Анархист

Попутно нами проведено несколько операций по маскировке действительного положения вещей, а главное – по дезинформации противника. И раньше для нас не являлось большой тайной, а теперь получило подтверждение наличие большого количества вражеских агентов в органах военного и государственного управления. Только в НКВД выявлено пять агентов от уровня капитана до комиссара госбезопасности. В армии дела обстоят несколько хуже, мы ведём наблюдение за двадцатью командирами от майора до генерала армии. Очень плохо то, что все упомянутые командиры работают в штабах различного уровня и имеют допуск к совершенно секретным сведениям.

– На других фронтах проверки проводите?

– Проводим, и уже появились кое-какие результаты. Однако, товарищ Сталин, следы шпионской сети тянутся в Москву.

– Проверяйте, всю необходимую помощь окажем. Но вернёмся к товарищу Дикобразову. Никогда не слышал о такой фамилии. Откуда она?

– На запрос в Академию Наук пришел ответ, что фамилия Дикобразов не отмечена ни в нашей стране, ни где-либо за рубежом. Напрашивается вывод, что он действительно попал к нам из отдалённого будущего, а за тринадцать веков каких только неологизмов не возникло?

– Верно. Что по поводу ампул с культурами микроорганизмов?

– А вот здесь всё невероятно интересно. Ампулы мы передали трём группам микробиологов, работающим независимо друг от друга в Омске, Новосибирске и Красноярске. По прописям, полученным от товарища Дикобразова, были проведены посевы и в результате получены образцы пяти видов мяса и шести видов зерновой муки.

– Что-то я запутался, Лаврентий Павлович, как это мясо можно посеять? – удивился Буденный, до того молча слушавший доклад Берия.

– Ты, Семён Михайлович, знаешь, как выращивают дрожжи?

– Да, я бывал на дрожжевом заводе.

– Точно так же научились выращивать свинину, говядину, баранину, конину и оленину.

– Просто в чанах?

– Это не самое удивительное. Знаешь, что является сырьём?

– Конечно, не знаю. Откуда?

– Сырьём является целлюлоза. Можно использовать сено, солому, можно опилки и стружки, а можно и мелко порубленный тростник.

– Вот это фокус как фокус! И как, то мясо, съедобное?

– Сделали целую серию анализов, и не нашли отличия синтезированного мяса от натурального. Все исследования проходят под высшим грифом секретности.

– На людях проверяли?

– Проверяли. Я уже дал указание кормить таким мясом, крупой и хлебом заключенных, осуждённых на максимальный срок. Люди едят такую пищу с удовольствием, никаких негативных последствий не зафиксировано. Одновременно началось строительство тридцати пяти мясопроизводящих заводов, совмещённых с консервными и колбасными заводами.

– Не торопитесь?

– Нет, не торопимся. В связи с предстоящей потерей огромных хлебородных площадей, а главное, с мобилизацией мужского населения, у нас ожидаются колоссальные продовольственные трудности. А тут нам как на блюдечке подносят решение сложнейшей народно-хозяйственной проблемы. Тем более что мясо, произведённое микробиологическим способом не только вкусно и питательно, оно и выглядит как мясо высших сортов. Мне привезли его, и я так скажу: до того, как я вышел на высокий уровень власти, такое мясо мне было не по карману. Да и сейчас такое мясо на моей кухне далеко не каждый день.

– А что, Лаврентий Павлович, может, и меня угостишь? – улыбнулся Буденный.

– Добро пожаловать ко мне в гости, попотчую тебя от души. Однако я не закончил. Как я уже докладывал, товарищ Сталин, Дикобразов предоставил ещё две культуры микроорганизмов: паучий клей, из которого можно тянуть нити и латекс, из которого можно делать жевательную резинку.

– Каков результат?

– Разрешите выйти в приёмную?

– Конечно, если так нужно.

