Страница 2 из 10
Хотя я наколки, в принципе, не люблю. И себе никогда ни одной не сделаю. Но на этом парне они идеальны. Плавные, тонкие линии. Они скрываются под одеждой. И я шумно сглатываю, представляя, что же за ней. Какой там узор?
Чистое желание выносит разум. Может быть потому, что этот парень выглядит как настоящий самец. Поэтому внутри инстинкты первобытные вспыхивают. Разгораются. Как и у любой самки в этом зале. Явно я здесь не единственная на него таращусь. Но смотреть на него мало. К нему подойти хочется. В глаза его заглянуть. Утонуть в них.
– Нравится?!
Голос Соболевой рядом из мечты выдергивают. Где я и этот образец самцовости уже в поцелуе жарком сливаемся. Головой трясу. Что за бред?!
– Хороший экземпляр. Скажи ведь? – продолжает докапываться, – себе бы взяла. Только вот по нему видно, что мальчик не богат. А я благотворительностью не занимаюсь. Я привыкла чтобы в меня вкладывали. А не наоборот.
Жизненная философия Соболевой, конечно, до безумия аморальна. Но ее честность подкупает. По крайней мере она не прячет за красивым фасадом гнилое нутро. И в принципе все кроме предложения с выкидышем мне понятно. Не близко, конечно. Но я давно рассталась с розовыми очками. В такой семье как у меня это не позволительная роскошь, а еще прошлое помогло.
И вот я опять ловлю этот чертов флешбек. Серые стальные глаза. Слегка спутанные жесткие волосы, в которые было так приятно зарываться рукой. Притягивать к себе. Балдеть, пока он целует своими губами мою шею. Спускается ниже к ключице. Прикусывает. Больно. Сладко. Горячо.
Мой волк! Моя первая любовь! Человек, который меня предал…
– Сама подойдешь или я могу?
От голоса Соболевой снова вздрагиваю. Понимаю, что провалилась в какую-то полудрему. Похоже и правда домой пора, пока не уснула прямо здесь на грязной столешнице.
– Не надо, Ира. Спасибо тебе, конечно, за предложение. Но я пойду. Спасибо что выслушала. Это вообще в наше время бесценно. Так что следующий раз мой.
– Какой еще следующий раз?!
– Слезы твои подтирать, когда по мужику будешь убиваться.
Она хохочет. Очень искренне. И красиво, между прочим. Соболева вообще шикарная баба. Может остепенится когда-нибудь. Найдет себе наконец богатого мужика, который ее точно устроит. Семью заведет…
– Этого никогда не случится.
Я киваю.
– Не случится, так не случится. Но ты все равно звони, если что. Номерок мой есть.
– Оки!
Она салютует мне бокалом, а я к выходу разворачиваюсь. Брату с улицы наберу. Может даже удастся скрыть, что в клубе была. Мало ли где допоздна засиделась. У нас, конечно, не шариат, как выразилась Ирина. Но нравы в семье строгие. Папаша бдит. Особенно за единственной доченькой. И как только мачеха его терпит?
Последний взгляд на шикарного парня бросаю и замираю. Потому что он смотрит. Прямо на меня смотрит. Ну, по крайней мере, мне так кажется. Балахонистый капюшон большую часть лица скрадывает. Но я почему-то на сто процентов уверена, что взгляда он с меня не отводит.
А может все-таки показалось? Я девушка, безусловно, красивая. Видная. Ухоженная, опять же. Но в этом клубе полно таких. Сюда в основном ухоженные и ходят. Чтобы парочку на ночь словить. А может и на подольше. Вот, например, как Ирина.
Но я-то не такая. Я не ищу связи на ночь. Просто Соболева в другое место идти отказалась. А мне компания была нужна. И чужие уши. А вот внимание чужое совершенно не нужно.
Наверняка мне все это просто привиделось. Ну, зачем ему на меня смотреть. Такой образчик мужской привлекательности легко подцепит здесь любую бабу. Кроме меня, конечно же. А я просто тихонько уйду.
Шаг. Еще шаг. Вот так. Мамочки!
Как по команде огромный силуэт от стены отрывается. И начинает двигаться. Ко мне начинает двигаться. Вот ведь черт!
Глава 3
Шаг ускоряю. Хорошо, что между нами танцпол. И, вообще, теория о том, что мне померещилось, пока работает. Может он в туалет пошел. Они как раз тоже на выходе. Сдалась я ему. Тут полно телок готовых выпрыгнуть из своих нарядов. Так что я в своем брючном костюме и офисном пиджаке как мышь белая.
