Страница 41 из 120
Двенадцатую роту поставили на передовую, как и полагалось пехоте. Их позиция была довольно неплоха. У хальминцев осталось не так много конных рыцарей, а те, что остались, уже не могли собраться в мощный кулак, способный прорвать линию обороны. Да и густо посеянный «чеснок» оставался простым и действенным средством, защищающим пехоту от удара разогнавшегося бронированного всадника. А эти колючки, ко всему в придачу, еще и были артефактными. При соприкосновении они могли прожечь насквозь артефактную броню или лошадиную ногу. Обычно маги брали на себя нейтрализацию подобных ловушек, но сейчас у врага не осталось магов, способных на это. Столкнуться же с обычной пехотой было не так страшно, как попасть под удар площадного заклинания магов или под атаку рыцарского корпуса. А если учесть преимущество высоты, то для сослуживцев Наиля ситуации лучше сложно было даже придумать.
Загромыхали катапульты, выкашивая ряды хальминцев, взрывались магические артефакты, падали на головы врагов жуткие по своей эффективности площадные заклинания из магии огня и ветра. Однако шедшие в атаку бойцы словно не замечали смертей своих товарищей, продолжая переть вперед без всякого страха. Их решительность внушала уважение, но одновременно была какой-то странной…
— Нил… — тихо позвал Трош, нервно наблюдая, как на них неостановимой волной двигается пехота противника.
Остальных тоже лихорадило. Одно дело, когда ты, используя собственные навыки, совершаешь диверсии, ловко уклоняясь и избегая боя, а другое — когда на тебя в лоб прут ощерившиеся копьями бойцы. И уклониться здесь некуда, с боков и позади — твои товарищи. Остается только принять бой и постараться выжить.
— Все будет хорошо, Трош, — отозвался Наиль, которого тоже немного потряхивало. Пехотный строй был одновременно слаженной машиной и ловушкой для тех, кто его составляет. Даже Наилю не удалось бы использовать свои навыки в момент первой сшибки.
— Нил, что, если я случайно убью, а?
— Трош, не ной, — отозвался Рик с другой стороны. — Даже Нил считает, что ты по навыкам лучше нас, так что, если не сможешь в такой ситуации ударить так, чтобы ранить, но не убить, — то грош тебе цена. Просто грохни кого-то и будь обычным солдатом.
— Спасибо, утешил! — огрызнулся Трош.
— Хватит, — холодно потребовал Наиль, и было в его голосе что-то такое, что все резко заткнулись. Сима, стоявший с другой стороны строя, только грустно хмыкнул. Его так никогда не слушались. — Трош, я присмотрю за тобой, но сам понимаешь, я тебе не нянька, так что и сам не зевай. Рик, меньше болтай. Сейчас начнется.
— Построение — еж! — рявкнул Берк, а двенадцатая рота привычно приняла нужное построение.
Они стояли впереди, ожидая нападения врага. Обороняться всегда проще, чем атаковать. Когда натиск станет слишком сильным — они отступят немного назад, в окопы, где и продолжат сражаться. Все было спланировано и продумано.
Наиль занял свое обычное место за щитами с арбалетом в руках. Навык стрельбы он не скрывал, все воры обучались этому. При должной смекалке арбалету всегда найдется применение. Перед парнем сомкнулись щиты Троша и Кирпича. Из-за непонятного первого убийства Троша, тому арбалет просто не доверили.
Первые смерти Наиль начал сеять, едва вражеская пехота приблизилась к ним на расстояние выстрела. Как и ожидалось, остатки хальминской конницы на их сторону не бросили, однако бросили спешенных рыцарей.
Рыцари шли неспешно позади брошенной «на убой» пехоты. Они были в тяжелых доспехах, так что перемещались довольно неловко, однако никто не смел недооценивать этих бронированных воинов, каждый из которых был минимум мастером меча.
— Проклятье! — чертыхнулся Сима, стоявший чуть правее Наиля со щитом и копьем в руках. — Их две сотни. Мы не удержим.
— Удержим, — отозвался Наиль, всаживая арбалетный болт в смотровую щель одного из рыцарей. — Вот их уже и не две сотни. Рик, не отставай. У них не обычные ростовые щиты, а легкие круглые. Оно и понятно, с ростовым хорошо защищаться, а не в атаку рваться. Цельте глаза, сочленения. Трош — тебя это тоже касается. После перестроения не зевай.
— Я слышал, что Фантом как-то всего с десятком обычных разведчиков положил сотню конных рыцарей без единой потери, — продолжал болтать Рик, одновременно делая выстрел в область подмышки одного из рыцарей. Все болты бывшие воры смазали ядом. Даже Трош использовал паралитики на всем своем оружии. Двенадцатая рота состояла из преступников, которым каторгу заменили на воинскую службу. Понятие честной битвы для них было не важнее свиного чиха. — Нас здесь намного больше, должны ведь справиться, а, Нил? Конечно, куда нам с Фантомом сравниваться, но все же…
Рика из-за стресса накрыл настоящий словесный понос. Наиль, осознав, что это никак не влияет на действия сослуживца, просто махнул на болтуна рукой, перестав отвечать. Он внимательно следил за Трошем. Тот судорожно сжимал копье, но выглядел вполне уверенным.
Наконец, вражеская пехота добралась до защитников. Их по пути накрыло несколькими сотнями взрыв-печатей, так что сейчас эти люди выглядели довольно жалко. Пехотинцев взяли на себя щитоносцы, пока арбалетчики продолжали отстреливать рыцарей. Строй держался, что-то постоянно орал Берк, но его почти не слушали.
«Ты как?» — поинтересовался Наиль, осознав, что дальше отстреливаться не сможет. Он с ворами и без того вывел из боя больше восьми десятков рыцарей, как бы те ни старались обезопаситься от выстрелов метких воров. Однако вот-вот арбалет станет бесполезен, а парню придется присоединиться к схватке.
«Я справлюсь», — несколько смущенно отозвался Зиргрин.
При жизни он славился своей нерушимой силой воли. Эта сила воли когда-то даже смогла частично подавить заклятье полного подчинения. Конечно, большая часть его успеха крылась в подконтрольных духах, к которым у него сейчас не было доступа, но все же… Бывшего убийцу раздражала его беспомощность перед кровавым инстинктом клинка.
«В прошлый раз что-то не справился.»
«Но я сказал тебе, когда нужно остановиться, разве нет? Просто смени оружие, когда я попрошу.»
Парень только тяжело вздохнул. В этот момент Берк скомандовал сменить построение. Юноша отбросил арбалет и извлек из поясных ножен свой замаскированный под бастард клинок, тут же добивая парализованного копьем Троша пехотинца.