кличем. Рука мгновенно прошла, эмоции, сразу взятые под контроль, замерзли вместе с натянутой улыбкой. Но было то, над чем он не был властен.
Холодная пустота в его душе замещалась злобой.
— Иногда самое красивое зрелище в театре, — изрекла Найзирия Роштийская, — это его пожар. Согласны со мной граф?
Шайред Четвертый, сидевший во главе стола совсем даже не по-королевски хрюкнул. Обожал он свою жену вот такой: надменной, холодной, гордой. Одним предложением, убивавшей всякоежелание сопротивляться, оспаривать сказанное, подвергать сомнению.
— Да, ваше величество, — жалко пролепетал граф Сентента, — мудрость ваша, словно солнце озаряет всех подданных, вечное сияние королевской власти в нашем прекрасном государстве…
— Ты мне это брось, — стукнул Шайред кулаком по столу, — говори нормально. Знаешь я такого не люблю!
— Да, ваше величество, — испугался еще больше граф Сентента, — какой театр мне поджечь?
— А в чьем театре играл этот казненный Гортам Затарийский? — коварно спросила Найзария.
Королевская чета сидела в кабинете короля за столом, вкушая яства, а перед ними потел, краснел, извивался, бегал глазами, стоя навытяжку, главный королевский советник. А может уже бывший главный советник. Кто знает, что решила царственная парочка.
Граф Сентента упал на колени, стал тихонько биться о паркетный пол, завывая тоненько: «ни сном, ни духом не ведаю, ваши величества, нет на мне вины, не пригревал я этой гадюки у себя на сердце, сама влезла!»
Их величества сделали вид, что никакого графа-истерички в кабинете нет.
— Кормари в брусничном соусе чудо как хороши сегодня, — делилась Найзирия с мужем.
— Мэтр Дамиш превзошел самого себя, — соглашался с ней Шайред, — велю ему отсыпать десять золотых наградных сегодня же. Такого искусного повара нет во всех близлежащих королевствах.
— Разумно, мой дорогой властитель, — одобряла Найзирия, — хотя расходы эти непредусмотренные… опять же дочку скоро замуж выдавать.
Граф Сентента увидел в этом свой шанс.
— Ваши величества! — чуть более сильным голосом, решился он обратить на себя внимание, –позвольте помочь вашему верноподданному советнику с расходами на свадьбу!
Их величества оторвались от свинины в остром соусе и синхронно посмотрели на провинившегося.
«Демоны подземного мира», — подумал с отчаянием граф, — «придется расставаться с самым дорогим активом, иначе меня не поймут. Но жизнь дороже.»
— Я прошу вас, мои дорогие величества принять в подарок соляные копи Бахняры, вместе с одноименной деревней, как подарок на свадьбу принцессы, — с мученическим видом, выжал из себя граф Сентента.
Подарок был королевским, соляные копи выдавали около тысячи золотых дохода в год. Найзирия спрятала улыбку за бокалом вина. Вот Шайред скрыть довольство не смог. Осклабился, поиграл серебряной вилкой.
— Сукин ты сын, Сентента, — отметил он небрежно, — но шайнский сукин сын. Мы уже думали тебя Аише выдать, а ты знаешь, как она тебя недолюбливает. Говорит, вид у тебя паучий и улыбка подлая, — хохотнул Шайред, — больше так не ошибайся. Смерть Гортама покажется тебе милостью. Сам же скульптуру Текена Кладдена выносил вместе с начальником тайной стражи. Забыл про тот случай?
История исчезновения Текена Кладдена, искусного живописца из северных королевства, скрытого педофила и мастера кисти давно превратилась в миф. Кто-то видел его проезжающим роштийскую заставу, кто в южнокаталийском Блайтербурге: факт состоял в том, что мэтр портретов исчез. И только пять человек знали, что случилось на самом деле. Король, королева, королевский советник, начальник тайной стражи и капитан охраны. За Аишу поручиться было сложно. Не исключено, что принцесса давным-давно забыла тот случай.
Но граф помнил. Мэтр портретов, собравшийся порисовать принцессу ребенком, оставшийся с ней наедине, через пять минут взвыл с такой силой, что через три секунды в детской спальне принцессы была вся семья и причастные лица. Схватывающееся инеем, лицо Текена графу Сентенте врезалось кошмаром навсегда.
Последний вздох, крик уже стынет на синих губах и жуткий страх смерти, в покрывающихся льдом, глазах несостоявшегося развратителя. Аиша с серьезным лицом: «я сказала ему не трогать меня, он не послушал». Принцессу быстро увела побледневшая Найзирия. А Шайред Четвертый плюнул на образовавшуюся скульптуру и сказал, что Текен еще легко отделался. Так что, когда принцесса ему потные руки приморозила на балу, граф вообразил, что пришел его конец и кричал как в последний раз.
— Всё помню, ваше величество, — схватился за сердце граф, — надеюсь теперь её высочество не будет сомневаться в моей преданности?
— Через пару лет беспорочной службы, вернемся к этому вопросу, — пообещал Шайред Четвертый, — это же Аиша, на неё не подавишь.
Аиша Подавляющая отбивает Нашествие Водных Муэрто на округ Самура королевства Шайн. Благое деяние повышает преданность жителей королевства.
— Она сама кого хочешь задавит, — ошеломленно закончил король и не сдержал эмоций, — вот засранка! Где она такие приключения только находит!
— Муэрто, — охнула Найзирия, — они же специализированные и социальные монстры. Да что она о себе вообразила!
Здесь королева спохватилась и подала знак рукой графу. Его можно было трактовать и как «проваливай» и «пока-пока», но зная Найзирию, можно было не сомневаться, что секунды промедления над попыткой расценить это как милость или наказание еще больнее отразятся на бюджете графа.
Уже уходя граф расслышал удивительное «Джерк Хилл определенно хорош, Аиша бы одна не справилась. В стае Муэрто от трехсот до пятисот особей с вожаком».