Берия вышел в приёмную и вернулся с недлинной, менее метра трубой, с толщиной стенок около трёх сантиметров, и резиновым шлангом, свернутым бухтой. Трубу и шланг Берия положил на стол:

– Смотрите, товарищи, что наши умельцы сотворили из паучьего клея. Внутренняя часть трубы из оружейной стали, в ней накатаны нарезы. Внешняя часть трубы навита из нитей паучьего клея с пропиткой из того же клея.

Сталин подошел и поднял трубу в руках:

– Какая лёгкая. Это же половинка ствола полковой трёхдюймовки?

– Совершенно верно. Прошла испытания тройным зарядом, затем отстреляли триста выстрелов, взгляните, нарезы немного сработаны.

– Лаврентия Павлович, за какой срок ты можешь внедрить паучий клей в орудийное производство? – вскинулся Буденный.

– Нет, Семён Михайлович, я этим заниматься не буду, своих дел полно. У нас имеется наркомат вооружений, пусть он и занимаются, это их епархия. И напоследок я припас самое интересное. Латекс, который товарищ Дикобразов думал использовать на жвачку, оказался по своим свойствам намного лучше натурального каучука. Вы знаете, товарищи, какой проблемой для нас является резина, и вот эта проблема неожиданно решена. Вот этот шланг сделан в варианте бензомаслостойкой резины. Он выдержал испытания, отмыт для показа.

– Действительно неожиданно. – задумчиво покивал Иосиф Виссарионович – Кто в твоём ведомстве непосредственно руководит этими работами?

– Комиссар госбезопасности третьего ранга Ермолов. Заместителем у него капитан госбезопасности Серов, вчера он получил очередное звание. Всех, кто хоть мало-мальски извещён о товарище Дикобразове, изъяты из воинской части и задействованы в проекте.

– Значит утечка исключена?

– Скажем так: возможность утечки сведена к минимуму.

– Это хорошо. Вот видишь, товарищ Буденный, на твою шею свалился ещё один секрет государственной важности.

– Секретом больше, секретом меньше… – махнул рукой Буденный – Но для чего ты меня привлёк, товарищ Сталин?

– Видишь ли, старый друг, Ермолов спросил у товарища Дикобразова об исторических личностях нашего времени. Выяснилось, что спустя тысячу триста лет, из всех деятелей современности помнят меня, Лаврентия Берия и тебя. Вот только тебе и Лаврентию потомки ставят в вину самоустранение от противодействия заговору.

– Какой заговор, когда?

– Нескоро ещё, он точно не помнит, то ли в пятьдесят третьем, то ли в пятьдесят пятом году, меня то ли отравят, то ли насмерть залечат.

– Вот оно как! Учту. Поборемся ещё.

– На то и я надеюсь. Давай-ка подумаем, как разыграть преимущество, которое само собой попало в наши руки.

– Для начала неплохо бы использовать локатор товарища Дикобразова. Успешный контрудар Западного фронта показал, насколько важно иметь точные разведданные о неприятеле. Мы били по местам скоплений, по штабам и складам, вели успешную контрбатарейную борьбу… Хочется и дальше продолжать.

– Но как скрыть участие товарища Дикобразова?

– Слышал, что япошки говорят: «Камни прячут среди камней, а человека – среди людей». Поступим просто: создадим эскадрилью, а то и полк разведчиков, напихаем в них какую-нибудь аппаратуру да оборонительное вооружение помощнее, и пусть они летают от Белого до Чёрного моря. И чтобы в прикрытии – истребительный полк на новейших самолётах. А будет ли товарищ Дикобразов летать на тех самолётах или не будет – о том только тебе да товарищу Берия известно.

– Хм-хм. А ведь просто и очевидно. Тем более что числиться он будет каким-нибудь техником или шифровальщиком. Товарищ Берия, займись этим вопросом. И устрой-ка нашу встречу, я думаю, что человеку из будущего есть что сказать предкам. И другие его дела будем так же прятать на самом видном месте.