Страница 60 из 70
Насколько я успела понять, все происходит именно так, тогда почему Михалыч да и Нина до сих пор живы?
— Ох, доченька, тебе предстоит многое узнать о нашем мире, — вздохнув, ответил старик. — Когда пара уходит из жизни по болезни или по возрасту, а другой не желает уходить следом, они проводят обряд. Таким образом ты остаешься на всю жизнь одна, не имея возможности найти истинного и вновь построить семью, — объяснил он.
— То есть я могу провести этот обряд и остаться одна? — удивленно спросила, делая шаг к нему.
— Не говори глупости! — рыкнул старик на меня. — Лучше присядь, не мельчиши. Да, я сказал, что можно, но также сказал, что в таком случае ты останешься одна на всю жизнь.
— Это же здорово! — воскликнула, чувствуя, что это именно то, что нужно для меня.
Я не хотела выбирать с кем быть. Макс или Глеб. Они такие разные и в то же время такие одинаковые. И не хотела оставаться с обоими. Но также я знала, что долго быть в разлуке с парой моя волчица не сможет. Она начнет сходить с ума, и, в конце концов, я потеряю над ней контроль. А этот вариант будет просто отличным решением для всех!
— Эх, какая она! — бросил старик. — А ты подумала о парнях? Согласна ли ты пожертвовать их счастьем ради своего? Ведь этот обряд подействует в два направления. Готова ли ты брать на себя еще и этот грех?
Слова старика повергли меня в шок. Да, я была готова пожертвовать своим счастьем и прожить оставшуюся жизнь одна. Я согласна была отпустить дорогого для меня человека, которого полюбила и, несмотря на все, что между нами было, готова была отпустить их. Я желала им обоим счастья, но не такой ценой! Я с ужасом осознала, что могла, не осознавая всю серьезность этого обряда, обречь их на долгое, одинокое скитание по земле.
— Нет… — ненадолго запнувшись, я все же призналась. — Я не могу поступить с ними подобным образом. Они этого не заслужили.
— Вот и славно, — произнес старик, усмехнувшись в бороду, после чего заявил: — А то я уж подумал, что нужно будет выпороть тебя, чтобы ты начала хоть немного соображать.
Некоторое время я смотрела на Михалыча, пытаясь понять сказанное им только что: было шуткой, или он всерьез намеревался это сделать? Но по серьезному лицу старика очень трудно было что-то определить, поэтому я спросила.
— Вы, правда, это сделали бы?
— А что? — выгнул он вопросительно бровь. — Ты не смотри на мой возраст. Если нужно будет, то я и не только выпороть могу! — и он зашелся в хриплом смехе, который перешел в кашель. — Что-то я не подрассчитал силы маленько — пробурчал старик. — Ну, ладно, долой ненужные разговоры! Я хочу знать, что было с тобой после моего отвара.
— А вы разве не знаете? — скептически поинтересовалась у него.
Как-то уж с трудом верится, что старик не знает, что бывает после его отвара. Понять бы, какие цели он преследует, скрывая правду.
— Нет, — отрицательно помотал он головой. — Каждый раз это происходит по-разному. Кто-то приходит за тем, чтобы найти свой путь, и, выпив отвар, находит ответы на свои вопросы, а кому-то отвар помогает пробудить внутреннего зверя. Готовя напиток в этот раз, я надеялся, что он поможет тебе развить силу и найти нужные ответы.
— Что ж, можно сказать, что все так и было, — выдохнула, понимая, что старик не обманывает.
«И почему я всегда ищу подвох в действиях этой расы? — подумала, нахмурившись, но тут же ответила на свой же вопрос: — Потому что, кроме как использовать меня в своих целях, ничего другого они делать не умеют!».
— Ты обрела силу? — нахмурив брови, спросил старик. — Тогда почему я ничего не чувствую? Даже те отголоски, что были в тебе ранее.
— Ничего, я тоже многое не понимаю, — произнесла вместо ответа. — Больше меня мучает другой вопрос. Можно ли увидеть будущее и жить, спокойно зная, что будет дальше? И как не сойти с ума, ожидая то или иное событие?
— Ты видела будущее? — выдохнул старик с восхищением.