Зачем-то оглядываться не перестаю. Но в какой-то момент его теряю. Клуб популярный. Народу тьма. Особенно вечером в пятницу.
Даже немного успокаиваюсь, когда одна в длинный узкий коридор попадаю. После шума и толкотни здесь настоящий рай. Аж уши от тишины закладывает. К выходу двигаться начинаю и напрягаюсь. Тяжелый звук шагов позади мне слышится? Может это просто эффект такой? Обман слуха? Может я просто слишком долго была в этом прокуренном, душном пространстве?
Дальше иду. Но звуки шагов не затихают. Наоборот. Усиливаются. Мне бы побежать. Подумаешь на каблуках. Я на них и не такое вытворяла. Даже драться смогу, если приспичит. Если приспичит я вообще все смогу. Сулеймановская порода. Что мне один, пускай и очень здоровый, мужик.
Сумку с перцовым баллончиком вперед перекручиваю. И не останавливаюсь. Дальше иду. Шаг за шагом. Все ближе к выходу. Десять метров. Пять…
– Привет! – голос глубокий, как рычание дикого, таежного медведя, который мед увидал и собирается его сейчас съесть.
Я правда с медведями лично в тайге ни разу не встречалась. Я и в тайге то ни разу не была. Но вот в зоопарке пару раз видала. И этих животных всегда жалко становилось. Ходят по клеткам туда-сюда. Хорошо, когда вольер большой. А если три на три метра?!
Так или иначе я торможу. Сама не понимаю зачем. Ведь он меня даже за руку не хватает. А до спасительного выхода несколько метров остается. Один рывок и я на свободе.
Головой кручу. Охраны, как назло, нигде под боком не наблюдается. Перекурить, что ли все вышли. И словно считывая мои движения или реально мысли читая, он произносит:
– Не бойся.
– Никто тебя не боится!
Резко на каблуках разворачиваюсь. Подбородок выше задираю. Пусть даже не думает, что сможет меня запугать. Лучшая защита – нападение. Так все мужчины нашей семьи мне с детства вдалбливали. Главное не показывать противнику свой страх. Но так странно, что именно страха сейчас не испытываю.
Все что угодно. Растерянность. Досада. Удивление. Зачем за мной пошел? Зачем остановил? Зачем заговорил?
– Что тебе… вам надо? – запоздало про вежливость вспоминаю.
Хотя какая вежливость в коридоре ночного клуба может быть?
– Тебе, – хрипит.
И эти вибрации прямо внутрь меня проникают. За живое цепляют? Почему? Обычный ведь голос. Мужской. Миллион таких на планете. Но именно этот хочется услышать вновь.
Лица его под капюшоном совсем не видно. Лишь челюсть большая, квадратная выпячивается. Здоровенная такая. Как и он сам. Вблизи еще больше кажется. Особенно рядом с маленькой мной. Вот уж действительно медведь таёжный.
Мысль странная в голове мелькает. А пахнет он так же? Как дикий, лесной зверь, пропитавшийся запахами мха и хвои. Впрочем, какая мне разница. Стряхиваю морок наваждения.
– Без разницы, – головой трясу, – так что ты хотел?
Он руку неожиданно протягивает. А я отдёрнуться не успеваю. И моя прядь уже на его ладони. Сквозь пальцы просачивается. И мы как два дурака стоим и глазеем на это. Как тонкие волосы сквозь его огромные пальцы водой утекают. Ну, ладно он. У мужика явно проблемы. Потому что заторможенность и все дела. Может вообще синдром какой. А вот это уже опасно. Что если псих?
Но главное я то, чего раскисла. Почему еще здесь стою? Почему уже не финиширую на взятом впопыхах такси у клуба? Почему я туплю?!
– Еще красивее стала, – бормочет он, прядь моих волос сквозь пальцы пропуская.
Он точно псих! Мамочки!
Руку к сумочке прижимаю. Главное успеть выхватить перцовый баллончик. И надеяться, что охрана очень быстро прибежит. Выговор им за то, что на посту отсутствовали.
А он замирает внезапно. Таращится в область моей сумочки. Может ограбить просто хочет. Так это без проблем. Меня братья всегда учили, если грабят, не сопротивляться. Отдать все, что требуют. Потому что вещи – дело наживное. Они твоей жизни не стоят.