Страница 51 из 82
Предположение о козьих тропах оказалось верным. Наша небольшая кавалькада ещё до полудня покинула опустевшие городские кварталы, встретив по пути кроме жор лишь пару испуганных одиночек. И вскоре мы уже тряслись по каменистым тропинкам, пролегающим через подмосковные лесопарки. Скорость нашего передвижения здесь была гораздо меньше, чем где-нибудь на шоссе. Особенно с той поклажей, которую десантники везли на себе обратно — на спине, на багажниках и в сумках под рамами. Но вокруг не было ни малейших признаков того, что недавно здесь были люди. Утоптанные тропинки успели кое-где зарасти тонкими пучками травы. Никакого мусора на обочинах. И большое количество непуганых белок, которые продолжали хладнокровно грызть жёлуди даже тогда, когда наша процессия уже вот-вот должна была проехать совсем рядом.
Когда мы проехали под путепроводом центральной кольцевой автодороги, я понял, что безопасный путь лежит немного восточнее кратчайшего пути. Иначе нам бы уже пришлось пересечь Москву-реку, но её течение явно оставалось где-то справа от направления движения.
Ещё через час мы выехали по полевым дорогам на какую-то асфальтированную трассу шириной в две полосы. И когда она привела нас к мосту, перед которым ржавел указатель «р. Нерская», я примерно понял, где мы.
— Мимо Воскресенска полями тут не проедем. Там что, никого в живых не осталось?
— Там, где поедем мы — никого.
— Тоже зимой резня была?
— Не уполномо...
— Да ладно-ладно, понятно.
В принципе, я тоже не торопился раскрывать им все карты. Всё что они знали о цели нашего путешествия — так это то, что она находится где-то на юго-востоке от Рязани. Поэтому оставлял за ними взаимное право относиться к нам с осторожностью.
И похоже было на то, что и крюков они точно также держали в своеобразном информационном вакууме. Сообщая им весьма скудные данные о состоянии дел в их регионе. Когда я спросил Роба насчёт слухов о некоем южном «Королевстве» — тот не мог рассказать больше, чем бесы. И вообще не особо верил в подобные слухи, считая, что это просто какая-то краткоживущая банда, которая заигралась в рыцарей и принцесс. До тех пор, пока у них не кончатся остатки пропитания.
На ровном асфальте велосипеды шли плавно и не дребезжали, а хорошо смазанные педали и цепи — почти не скрипели. Стало слышно даже пение полевых птиц. И ещё то, как у Киры урчит в животе. Но девчонка упрямо продолжала крутить педали, не собираясь демонстрировать слабость и призывать к привалу первой.
Однако, когда Равшан на ходу вытащил из кармана какой-то питательный батончик, развернул и начал есть его на ходу, она всё таки запротестовала:
— Э, не-е-е! Так не пойдёт! Вы хоть и двужильные, но я на ходу жрать точно не собираюсь! Я ж не корова! Давайте остановимся!
Рязанцы молча переглянулись, и Череп указал на небольшую проплешину между невысокими зарослями, окружающими речную пойму:
— Привал полчаса.
Съехав с дороги, мы расположились на отдых возле поваленного ветром ствола старой ивы.
Достав свои припасы, бойцы приступили к приёму пищи и управились с этой задачей за считанные минуты — мы с Кирой даже ещё не успели распаковать свои пожитки. Череп молча толкнул в плечо Борза, и тот остался сидеть спиной у ствола, лениво глядя по сторонам. А остальные немедленно откинулись на упавшее бревно, положив головы на высокие рюкзаки. И, прикрыв глаза, почти мгновенно уснули.
Им не мешало ни журчание реки, ни птичье многоголосье, ни скрежет наших с Кирой вилок по жестяным банкам. А также наша с ней беседа, с помощью которой я попытался разузнать хоть что-то. Если не прямо, то хотя бы косвенно:
— Слышала от бесов про это «королевство»? — Я спросил Киру так, чтобы всем остальным точно было слышно. Глядя на мою маску можно было подумать, что я смотрю девчонке прямо в лицо. Хотя на самом деле всё внимание моих глаз, спрятанных под нарисованными крестами, было сосредоточенно на часовом. И за движениями остальных я тоже следил, хоть они и казались спящими.
— Думаю, не больше чем ты. Чё-то там они слышали, про то, что какие-то турниры южнее области проводят... Рыцари, какие-то... Бред, короче... — Кира пожала плечами и отправила в рот большой навильник тушёнки. — Только я не поняла, где это. Где-то не в области даже. Далеко на юге.
На этих словах чернявый часовой коротко зыркнул в нашу сторону. Но он отвёл взгляд слишком торопливо, чтобы у меня сложилось впечатление, что эта тема его не интересует и не касается. Тот, кто начал греть уши на вашем разговоре, всегда так делает. И потом всё время усиленно избегает того, чтобы смотреть в сторону тех, кого подслушивает. Делая вид, что его внимание привлекает что-то совершенно иное. Как правило, какой-то предмет, выбранный впопыхах. И поэтому, на самом деле, не представляющий совершенно никакого интереса.
— Не подавись. — Я продолжил наблюдать за реакцией часового,стараясь говорить чётко и неторопливо. — Кстати, я слышал, у этих... Эм... Рыцарей... Что у них нет никаких проблем с едой. Кто-то их снабжает. Прямо как в настоящем средневековье. Может, какие-то крестьяне... Кто-то же эту еду добывает... Или производит.
Борз перевёл взгляд с голого куста на дорогу и обратно. И по прежнему инстинктивно старался не смотреть в нашу сторону.
— Скорее какие-нибудь рабы. — Кира недовольно сморщила нос. — Подпрягли кого-нибудь на себя работать. Кто будет добровольно с грядками возиться, если остальные ничем не заняты? Только из-под палки. Вот у бесов все чё-то делают. Пацаны по округе добычу ищут, например, пока девчонки с огородами возятся. Или в дежурстве, на стене стоят... Да даже Кешка почти всё время чем-то занята вместе с девчатами!
— Так вот рыцари, по идее, именно этим и вносили свою долю в общее дело выживания, так сказать. Всё свободное время проводили в воинских упражнениях или охоте. Чтобы быть всегда готовым защитить своих крестьян от грабителей. Или от враждебных соседей... — На этих словах часовой опять дёрнулся. Интересно... Это вы для «королевства» враждебные соседи? Или они для вас?
— Да уж конечно! — Девчонка скептически пожала плечом. — Они ж на всём готовом, нафига напрягаться? Я слышала, что наоборот — пьянствовали и разврат устраивали.