— Видела, — ответила, скривившись. — Я знаю, что будет с этим миром на много лет вперед, знаю, что ненависть и злость со временем уйдут, что у всех нас будет все хорошо, что благодаря одному белоснежному ангелочку удастся объединить три могучие и древние стаи в одну, но, черт побери, я не знаю, как мне продержаться все это время?! — зло воскликнула, поднимаясь с кресла, начиная расхаживать взад-вперед.
— Очень любопытно, — пробурчал старик. — Да не мельтеши! — рыкнул он, вынуждая меня остановиться. — Тоже мне, нашла проблему, — бросил раздраженно. — Ты справлялась с проблемами и посерьезней, так что нечего тут нюни распускать!
— Возможно, вы и правы, — задумчиво пробормотала, посмотрев на входную дверь.
Я чувствовала его приближение, но не была готова к встрече, не зная, как вести себя с ним. Ну, не готова я была к ней! Я думала, что смогу тихо ускользнуть из этого проклятого места, но, видно, не судьба.
— У нас гости, — сказал Николай, входя в комнату.
— Но я даже не успела позвонить, — сказала Нина, появившись следом за ним.
— Женщина, иди на кухню! — раздраженно бросил Михалыч.
— Ребенок даже поесть не успел, — пробормотала она, возвращаясь обратно.
— Значит, твой дед сам догадался, что пора, — хмыкнул старик. — Он, как обычно, не вовремя. Нетерпение — эту черту ты унаследовала от него.
— Дед? — удивилась я.
Не рассчитывала я, что он появится так быстро. Не хотелось мне вновь уезжать отсюда, так и не получив ответы, но, по всей видимости, это уже входит в привычку.
— Я присутствовал на твоем приговоре и могу сказать: это было нечто! — неожиданно проговорил Колька. — Между стаями долго еще будет ходить тихий шепот ужаса, — хохотнул он.
— Ничего смешного в этом не вижу! — пробурчал старик. — Подобное решение может вызвать недовольство и новые бунты.
— Не вызовут, не переживайте, — успокоила старика.
— Здравствуй, внучка! — поприветствовал меня дед, входя в комнату. — И тебе, мой друг, — обратился он к Михалычу.
— Пойду, найду сына, — бросила вместо приветствия.
Глава 37
Я даже не стала смотреть на родственника, не имея никакого желания. Он казался для меня кем угодно: убийцей, тираном, властным, бесчувственным ублюдком, но ни в коем случае дедом. Этот статус он потерял, когда решил насильно забрать меня в стаю и прилюдно отказался от правнука. Сожалею ли я, что отказалась от единственного родственника? Нет! У меня есть сын, два дорогих (и как бы мне не хотелось признаваться в этом), любимых мужа и иного мне не нужно!
Отыскать кухню было несложно. Дом оказался не таким уж и большим, но зато с множеством странных комнат спрятанных то за занавесью, то в темных углах. Я не видела их, но чувствовала, как веет холодом от той или иной комнаты. Очень уж хотелось заглянуть внутрь, узнать, что так тянет меня туда, но свое любопытство я затолкала как можно дальше, с содроганием вспоминая о случившемся в подсобке.
Поэтому просто шла по коридору пока не уперлась в дверь, откуда доносились причитания женщины и приятный запах еды. Стоило мне только открыть дверь, как причитания стихли, и Нина посмотрела на меня. Она всплеснула руками и, качая недовольно головой, проговорила.
— Дайте ему хотя бы поесть нормально, — прижала она руки к груди. — Дорога вам предстоит долгая, а малышу нужно хорошо питаться.
Я улыбнулась ее заботе о Максимке. Странно было видеть, что кто-то еще, кроме меня, переживает за малыша. Это трогало и вызывало доверие.
— Конечно, — ответила ей, после чего посмотрела на Максимку. Он сидел на высоком стуле, качая ножками, с увлечением рассматривал кухню, не забывая откусывать булку и запивать ее молоком. — Вкусно? — спросила у него, улыбнувшись.
— Да! — ответил он.
— Ну, кто же разговаривает во время еды?! — пожурила его Нина.
Малыш перестал жевать и серьезно посмотрел на женщину. Он словно хотел ответить, но вспомнил что во рту все еще непрожеванная булка, промолчал и только после того, как прожевал, ее ответил: