Дары Земли. Бёргриг

Вечером стражник, обычно приносивший ужин, попросил Амалию следовать за ним.

Девушка ловила на себе взгляды. За все эти дни она не услышала ни одной песни и не увидела ни единой драки на улицах города. Он словно вымер. Мужчина проводил её в подземелье. Сначала казалось, что её ведут в камеру, но пройдя через все решётки, Амалия оказалась в ярко-освещённой множеством свечей комнате. На стуле, прикованный оковами, сидел Гиссарий. Он не поднял глаз на девушку, но стойко держал спину ровной. Напротив наёмника, за маленьким столом, что-то записывал на длинном пергаменте Пиром.

Дирт в другом углу комнаты легко кивнул магичке. Она восприняла этот маленький жест как поддержку, в которой так нуждалась последние дни. Возле него стояли пятеро стражников, что показалось девушке абсурдным.

Зигмунт ворвался в комнату, не смотря ни на одного из присутствующих. Он отыскал нужный пергамент и протянул слуге.

Дирт сделал шаг вперёд, но его тут же отодвинули обратно к стене. Зигмунт вскинул ладонь в сторону наёмника.

– Нет. Слушать я тебя не собираюсь, – с пренебрежением произнёс он.

Правая рука короля достал из мешочка зеленоватое зелье и бросил в него кошачий глаз, ведьмовской камень. Дирт удивлённо вскинул бровь, понимая, что будет происходить, и теперь немного расслабился. Зигмунт взболтал жидкость и протянул подсудимому. Гиссарий послушно выпил содержимое пузырька и откашлялся.

– Не записывай, Пиром, – проговорил Зигмунт.

Медведь взглянул в глаза Амалии и замотал головой. Плохой знак.

– Мы с Диртом знакомы с детства. Я считаю его лучшим другом, – начал Гиссарий. Теперь виновник мог произносить лишь правду, и осознавал это. – Он тренировал девчонку, но ей необходима была встряска. Я предложил испытать её в бою. В стрессе. С адреналином в крови. Дирт согласился. Я проследил за ней несколько вечеров, и понял, что из города есть тайный ход, через который принц и Амалия уходят на прогулки. Я пришёл в их место раньше, приготовился и ждал. Я хотел, чтобы принц ушёл, только потом нападать. Они каждый вечер так делали, чтобы никто не видел их вместе. Ветка подо мной треснула, выдавая моё местоположение. Ограничив передвижение Его Высочества, я вынужденно приступил к проверке способностей магички. Однако когда принц освободился, то бросился на меня. Держа меч в руке, я просто оттолкнул его, ведь он был мне неинтересен, хотя если бы я хотел ранить, то ударил бы оружием. Имаш упал на торчащий из земли камень. Я не желал зла наследнику.

Повисла тишина. Зигмунт ухмыльнулся.

– Амалия встречалась с принцем за чертой города. Она показала ему это место? Звала его туда каждый день?

– Я начал следить за ней, когда их встречи уже были регулярными. Не знаю.

– Амалию выучила ведьма? Что ты видел? Что они делали там, в лесу?

– Да, она ученица ведьмы. Аваиры.

Дирт закрыл глаза. Амалия хотела подойти к наёмнику, но только лишь пошевелившись, её грубо одёрнул стражник. Гиссарий продолжил:

– Они говорили, обсуждали оружие. Когда принц протянул девушке коробку с подарком, она ему отказала, ссылаясь на то, что уже замужем. Магичка назвала Его Высочество другом, а Имаш перед ней извинился.

Наёмник удивлённо открыл глаза. Казалось, что до этого момента он и сам не верил Амалии. Стражники переглянулись, бросая короткие взгляды на магичку. Зигмунд недовольно засопел и процедил:

– Уведите.

Гиссария подняли и вывели из комнаты. Помощник продолжил, обращаясь к слуге:

– Запиши всё, кроме моих вопросов, и добавь, что Амалия, со слов наёмника, пока была на тренировках, сделала дыру в стене. До её появления, в городе не было тайных выходов. Напиши, что опоила принца, приворожив его. Укажи, что до зелья, девица совсем не интересовала Его Высочество. В приговоре запиши, что Гиссарий Варринг и Амалия Грегом приказом правой руки короля Сигурда Смелого приговариваются к казни через отсечение головы.

– Но это… Неправильно, – настойчиво прошептал Пиром.

Не обращая никакого внимания на слова слуги, Зигмунт повернулся к Дирту:

– Тебя назначаю привести в исполнение приказ и совершить обе казни. Если откажешься, будешь стоять в одной линии с друзьями.

