Страница 69 из 80
Глава 19. Кристалл на башне
Катя достала откуда-то серую комковатую подушку без наволочки, подсунула ее под голову Ильи, а потом ласково погладила жениха по растрепанным волосам.
— Ладно, я пошла, дорогой. Потом поговорим. У нас с Дарьей Ивановной сегодня еще очень много дел. Если сможешь, постарайся заснуть. Пока-пока.
Отвечать ей Илья не стал. В этом просто не было никакого смысла. Ситуация стала предельно понятной, и, как бы ему не было сейчас горько и обидно, тратить время на душевные терзания, рефлексии и выяснение отношений не стоило. Всё, конец. Того что было не вернешь. Теперь надо принять случившееся и по возможности отключить эмоции. Не для того чтобы смириться, конечно. А для того, чтобы сэкономить себе время и усилия и привести в порядок мозги. Стадия принятия реальности — штука хорошая на самом деле. Она не только последняя, но и самая продуктивная, почему-то именно на ней наконец-то становится ясно, что действительно можно сделать, чтобы выкарабкаться из ситуации, а за что не стоит и браться.
Первым делом Илья попробовал пошевелить рукой или ногой, но паралич держался крепко и никаких результатов его усилия не принесли. Правда, мышцы шеи и головы работали исправно, но руки висели как тряпочные. Вероятно, дозировку парализующего средства подбирали аккуратно, чтобы не вызвать жертве ненароком остановку сердца или дыхания, поэтому область груди и головы действие парализующего яда не затронуло. Теоретически, это состояние должно пройти само собою, любая фармакология рано или поздно выводится из организма естественным путем. Ему немного и надо, достаточно лишь восстановить контроль над руками, поскольку переодеть его не успели и вряд ли так уж тщательно обыскивали. Вопрос лишь в том, когда это случится. Однако, кроме паралича Илью ждала еще одна крайне неприятная новость. После того как под головой оказалась подушка, парень сумел как следует разглядеть свое тело и сразу же заметил, что золотого кольца Мелькора на правой руке больше нет. Как можно было снять не снимаемое в принципе кольцо, он не знал. Хотя, Катя что-то говорила про взлом колец и технологии шаори… Похоже, он очень, очень сильно недооценил свою невесту и коммунаров в целом. А теперь за это приходилось расплачиваться.
Место, где он находится, Илья узнал почти сразу. Койка стояла в четырехместном кубрике казармы Крепости, на втором этаже. В окошко видна стена башни и кусочек неба, так что сориентироваться можно легко. Только помочь ему эта информация пока никак не могла.
То, что с небом творится что-то неладное, бывший наемник заметил минут через двадцать после ухода пионерки. Голубой небосвод вдруг потемнел, потом за считанные секунды выцвел, став однотонно серого цвета, а затем по нему забегали цветные всполохи, и засияло уже знакомое «северное» сияние. Зеленые, красные и желтые мерцающие полотна света сменяли друг друга, но потом вдруг все они погасли, а небо снова стало наливаться голубизной.
«Да вы же ломаете «Пузырь», сволочи»! — догадался Илья. «Небо всегда меняется, когда кто-то лезет в настройки аномалии. Когда мы вместе с Катей ликвидировали «Пузырь», в небе над мостами поначалу было похожее сияние», — вспомнил он. «И потом, когда Мелькор воплощал в реальность Крепость, тоже. Хреновая ситуация на самом деле».
Впрочем, судя по его наблюдениям, дела у коммунаров не сильно ладились. Следующие пару часов Илья только и делал, что вынужденно лежал и смотрел в окно, и за это время небо еще трижды меняло свой цвет и начинало сиять разноцветными огнями, но затем все быстро возвращалось в норму. Похоже, «Пузырь» оказался довольно крепким, и вовсю сопротивлялся изменениям. А через некоторое время после третьей попытки повлиять на аномалию за Ильей вновь пришли.
Пионеров было трое, и явились они сразу с тканевыми носилками, на которые без лишних слов погрузили Илью и вынесли прочь из казармы, направившись прямо к башне. Пронесли через фойе, затащили в лифт, и вскоре бывшего наемника аккуратно внесли в кабинет Мелькора, где сгрузили на пол, посадив так, чтобы он опирался спиной об стену. Оглянувшись вокруг, Илья увидел, что в помещении он не один. Ника, Леха и Толя тоже сидят вдоль стены и, похоже, в таком же парализованном состоянии. В кресле Мелькора восседает Вожатая, рядом с ней стоит с сосредоточенным лицом Катя, обстановку контролируют четверо пионеров в легкой броне и с деструкторами. Самого черного властелина в комнате не видно, видимо его куда-то унесли. Хм… похоже у коммунаров и в самом деле что-то пошло не по плану, раз им срочно понадобились все создатели Пузыря.
— О, Илюху притащили! — прокомментировал появление бывшего наемника «эльф». — Командир, ты видишь, что творится? Комми совсем берега потеряли, беспределят по полной. Я им пробовал объяснить, что тут не Зимний дворец, а мы не временное правительство, да и Мелькор отречения не подписывал. Но никто и ухом не ведет! Помните, мы не сдались, а пали жертвой подлости и вероломства! — пафосно произнес Леха, глядя на Вожатую. — И не забывайте, что ваше преступное дело еще не увенчалось окончательным успехом!
— Прекращай балаган, — поморщилась Дарья Ивановна. — Все у нас увенчалось, в нашем успехе можешь не сомневаться. Мелькор нейтрализован, кольца ваши вот они, — Вожатая показала сидящим у стены бывшим наемникам связку из четырех колец, среди которых Илья узнал и свое, золотое, а затем отдала её Кате. — Осталось закончить с деталями. Нам нужно, чтобы вы четверо кое-что сделали. И я советую отнестись к моей просьбе предельно серьезно.
— Ни за что! — воскликнул Леха. — Я не буду помогать сволочам и вероломным предателям!
— Лёшенька, я понимаю твою браваду, — развела руками Вожатая. — Я вообще к тебе неплохо отношусь и даже не обижаюсь на оскорбления. В конце концов, мы с тобой еще месяц назад были боевыми товарищами, чуть ли не в одном окопе сидели. Только ты говори, но не заговаривайся, ладно? Смотри сам, Мелькора больше нет, кольца у тебя тоже нет. Кто ты сейчас есть? Никто, обычный паренек. И от меня зависит, что с тобой будет дальше.
— А что со мной будет? Пытать станете?