Страница 10 из 19
Глава 3
Остаток дня прошел в знакомстве с гимназией и учебным распорядком. Девочки охотно поделились конспектами, а я с изумлением поняла, что эта информации уже мной изучена. Стоило освежить знания, как я без труда порешала задачки, предназначенные для самостоятельного выполнения. Еще одна странность? Но какая полезная! Возможно, в прошлом у меня были хорошие учителя? В гимназию я поступила уже после смерти отца, но до этого ни в каких учебных заведениях не числилась. Специально уточнила у соседок по комнате, известно ли им что-нибудь об этом.
— Так, это не удивительно, — ответила Дарья. — В зажиточных семьях начальное образование дети получают на дому. Особенно, если ребеночек одаренный родился, то сызмальства родовые секреты перенимает. Собственный маг в семье — это достаток и обеспеченная старость родителям, вот и стараются дать ему лучшее, да к дому покрепче привязать.
— А, если маг появился в бедной семье, которой неоткуда взять денег на образование?
— Таких отдают в специальные школы для одаренных, содержание которых оплачивается из имперской казны. — Девушка тяжело вздохнула. — Потом они на государственной службе обязаны определенное количество лет отработать, куда распределят после окончания академии. Маги империи необходимы, вот и создают для них условия, поддерживают. Даже такие недомаги, как мы, тоже стране нужны. Раз уж не можем полноценные заклинания творить, то приспособили для другого дела. Не пропадать же добру!
В интонации Григорьевой просквозили нотки горечи, подоплеку которых я сразу не поняла. Поэтому уточнила:
— Что ты имеешь в виду? В каком смысле, не пропадать?
— А в таком, что век видоков недолог, — девушка болезненно скривилась. — Никто заранее не знает, насколько тебя хватит. Может, пару месяцев на службе протянешь, или пару лет. Если выдержишь подольше, то либо сопьешься, либо превратишься в неврастеничку.
— Ого! — Я как стояла, так и присела. Чуть не упала, промахнувшись мимо кровати, успела схватиться руками за край и медленно сползла на пол. — Это отчего же такую незавидную судьбу пророчишь?
— Пророчу? — зло рассмеялась Дарья. — Вот уж ни разу такого не делала! Не дано мне в будущее заглядывать. Это не пророчество, а беспощадная статистика, о которой старательно умалчивают.
— Но почему?
— Потому что мы — недомаги, которым нет места среди магического сообщества. И среди обычных людей нормальной жизни нам тоже не видать. Мы видим и чувствуем больше, чем остальные, и это в итоге выделяет нас из толпы. А среди соседей обязательно найдется тот, кто донесет на тебя в полицейскую Управу.
— С тобой так и произошло? — сообразила я, на что девушка только поджала губы и отвернулась, пряча слезы застарелой обиды.
— Я в библиотеку! Заниматься, — резко засобиралась Дарья. — Кто со мной?
Я покачала головой, понимая, что и без библиотеки хватает информации, которую необходимо переварить и разложить по полочкам.
— Не могу, факультатив через десять минут. — Марфа как раз достала из сундука спортивную униформу, чтобы переодеться.
— А я иду на кружок, — Милка наивно захлопала глазками и поделилась радостно. — Сегодня новую постановку репетировать собирались. И у меня будет роль! Даже со словами.
— Какими? — фыркнула Григорьева. — «Господа, кушать подано?» — произнесла, кривляясь, с нарочито угодливым выражением лица. — Тоже мне — роль! Ты бы и так всю жизнь кому-нибудь прислуживала, и без дурацкой роли.
Милка от резкой отповеди съежилась и задрожала, как побитая собачонка.
— Даш! — Я строго посмотрела на соседку. — Не стоит вымещать злость на тех, кто не может ответить. Если тебе плохо или тяжело, поделись этим с теми, кто готов выслушать.
— Мне не нужна ваша жалость! — выпалила девушка и, подхватив учебник с вложенной в него тетрадкой, вылетела вон.
В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая тихими всхлипами Милки.
— Я это… тоже пойду, — Марфа в нерешительности замялась на пороге.
— Иди, конечно! — поддержала соседку. — Опаздывать и нарушать дисциплину ни к чему.
Когда за Марфой захлопнулась дверь, то я подошла к Миле, присела рядышком и обняла за плечи. Девчонка, шмыгнув носом, подалась ко мне в поисках утешения. Погладила бедняжку по голове, жалея, и даже поделилась носовым платком.
— Знаешь, я хоть и не помню прошлого, но считаю, Дарья на самом деле так не думает. Она специально тебя поддела и знала, какими словами побольнее ужалить. Но это не потому, что Дашка такая злая и испорченная, просто ей стократ хуже и больнее. Видно же, что не привыкла делиться проблемами, или ее не научили этому. Стала бы Дарья с такой гордостью рассказывать о твоих успехах сегодня днем? Вряд ли. Ей тяжело принимать чужую помощь, сложно довериться посторонним. Такое чувство, будто она только и ждет, что ее снова используют и выбросят за ненадобностью.
— Знаю, — плаксиво протянула Мила, — ты не раз это говорила.
Вот как? — Я удивилась, но внешне не подала виду. — Радовало, что сделала верные выводы о подругах.
— У Дашки отец душегубом был, разбойничал на дорогах. За это его казнили, когда поймали, — бесхитростно выложила девушка. — Он семью в страхе держал, пил много, жену бил, детям тоже доставалось. Поначалу никто не догадывался, чем глава семейства на хлеб зарабатывает. Но у Дашки дар рано открылся, она самая сильная из нас. Видела, чем родитель занимался, стоило тому ребенка на руки взять. Когда девочка подросла и заговорила, то стала болтать о незнакомых людях, которых жизни порешили. Соседи блаженной посчитали, что немудрено, раз отец дебошир и пьяница. Потом из села кто-то пропал, а Дашка возьми и расскажи, что с ним стало и где тело прикопано. Соседи не поверили сначала, но решили проверить на всякий случай и обнаружили все так, как девчонка рассказала. Отец ее как прознал, что скоро полиция нагрянет, разъярился, чуть не убил «ведьминское отродье», да только мать на защиту кинулась и попала под удар. Так Дашка осиротела и оказалась изгоем. Других братьев-сестер сельчане по домам разобрали, а ее никто брать не захотел. Вот и угодила сначала в приют, а потом уже в гимназию для одаренных.
— И ты еще удивляешься, почему она так себя ведет! — хмыкнула, выслушав историю Григорьевой. — Жалость ей действительно не нужна, а вот друзья, которые никогда не предадут, очень даже. Беги на свою репетицию и сыграй так, чтобы в следующий раз тебе досталась главная роль.
— А у меня получится? — Доверчиво посмотрела полными слез глазами.