– Если оставишь меня в живых, придётся увеличить личную охрану, – прохрипел Дирт.

– Угрожаешь мне? Ты? – Зигмунд засмеялся.

– А Амалия? Ты знаешь, что начнёшь войну со стаей, казнив её?

Пиром коротко кивнул, пытаясь поймать взгляд мужчины. Помощник короля перестал улыбаться и твёрдо произнёс:

– Ты выбираешь смерть? Прими наказание с мужеством. Подумай ещё. Не руби сгоряча, жизнь ведь ценнее.

Дирт гордо вскинул голову. Его силой вытаскивали из комнаты.

– Ты заплатишь, – наёмник остановился, и пятеро стражников не могли втиснуть его в проход. – Запомни мои слова: я всегда держу обещания. Ты сдохнешь, как крыса в стоках. Если не от моей руки, то от клыков волка на своей шее. Обещаю! – он зарычал и вышел сам, грубо отталкивая стражников.

Зигмунт проводил мужчину взглядом, полным отвращения. Он первый раз посмотрел на девушку. Амалия стояла, не шевелясь, и не отводя взгляда от Пирома. Помощник короля подошёл к ней вплотную и резко сорвал веер с её шеи.

– Поверь, не так страшна казнь, как ночь перед ней. Ты будешь сама умолять о смерти, – он повернулся к стражникам. – В одиночную её. И приставьте, сами знаете, кого. До утра не открывайте камеру, чтобы вы там не услышали, – он усмехнулся и вышел из комнаты.

– Пиром… – Амалия с надеждой позвала слугу.

Тот замер, но так и не обернулся.

***

Дирт проснулся среди ночи. В городе Наёмников весь день шёл ливень. Он удостоверился, что все двенадцать мальчиков спят, после чего вынул из-под подушки заветное письмо от отца. На носочках, как можно тише, он добрался до выхода. Укутавшись в непромокаемую накидку, он дошёл до сарая, где хранили сено. Будущий наёмник, дрожащими руками, как это было всегда, открыл послание, которое всё никак не мог прочесть уже третьи сутки.

– Это что ещё такое?!

Из темноты выскочил краснолицый парень, явно старше Дирта. Он с силой выхватил пергамент из рук и всего секунду пробежал глазами. Дирт всем телом толкнул незнакомца и тот повалился на сено.

– Простите, я Вас расстроил? Мне следовало поклониться? – съязвил хулиган.

– Отдай сюда! – со злостью закричал Дирт. – Это не твоё! Отдай!

– Отвяжись от меня, прыщ! – парень отбивался.

Завязалась драка. Скомканное письмо улетело на небольшой стог, зуб Дирта в другую сторону, а распухающий глаз на незнакомце начинал здорово мешать обзору.

Дверь отворилась. В сарай влетел один из командиров.

– Разошлись! – с яростью прокричал он.

Парень наступил ногой на письмо и остановился, вытягиваясь струной. Дирт вытер нос рукавом и опустил глаза.

– Гиссарий! Тебе было мало прошлых плетей? Ты снова ночуешь тут?

Незнакомец молчал. Командир подошёл к нему впритык и грозно смотрел прямо в глаза.

– Шаг назад. Оба, – спокойно проговорил мужчина.

Дирт послушно отступил. Гиссарий остался на месте.

– Ты не услышал приказ?!

Парень зажмурился, вжал голову в плечи, но так и не отошёл. Дирт услышал громкую пощёчину. Его соперник упал на пол. Командир поднял клочок бумаги и развернул.

– Картина маслом, – ухмыльнулся мужчина. – Один выбирает, где ему ночевать, словно герцог, а новобранец без году неделя, решает, что ему, в отличие от товарищей, положены личные письма. Знаешь, чем отличишься? Красивыми рисунками на спине. Десяти хватит, – прокричал командир. – Гиссарий, если ты возомнил себя выше, чем другие вояки, то приведи приказ в исполнение!

Мужчина протянул плеть парню, но тот никак не отреагировал. Он отрицательно покачал головой и отвернулся, прекрасно осознавая все последствия.

В тот вечер они оба получили свои шрамы, но тогда Дирт ещё не понимал, отчего юный Гиссарий так и не взял в руки протянутое избавление от личного наказания.

***

За чугунной решёткой под каменным потолком струился лунный свет, освещая узкой линией всего часть камеры. Амалия сидела на полу и не могла посчитать, сколько времени прошло с момента приговора. Она уже несколько раз пыталась забраться кошкой к маленькому проёму в стене, но безуспешно. Пролезть через мелкую решётку тоже не удалось. Зигмунт знал единственно верное место заточения, из которого никакими способностями не выбраться.